Тупость никогда не в почёте...

      — Граундер стоооооой! — кричал Питер подъезжая к 41-ому.       — Отстань, я вершу правосудие! — вспылил Граундер, — они все относились к Лории по-скотски и они заплатят за это!       — Ты чего, друг? Оглянись вокруг! Что ты наделал?! — в сердцах вскричал 22-ой.       Гольянов только фыркнул.       — И что? Они заслужили!       — Даже Прокопий?       — Особенно Прокопий!       — А Порфирий?       — А его за компанию!       — Блять!       — Ага.       — А Розу за что?       — Не хер лезть под руку, тем более, она сказала, что Лория кусок хлама !       — Я тоже!       — Ну и козёл!       — Не спорю, только не убивай Скрэджа!       — Кхе, кхе, да, Граундер, я жить хочу! — отозвался 32-ой.       — Да, оставь его! — заорала Роза подъезжая к ним.       — РОЗА?! — удивился 41-ый, — а я тебя не...       — Не только её, прошу заметить! — недовольно заметил Прокопий.       — Граунди, пожалуйста, оставь Скрэджика в покое... — сочувственно сказала 23-я, затем подняла своего брата, крайне изувеченного, почти сломанного и ласково промурлыкала, — поедем, Скрэдж, дорогой, починим тебя!       — Хорошо, Роза, только аккуратнее! — попросил гольяновец.       — Конечно, милый.       — А мы Прошенька, займёмся Порфирием! — весело сообщил Питер.       — О боги! Ведь и правда! Порфирий тоже жертвой пал! — ахнул 24-ый.       Бауманских и Измайлов взяли Порфирия на буксир, а Роза — Скрэджа, и они поехали в сторону 2-ого троллейбусного парка...       — А как быть с Лорией? — крикнул было им вслед Граундер.       — Со мной? На свидание! — ответила та, подъехав к Гольянову сзади.       — ЛООООРИЯЯЯЯЯ!!! ТЫ ЖИВААА!!! — обрадовался 41-ый, кидаясь к своей возлюбленной.       — Ой, Граунди, право, не стоило! — засмущалась Лория, — я люблю тебя, Граундер!       — Ты не перепутала моё имя! — восхищённо выдохнул Граундер.       — А теперь поехали, землянин! У нас свидание как бы! — задорно мигнула фарами 51-ая.       Наконец влюблённые остались одни... ————————————       — Эй, мелочь!       — ААААААААА, ЧТО ТАКООООЕЕЕ?! — испугался Граундер.       — Да не бойся ты так, эт я – Старшуля твоя! — певуче успокоила его Урсула.       — Чего тебе? — недовольно спросил 41-ый.       — Да ничего, казанова! — поддразнила его 83-я.       — Ээээээээй! Я...       — Тссссс! Не кричи так, Граундер, братик мой, я так тобой горжусь! Ты молодец! — улыбнулась Уссурийская.       Гольянов-старший, на памяти которого не было столь высокой похвалы от сестры, зарделся.       — Спасибо, Урсула, я стараюсь, — скромно ответил Граундер.       — Ой ладно тебе! — отмахнулась "старшуля", — из всех моих родных ты самый послушный и старательный, поэтому признаться честно, я люблю тебя больше всех, поэтому можешь гордиться собой!       — Спасибо Старшуля! — 41-ый был растроган, — я тоже люблю тебя больше всех!       — Кстати, как Лория? — озабоченно спросила Урсула, — и Порфирий, и Скрэдж?       — Да нормально, эти двое пойдут на поправку очень быстро, а Лория обожает меня! — похвастался гольяновец.       — Насколько?       — Не путает моё имя!       83-я не будь троллейбусом села бы на полу разинув рот, вместо этого она сказала:       — Ух ты, поздравляю братишка, взрослеешь!       — Кстати, а куда делся Эд? Он же был там? — спохватился Граундер.       — Этот сыкунишка просто сбежал! — фыркнула Уссурийская.       — Что?       — Как только ты подъехал, он, визжал как девчонка, ехал на скорости 100 километров в час! — пояснила "старшуля".       — Ого! Так и надо этому трусу! — злорадствовал 41-ый.       — Я поговорила с ним, он не будет наезжать на Лорию и хоть мало-мальски любить! — ухмыльнулась Урсула, — впрочем, сладкий, ты и меня прости, что я так к Лории... ну... строга была...       — Да ничего, ты ко всем строга! Но ты ко всем нежна тоже!       — Граундер это так мило! — 83-я "обняла" своего брата.       — А ещё не забывай предохраняться! — не удержалась "старшуля".       — АААААААААААААААА!!!       Урсула захихикала...