Спасибо, Канаэ

— Сестричка, сестричка, мы точно завтра пойдем в город? — маленькая Шинобу сияя от счастья, бегала вокруг Канаэ, словно маленький светлячок, не способный угомониться от предвкушения. В углу комнаты, родители, занятые своими делами, обменялись теплыми взглядами, слушая радостный смех дочери. — Ты уже в шестой раз задаешь этот вопрос, Шинобу, — сев рядом с сестренкой, Канаэ нежно поправила выбившуюся прядь у нее за ухом, — Нам пора спать, иначе завтра ты рискуешь уснуть прямо посреди прогулки. — Не беспокой Канаэ, милая, — ласково заметила мать, подойдя ближе и присаживаясь рядом. — Тебе нужно хорошо выспаться, чтобы завтра насладиться днем в городе.       Она обняла младшую сестру, укладывая ее в кровать, и, поцеловав в лоб, укрыла теплым одеялом, словно защитив ее от всех тревог внешнего мира. — Спи, моя маленькая бабочка, - шепнула Канаэ, и с тихой улыбкой направилась к разбросанной по комнате одежде и заколкам, чтобы убрать их по местам. Но Шинобу еще некоторое время ворочалась под одеялом, мечтая о завтрашнем дне, пока тепло материнских слов и прикосновений не укутали её сознание и не погрузили в сон.

      

      Ночной кошмар ворвался в сон, разрывая его на части. Глаза Шинобу распахнулись от ужасного крика, и она тут же почувствовала, как Канаэ, защитив ее своим телом, сдавленно кричит, будто пытаясь отгородить младшую сестру от всего происходящего. Звуки ужаса и безумия заполнили комнату, слезы Канаэ падали на волосы маленькой девочки, которая, не понимая, что происходит, крепко вцепилась руками в спину сестры. Дрожь пробежала по телу Шинобу, и, срывающимся голосом, она прошептала: — Сестра?       Едва приподняв голову, она увидела нечто ужасное: огромного демона и родителей, лежащих на окровавленном полу. Гигантская тень демона нависала над девочками, как кошмар, материализовавшийся из самых глубин тьмы. Канаэ, сжимая в объятиях дрожащую Шинобу, пыталась удержаться на грани отчаяния, но страх был слишком сильным. Она чувствовала, как крошечные руки сестры сжимались у нее на спине, а горячие слезы текли по щекам, впитываясь в ее одежду.       Но вот, через гул в ушах, Канаэ уловила тяжелые, но уверенные шаги. Они приближались, словно несли с собой спасение. Силуэт Химеджимы Гёмэя, могучего, как сама гора, заполнил собой всё пространство. В его руках сверкала огромная булава, и каждый шаг воителя звучал, как удар грома. В следующую секунду его булава с оглушающей силой обрушилась на демона, и мир вокруг, казалось, застыл в мгновении тишины. Один удар, и чудовище, с глухим рычанием, рухнуло на землю, растекающейся черной тенью. Воздух наполнился зловонным дымом, а запах крови и страха растворился в ночи. Канаэ, все еще сжимая Шинобу, смотрела на эту сцену, словно не веря своим глазам. Демон, чудовище, которое только что нависало над ними, теперь было побеждено, расплавлено в луже своих черных останков.       Химеджима обернулся к ним, его взгляд стал мягким, сочувственным, но попрежнему полным силы. Он был похож на незыблемую скалу, на которую можно было опереться в этот страшный час. — Вам больше не нужно бояться, — его голос звучал спокойно. — Демон уничтожен. Но нам нужно уходить отсюда. Я помогу вам, но времени у нас немного.       Канаэ, пытаясь сдержать свои эмоции, кивнула, но в этот момент все, что она сдерживала внутри, прорвалось наружу. Слезы хлынули, и ее тело содрогнулось от беззвучных рыданий. Она смотрела на разрушенный дом, на кровавое пятно, где еще недавно лежали их родители, и почувствовала, как что-то внутри нее разрывается на части. Но она знала: ради Шинобу она должна быть сильной. Она обязана быть опорой, как была ей Канаэ. Сжавшись, она поднялась, подняв на руки младшую сестру, прижала ее к себе, пытаясь защитить от этого ужасного мира, как только могла. - Мы справимся, — прошептала Канаэ, больше себе, чем кому-либо еще. — Мы обязательно справимся...