Обмен.
25 февраля 2021 г., 21:04
Этот крошка был так мал, меньше длины его локтя, что Дин боялся его уронить или сделать что-то не так. Он осторожно и с неким трепетом держал маленькое хрупкое создание с крохотными, худенькими ручками и ножками. Немного странный и большой животик выпячивал из-под тряпок. Малыш в целом был похож на лягушонка. Почти сразу сердце забилось тревогой в груди, мешая дышать.
«Всё ли с малышом в порядке?» — этот вопрос прозвучал эхом в сознании Дина.
Большие мутные глазёнки казалось, не отрываясь, смотрели на Винчестера. По крайней мере так хотелось думать. Ребёнок больше не плакал, пригревшись на больших и сильных руках Дина. Он так забавно, словно слепой котёнок, крехтя, пытался найти маму. Кроха причмокивал язычком, но ему этого было недостаточно, и он начал недовольно слегка попискивать. Дин тут же начал слегка покачивать маленькое чудо, вторя в такт движениям: «Тише-тише».
Все сомнения: «А его ли это сын?», он гнал от себя. То что это обман, верить не хотелось и подменять его высокими словами, мол каждый имеет право на жизнь, тоже не хотелось.
С нежностью и тревогой глядя на малыша, Дин не мог забрать свой мизинец, который кроха обхватил своими такими крохотными пальчиками, что заставило появиться тёплую улыбку на лице. То что это всего лишь рефлекс, он старался не думать. Ему хотелось верить в то, что в этот момент подсознательно устанавливалась родительская связь. Хотелось знать, что именно в нём нуждаются, а не в матери, которую так назвать язык не поворачивался. Эта женщина была дрянью, которая променяла ребёнка на наркоту и мужиков. Дин не понимал и не хотел понимать эту плутовку, которая свою жизнь пустила в помойное ведро, так ещё и решила, что имеет право обречь на мучения этого ребёнка. Кто ей дал право на это?! Лучше бы деньги потратила на аборт, а не на дозу! Хотя и самому Дину не было оправдания. На нём так же была ответственность за этого ребёнка. «Я не знал», — увы, это тут не станет оправданием.
Дину было страшно положить кроху обратно, пусть и в тряпках, но на бетонный пол. Всё в нём протестовало против этого, но Винчестер всё же положил маленький свёрток на холодный пол.
Малыш тотчас же обиженно заворошкался, обиженно закряхтел, а после, срывая голосовые связки, истошно закричал. На этот раз его плач перекатами звучно отражался от каждого угла и стен этого жуткого и заброшенного места. Не услышать его теперь было невозможно. Выходившие из здания блюстители закона и порядка вздрогнули от неожиданного плача ребёнка. Оба полицейских с призрением и отвращением посмотрели на девушку, которая еле стояла на ногах.
— Ах ты шалава, — выругался один из полицейских, выводивший наркоманку на улицу.
Та еле передвигала ноги, на которых местами виделись следы крови, которые наспех вытерли. На лбу девушки выступали капельки пота, губы были бледные и треснувшие. Глаза были, словно затуманенны, а зрачки сильно расширены. Её грудная клетка часто-часто вздымалась. Если бы не детский плачь, то копы бы решили, что она здорово так надралась и обкололась. То что она была под кайфом было и так понятно: адекватная женщина не стала бы рожать в заброшенном здании.
Напарник метнулся назад и пошёл на звук плача. Когда полицейский обнаружил маленький свёрток из старых тряпок, шевелящихся от движений ручек и ножек, быстро поднял с пола захлёбывавшегося в плаче малыша. Кроха не успокоился так же, как на руках Дина, а продолжал плакать, но уже значительно тише.
Винчестер провожал его тревожным взглядом. Эта тревога, как и за Сэма, останется с ним навсегда. Заботиться и оберегать близкого человека было важной частью человеческого сознания. Хотя, не всем это было дано. Даже в том же Раю, видимо, этого не хватало.
Дин стоял в тени стены и молча наблюдал, как полицейский уносит его сына. Он теперь в безопасности и с ним всё будет хорошо.
Когда Винчестер увидел старую знакомую тут же сильнее вжался в стену, словно хотел с ней слиться. Вопросы набатом забились в голове: Что делать? Он должен вмешаться? Как, если должен?
***
— Как дела, Дин? — Сэм, спрашивая своего брата, вошёл в бар и тут же с усмешкой остановился. Больше вопросов не возникло. Его старший брат был в своём репертуаре: бутылочка пива в одной руке, ноги на столе, а свободной рукой он приобнимал цыпочку в стрип-костюме купидона. Эм… Что там из костюма? Сэм вышел, поняв, что ему, конечно, будут рады, но вначале он будет послан, а потому он пока ушёл. Сам. А Дин внезапно рухнул со стула и очутился у ног второго Дина в заброшенном и полуразвалившемся здании. Из света дня Рая в земные сумерки ночи. — Ты с ума сошёл? — прошипел Ангел «отпускник», лёжа у ног подлинного Винчестера и разглядывая то его ботинки, то окидывая недовольным взглядом его всего снизу вверх. — Что? Это Тесса, — еле выдохнул Дин. — Ну и что? — невозмутимо спросил парень, поднимаясь с бетонного пыльного пола. — Мы не являемся им, так как они не особо обращают внимания на нас, — ровнодушно пояснил ангел, отряхивая свои джинсы от пыли. — Но можем корректировать их списки. От услышанного Дин дёрнулся-таки вперёд, так как Тесса направилась следом за полицейским, нёсшим ребёнка в своих руках. Винчестер не успел сделать и шагу, как тут же получил лёгкий, упреждающий удар в «солнышко» от ангела, теперь стоявшего сбоку и чуть впереди него. Дыхание сбилось, заставив его остановиться и продолжать наблюдать за происходящим. Полицейский передал ребёнка на руки только что подъехавшим парамедикам, а девчонку-наркоманку усадили, не дожидаясь другой машины, в полицейское авто. Тесса, незримая для людей, с безразличным видом села рядом с горе мамашей. — Ей нужна помощь медиков, — услышал Дин шёпот ангела, — но они сейчас и «теперь» заняты твоим сыном. Полиция её точно не довезёт. — Последние слова он сказал и, призадумавшись, оценил обстановку. — Светофоры, — его неожиданно осенило и ангел пихнул Дина в бок. — Чего? — слегка ошалело пробормотал Дин, но сосредоточился на удивление быстро. Он мысленно видел путь скорой. Её бы и так пропустили, но дабы избежать случайностей, «зелёный коридор» с щелчком пальцев загорелся, как по волшебству на всём пути следования машины скорой помощи. Как бы Ангел не старался, всё равно нашёлся-таки один ухарь, который вопреки всем сигналам нёсся наперерез скорой. — Ой-ёй, — покачал головой седовласый, но, кажется, ничуть и ни о чём не сожалея, — побочка. Мгновение, и вот Дин уже вывернул руль в руках обдолбанного водителя. Чем-то по-своему похожие парни стояли рядом и уже наблюдали за тем, что происходило далее. — Вот ты и окончательно подкорректировал список Смерти. Он будет рад. Дин едва заметно вздрогнул: «Смерть бывает чему-то рад». Но сам он промолчал. Карета скорой без остановки так и проследовала до самого госпиталя. А незадачливый гонщик окончил свой путь, подскочив на бордюре и перевернувшись на крышу. Разметав в металлический хлам машину и предварительно подрезав полицию. Полиции пришлось остановиться. — Обмен, — угрюмо бросил охотник, он имел в виду гонщика. Ангел фыркнул, слегка на него косясь. А гадёныш, к удивлению, оказался живуч. Выбрался на четвереньках из груды покорёженного металла. И, видимо, он вообще не получил ни царапины. — У него тоже Ангел мать его Хранитель? — Ага, — невозмутимо ответил ангел, — я. Дин с недоверием и недоумением посмотрел на него. Но на немой вопрос и ответа — нет. Тесса в полицейской машине приобняла девушку. И в следующий миг они вышли из машины вместе. — Ну, дальше без меня. Шорох крыльев, и наглец исчез.
