FIlFY teacher

      Возвращаясь в резиденцию Клуба Оккультных Исследований, Риас и Акено, с помощью заклинания, которые они научились использовать совместно со своими фамильярами, смотрели глазами фамилиара Риас. Акено невольно вскрикнула от того, как мило выглядела Лили в тот момент, когда она подбежала к отцу.       – Вау! – пробормотала Акено, прижавшись плечом к плечу Риас. – Она действительно похожа на тебя, когда ты была моложе. За исключением, возможно, некоторой невинности, которой у тебя никогда не было.       – Ой, – сказала Риас, прижимая руку к своей большой груди. Затем она отменила заклинание, слегка вздохнув. – Сегодня мы не будем подсматривать за ними дальше. Я просто хотела посмотреть, как выглядела Лили. Так вторгаться в семейное время - это немного неправильно.       – Ара, так ты не хочешь немного больше о них узнать? – поддразнила Акено, уже зная, какой был ответ.       – Я этого не говорила, – улыбаясь, сказала Риас. – Хотя я не хочу наблюдать, как они вдвоём проводят время вместе, это не значит, что я не хочу немного пошпионить за их домом. В конце концов, это наша территория, и, если Гарри, эээ, мистер Поттер действует на ней с одобрением моего брата, нам всё равно нужно узнать о нём как можно больше. А теперь почему бы тебе не призвать своих маленьких “Они”?       Акено кивнула, счастливо улыбнувшись тому оправданию, которое Риас придумала для их шпионажа. Акено в нём действительно не нуждалась, она была слишком заинтересована в попытках разобраться в тайне Гарри Поттера, чтобы беспокоиться о каких-либо оправданиях.       Взмахнув рукой в воздухе, она призвала своих “Они”. Появившись в воздухе, все пятеро зависли там на мгновение перед тем, как легко приземлились на ноги. На вид они были маленькими существами размером с её руку, их кожа была окрашена в различные оттенки неона. Существа также носили традиционную для "Они" одежду, в комплекте с крошечными дубинками, пристегнутыми к их спинам. Когда она смотрела на них, они выстраивались в линию, отдав ей честь.       – Десу!       Хихикая, Акено наклонилась, приподнимая и прижимая к себе их по очереди, заставляя каждого “Они” чуть покраснеть, когда они на мгновение исчезали в её груди.       – Мои дорогие, сейчас вы будете отправлены на небольшую шпионскую миссию. Не показывайтесь, и, пожалуйста, не забывайте работать вместе, это не соревнование, понятно?       – Десу! – хором произнесли пять маленьких “Они”, еще раз отдавая честь, после чего Акено поместила одного из них в магический круг. Двое выглядели немного смущенными после её предостерегающих слов, но они были хороши в понимании её приказов, так что это было нормально.       Отступив назад, Акено протянула руки над магическим кругом и начала произносить заклинание. Риас предоставила ей адрес Гарри Поттера, и она уже заканчивала заклинание, которое должно было телепортировать мелких, как заклинание было чем-то заблокировано. Два дьявола обменялись взглядами, а затем Риас сказала:       – Пошли своего фамильара в дом рядом с домом мистера Поттера. Посмотрим, что произойдет.       На этот раз заклинание подействовало, и Акено кивнула.       – Что-то вроде заклинания против телепортации?       – Ну, мы знали, что он маг, – сказала Риас, философски пожав плечами. – Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь из них мог блокировать заклинание телепортации дьявольского типа, но это не выходит за рамки возможного. Это просто говорит нам больше о самом Гарри, не правда ли?       Акено хихикнула.       – Значит, он уже не мистер Поттер?       – Ой, тише, – пробормотала Риас, двигаясь вперед, чтобы присоединиться к своей подруге, когда магический круг изменился, чтобы показать область вокруг пяти “Они”.       Они наблюдали, как один из “Они” Акено начал забираться на дерево участка, куда они были телепортированы, прямо возле дома мистера Поттера. Когда он поднялся, за ним последовали другие, обмениваясь фразами, забравшийся “Они” сбросил веревку, чтобы помочь другим подняться.       – Десу. Десу. Десу. Десу! – командовал лидер, остальные слушались этого специалиста по скалолазанию.       Как всегда, обе девочки захихикали, услышав, как они говорят. Для их ушей это было всего лишь одно слово, но сами “Они” могли вести целые беседы, просто повторяя это слово.       К несчастью для крошечных шпионов, по ту сторону забора, разделявшего эти два дома, не было дерева. После некоторого обсуждения было решено, что одному из них придется прыгнуть. Последовала ожесточенная борьба в камень, ножницы, бумагу, и маленький голубокожий “Они” вышел проигравшим.       Ворча «Десу» себе под нос, он пошёл назад к основанию ветки дерева, чтобы разбежаться, прежде чем спрыгнуть, выкрикивая при этом боевой клич.       – ДЕСУУУУУУ!       Однако вместо того, чтобы приземлиться на траву по другую сторону забора, он упал на что-то невидимое. Синекожий “Они” врезался в него и соскользнул на землю, как будто бы он ударился о твёрдое стеклянное окно.       – Дес… у…, – простонало маленькое существо, плюхнувшись на землю.       – Какой-то физический барьер? – заинтриговалась Акено. Она не беспокоилась о своем маленьком “Они”. Несмотря на свой размер, они были крепкими и могли выдерживать сильные удары только для того, чтобы просто отскакивать назад, как резиновые мячики.       – Может ли другой “Они” попробовать заглянуть внутрь? – спросила Риас, хотя подозревала, что ответ будет отрицательным. Так и было, и она ярко улыбнулась. – Ну, теперь это интересно.       – Такая реакция определенно не может исходить от Священного механизма, и я никогда не слышала о магах, способных не допустить к себе фамильяров, не говоря уже о том, чтобы они вообще не могли заглянуть в его дом, – сказала Акено, подняв руку, чтобы положить её на подбородок, а оставшуюся руку, она разместила под грудью.       Это подтолкнуло эти два гигантских холма вперед до такой степени, что Риас немного вздрогнула.       – Это напомнило мне кое-что, что нам сказали избегать после приезда в Японию, но не совсем. Я никогда не слышал о таком шлёпательном феномене, хе-хе… просто вспомнила про поля отвращения. Тем не менее, это не повлияло на твоих фамильяров, так что это что-то другое       Акено вопросительно посмотрела на неё, и Риас отмахнулась.       – Я просто подумала о кое-чём, нам ведь не давали много информации о полях отвращения, просто дали почувствовать, чтобы мы не зашли куда-нибудь, где почувствовали бы похожее.       Пока её королева наблюдала за фамильярами, Риас принялась задумчиво шагать, перебирая всё, что они уже узнали об иностранном учителе, сама не замечая, как улыбка появилась на её лице, когда она размышляла над этой загадкой. Акено это заметила и задалась вопросом, была ли это радость от решения загадки, или Риас просто интересовалась Гарри. Это было бы впервые, когда Риас действительно проявляла интерес к парню или, скорее, к мужчине в данном случае, и Акено лениво размышляла о том, сколько удовольствия, от подразнивая, она получила бы от этого, если бы это было действительно так.       Акено интересовал мистер Поттер именно как мужчина, а не просто загадка, которую хотелось бы решить. Он был красив, силён и, казалось, обладал большой силой воли. Что в нём может не понравится?       Ей нравилось пытаться флиртовать с этим мужчиной, и когда он дал ей тот небольшой ответ, у неё по спине пробежала сильная дрожь. Было намного интереснее флиртовать с тем, кто готов был ответить по-настоящему, а не просто краснеть, заикаться или выполнять любые её капризы.       – Мы продолжим попытки узнать его поближе, – решила Риас. – Но я не думаю, что мы будем пытаться шпионить за ним вне класса. Если он узнает о наших действиях, это может отрицательно сказаться на попытки сблизиться с ним.       «И, честно говоря, мне было немного неудобно подсматривать, за Гарри и его дочерью», – подумала Риас, но не сказала вслух. Из всей её Свиты только Риас происходила из чего-то, что можно было бы назвать счастливой семьей, хотя её отношения с отцом были не лучшими и были такими, уже почти девять лет. Но это было ничто по сравнению с прошлым Конеко, Акено или Кибы, и она отказалась напоминать об этом Акено.       Акено кивнула и пошла, заваривать им чай, а Риас подошла к рюкзаку и достала книги.

OOOOOOO

      Гарри решил, что они с Лили могут поесть вне дома на заднем дворе, поскольку они сегодня уже достаточно долгое время провели в различных помещениях.       «Это одна из тех деталей, о которой я никогда не слышал, чтобы другие оборотни рассказывали», – подумал Гарри, вытаскивая два небольших стола и свой ноутбук, сидя спиной к дереву. – «Мы нервничаем, находясь слишком долго в помещениях. Интересно, сколько в этом инстинктов оборотня и влияния большого количества искусственных ароматов, которые мы ощущаем, когда находимся внутри зданий, на это».       «Также интересно, сколько из этого переняла Лили».       Гарри слегка улыбнулся, наблюдая, как его дочь выбежала из дома, затем подошла к дереву, быстро взобралась на него, затем слезла, после чего она уставилась на него с нетерпеливым светом в глазах.       – Сначала работа, милая, потом игры.       Глаза молодой девушки сузились. Гарри почти мог видеть, как шестерни вращаются в её голове, когда она попыталась атаковать его своим ужасным щенячьим взглядом, на что он быстро поднял руку.       – Я серьезно, Лили. У меня тоже есть работа, поэтому я всё равно не смогу поиграть с тобой очень долго. Но если мы оба будем усердно работать в течение этой недели, то сможем побегать в воскресенье. Так что давай поедим, выполним нашу работы, а потом, может быть, мы сможем немного поиграть перед сном.       После объяснения Лили кивнула, и упала рядом с отцом, прислонившись не к дереву, которое Гарри использовал как опору, а к его боку, и открыла сумку с книгами. Лили любила бегать, что, как Гарри знал, было его в ней наследство оборотня.       Пока Лили вытаскивала контейнеры с едой и ставила их на один из столов, Гарри наблюдал, с легкой улыбкой на лице, не отражающей его мысли. Лили и Тедди, конечно, не были первыми детьми от пары с одним оборотнем в ней, но, учитывая уникальный способ, с которым Гарри справился с проклятием, Гарри не мог не задаться вопросом, сколько его передалось. Тедди был на год старше, но он не проявил ничего, кроме слегка улучшенных чувств и чуть более сильной тяги к мясу. Это было вполне нормальным для детей, как они.       У Лили было первое, хотя второе не так развито, увеличенная скорость и, к огорчению Гарри, еще и немного увеличенная сила. Он обнаружил это, когда Лили упала с его метлы после того, как «одолжила её» годом ранее. Гнев Джинни на это было чем-то, что напомнило Гарри о миссис Уизли в её худших проявлениях, но Лили не сильно пострадала, несмотря на то, что упала с двадцати футов (6 м), и Гарри заявил, что, это должно быть, одна из традиций Поттеров воровать метлы их родителей. Сириус рассказывал ему, что и Джеймс, и Карлус, дедушка Гарри, делали то же самое.       – Вот, папа, одэн готов. Съешь его, пока он горячий, ты же помнишь каким он был неприятным, когда стал холодным, – сказала Лили, затем хихикнула, протянув вилку к лицу Гарри, угрожая положить еду ему в глаз, а не в рот.       – Скажи ааааа!       – Ааа, – услужливо сказал Гарри, чуть наклоняясь вперед и съедая еду с вилки. Когда Лили засмеялась, Гарри обнял её, нежно повернув к столу с домашним заданием за первый день. – А теперь давай посмотрим, что вам там задали, хммм?       По большей части Лили легко справлялась с нагрузкой. В конце концов, математика была легкой, читать по-японски было достаточно легко, когда Гарри помогал и заклинание переводчика, которое он наложил на них двоих, тоже помогало. Однако письменные задания, небольшие рабочие листы со словами, которые ей нужно было переписать, были другим делом. Это была нудная повторяющаяся работа, которую Лили сразу же стала страстно ненавидеть. Тем не менее Гарри поспешил ей помочь, направляя её руку, чтобы написать первую дюжину слов на кандзи, прежде чем оставил это дело на неё.       Когда Лили была так невесело занята, Гарри открыл свой ноутбук и открыл свой первый урок по местной магии. Просматривая учебный план, он обнаружил, что он был прилично организован, и конечно же, всё было написано на японском языке. И хотя он уже привык читать его, что было необходимо сделать Лили, у него всё ещё были проблемы с чтением страницы сверху вниз, а не слева направо – и это была ещё одна вещь, которая у него была общая с Лили.       Первый урок был скорее уроком истории, чем магическим, что было довольно интересно для Гарри. В нём подробно рассказывалось, как в прошлом японские маги взаимодействовали с китайскими и корейскими магами. Взаимодействие в основном было отмечено несколькими короткими, очень остро текущими войнами. В ходе этих войн были стерты с лица земли целые общины, в которых были потеряны некоторые магические знания. А потом пришла Вторая Мировая Война.       Оказалось, что китайская магия было уничтожена во время войны в Китае. Между выжившими японскими магическими сообществами существовала теория о том, что одна часть этих сообществ, которые, в то время подобно японским военным, приняли идею расового превосходства Японии, спровоцировали уничтожение Нанкина. Нанкин был центром магической культуры Китая.       Позже, ближе к концу войны, группа, которая стояла за этим, была уничтожена МАКУСА. То самое правительство, которое могло заставить Гарри и Лили носить трекеры и ограничить их магические ядра, на своей территории, не пощадило своих врагов в войне на выживание.       Это сократило вдвое размер магического населения Японии, а также уничтожило многие местные группы, оставив только те, которые были изоляционистами и пацифистами. Они держались особняком, прятались и вообще не воевали во Второй Мировой Войне, и их защитные обереги были невероятными сильными, судя по истории, и у них был договор с чем-то, под названием Ассоциация Ёкаев. После войны выжившие маги отказались от своей изоляционистской политики и расширились на остальную часть Японии, отказавшись от уединения в пользу более активной секретности, скрываясь среди множества. Было множество упоминаний о том времени, что Гарри находил достаточно интересным. Однако после этого небольшого чтения Гарри начал понимать, что действительно восхищало его: магия японских волшебников, или Онмёдо, как они себя называли.       Как предполагали несколько отдельных сообществ, магия в Японии была древней, уходившей гораздо дальше, чем сама Япония как единая нация, но магия в том виде, в котором она практикуется сегодня, исходила из двух разных основополагающих принципов. Один был основан на местных концепциях под названием Котодама. Второй был основан на древней китайской методологии, которую местные жители усвоили во время войны с материком, и был назван Онмёдо и дал своё имя всем местным магическим пользователям.       Был также и третий принцип, называемый Джугондо, но глава, которую Гарри только что прочитал была общим обзором и только упомянула, что он не практикуется за пределами некоторых избранных семей. Эти семьи были почти полностью отдельными сообществами, восходящие к тому же почти ксенофобскому отношению, который остальные маги оставили позади после Второй Мировой Войны. Глава была очень откровенной в этом, что говорило Гарри очень плохие вещи о том, как все относятся к этим семьям, и как они, защищают свой привилегированный статус.       Гарри улыбнулся, выдав небольшое «Ах», когда, наконец, добрался до настоящей магии. Это заставило Лили взглянуть на него, она повернулась к нему, пытаясь найти какой-либо предлог, чтобы отдохнуть от своего собственного нудного письменного задания.       – Что-то интересное, папа? – Просунув голову между руками Гарри, она посмотрела на экран компьютера только для того, чтобы увидеть довольно устрашающую стену японских иероглифов. – Ээээ...       – Хех. Не волнуйся, Лили. Как только я разберусь с местной магией, я поделюсь с тобой. Но первое, что интересно, это то, как по-разному европейцы и японцы видят магию.       – Ты имеешь в виду трансфигурацию, чары и всё остальное? – спросила Лили, нахмурив брови, когда она вспоминала всё, что Гарри, Гермиона и Луна, в меньшей степени, рассказали ей о магии.       – Ммм вроде как, местные волшебники, похоже, не сильно разделяют магию на различные дисциплины. В любом случае, в данный момент это немного слишком сложно для тебя. Если только ты не сможешь сказать мне, в чём будет заключается отличие идеи пяти элементов вместо четырёх в трансфигурации и оберегах? – подколол её Гарри.       Надув губы, Лили отвернулась, ударив отца локтем в бок, вернувшись к своему заданию.       Посмеиваясь, Гарри вернулся к чтению.       Несмотря на то, что Онмёдо дал своё название японским магам, именно Котодама легла в основу многих дисциплин. Переведя это слово на английский, Кодама означает «Слова души», буквально означая, слова, которые могут повлиять на окружающий мир и на человека. Обучение Котодаме состояло из четырех этапов, которые разделялись на овладение своим телом, миром вокруг вас, разумом и, наконец, душой. Всё это было дополнительно связано с пятью основными элементами, поскольку именно так азиаты видели мир: вода, огонь, дерево, металл и земля, а не ветер, вода, огонь и земля, как у европейцев. Эти элементы объединялись в пятиконечную звезду, которая стала основой для всех основных рунических массивов и получила название Сэймэй Кикё.       Сначала идёт путь тела или Земли, поскольку это был элемент, из которого произошло тело. Всё сводилось к тому, что здоровое тело равнялось здоровому магическому ядру, или, по крайней мере, именно так говорилось в первой главе. Однако многие заклинания этой дисциплины, хотя и не были атакующими или яркими, всё же были невероятно важными. Несколько глав были посвящены физическому совершенствованию и другим вещам в таком роде, о которых Гарри никогда раньше не слышал.       «Вместе это может позволить обычному магу сражаться с оборотнем на равных. Но если объединить это с силой оборотня, всё это может поднять на гораздо более высокий уровень».       Лили подняла глаза, когда её отец начал напевать. Снова засунув голову ему под руку, она наблюдала, как он листал страницы, выводя в отдельные вкладки несколько заинтересовавших его глав.       – Хм?       – Хех, просто не терпится изучить несколько новых и интересных заклинаний, которым я мог бы научить тебя в первую очередь, когда мы с тобой наконец перейдем к магическим занятиям. Но для любопытных это будет несколько позже. – усмехнувшись, сказал Гарри, отодвигая её голову в сторону. Это превратилось в что-то вроде игры, но в конце концов Гарри смог вернутся к чтению, а Лили снова принялась писать.       Затем идёт слово или дерево, так как слова были средством связи. Это напрямую приводило к ещё одной дисциплине Онмёдо, в ней были простые заклинания, которые могли изменять физический мир вокруг вас. Чары и Трансфигурация по большей части подпадали под эту дисциплину и наступательные заклинания, эквивалентные ЗОТИ, хотя Гарри был совершенно не впечатлён заклинаниями, описанными в книге.       «Возможно, в будущем об этом будут подробнее рассказывать другие учебники, но я как-то сомневаюсь в этом. Я думаю, что местные жители больше полагаются на онмёдо и долгосрочные ритуалы, а не на заклинания прямого взаимодействия. Хотя их ритуалы могут быть полезными».       Однако Гарри был заинтригован перечисленными заклинаниями трансфигурации, поскольку они выглядели гораздо более долговечными и стабильными, чем их европейскии аналоги.       Затем идёт путь души, и на этом Гарри решил заострить внимание, поскольку вся магия, имеющая отношение к душе, в Европе считалась тёмной и была под запретом. Здесь это было не так, и важность души недвусмысленно подчеркивалась тем, что она была представлена изображениями воды и огня или символом Инь / Ян.       Многие из этих заклинаний носили защитный характер, защищая ваше естество от других, и не столько разум, сколько тело, хотя, по мнению Гарри, душу и разум нельзя разделять таким образом. В книге говорилось о защите души от чужого влияния, в ней были заклинания и различные защитные медитации, чтобы избавиться от любой порчи. Существовали также и заклинания, которые связывали текущие магические ощущения от заклинания непосредственно с вашей душой, так чтобы вы могли установить своего рода сигнализацию на обереги, которые сообщали бы вам, если они сработают, что Гарри редко видел в Европе. В ней также говорилось о захвате душ животных и других существ, но не о других магах. Заклинания иллюзий и заклинания, обманывающие чувства, также попадали в эту главу, поскольку большинство из них работали с дисциплинами воды и огня.       В одном абзаце также упоминалась возможность подключиться к «душе места», что было странно для Гарри, хотя, подумав над этим, он предположил, что это было похоже на что-то вроде Хогвартса. Любой, кто пробыл в замке какое-то время, мог сказать, что он в каком-то смысле жив, и идея прикоснуться к душе замка или любым подобным местом была интригующей.       Продвинутое обучение в этой области - чтение ауры. Это было связано с душой, и было о виденье души другого человека или, скорее, его ауры, и это было связано с идеей виденья самой магии в целом. Продвинутые практики пути Души могли видеть ауры людей, понимать по ним заслуживает ли человек доверия, скрывают ли они что-нибудь, человек, совсем не человек, находится ли кто-то под чьим-то влиянием, под воздействием заклинаний и очень много других вещей.       Конечно, в тексте на самом деле не было никаких заклинаний, чтобы сделать это, но Гарри сделал себе пометку, чтобы посмотреть, сможет ли он найти книги, в которых это будет. Эти заклинания были слишком полезны, чтобы их не знать.       «И, возможно, с ними я выясню, почему Гремори, Химэдзима и несколько других учеников чувствуются мне более чем простым людьми, а не только мисс Тодзе».       Помимо пометки об этом, Гарри записал более конкретную мысль там, о которой он подумал.       «А что насчет трёх Непростительных или их эквивалентов?»       Так звучала заметка, поскольку в книге не было упоминания о заклинаниях, атакующих душу, таких как Авада Кедавра или Круцио. Круцио полностью обходил тело и, по сути, пытал душу, в то время как Авада Кедавра, заклинание, которое Волан-де-Морт использовал, чтобы убить мать Гарри и многих других людей, просто насильно выбивало душу из тела. Отсутствие даже упоминаний о заклинаниях, нацеленных на душу, можно было объяснить характером этого курса для новичка, но Гарри не был в этом уверен.       Последний путь, путь сознания или металл, потому что, если у вас есть стальная защита разума, то вы можете защититься от постороннего влияния. Согласно написанному, немногие практики доходят до этого просто из-за того, насколько это было сложно, и потому что ментальная магия не была «достаточно яркой для современных пользователей магии». Действительно, даже сама книга несколько пренебрежительно относилась к ментальной магии, и помимо описанных требований к защите своего разума от вторжений, забегает вперед, и Гарри не нашел больше уроков по этой дисциплине в назначенном ему учебнике.       «Черт возьми, было бы интересно увидеть, насколько местная ментальная магия отличается от окклюменции. В любом случае, рано или поздно, я доберусь до этого»       Дальше в книге дается обзор Онмёдо, или, как Гарри решил думать об этом, как о рунах и арифмантике. Онмёдо был построен на использовании талисманов, эквивалент рунических массивов, и, заглянув чуть вперёд, можно было увидеть, что две трети книги были посвящены его изучению. Слово, пришедшее после ознакомления, было «разнообразие». Стиль Онмёдо мог использовать талисманы, чтобы сделать то же самое, что европейцы могли делать заклинаниями прямого воздействия, и использовать их намного дольше. Их обереги не обладали грубой силой, европейских аналогов: они не могут спрятать целое сообщество в центре какого-либо города. Но они могли скрыть его гораздо искуснее, скажем, в национальном парке.       Талисманы можно было использовать для задержки и ослепления врага, защитится от наступательных заклинаний и физических атак, заставить кого-то или что-то подчиняться и другие, гораздо более тонкие вещи. Они могли воздействовать на разум почти как постоянный Империо, пока талисман будет одет на человека. В книге было изображение “Они”, таких же, как те двое, которых Гарри видел тогда в аэропорту. Они обладали естественным высоким магическим сопротивлением, но с ошейниками на них и множеством талисманов, непосредственно касавшихся их кожи, его можно было обойти, а их разум сам по себе был довольно слабым. Талисманы можно использовать и для защиты какой-нибудь области, хотя они и должны будут подключены к источнику магии.       Через какое-то время Гарри заметил, что Лили почти закончила своё домашнее задание, и решил отложить оставшееся на ночь, зная, что, когда Лили становиться скучно она может превратиться в настоящего маленького неугомонного монстра. Вечером он должен будет написать краткое изложение того, что он только что прочитал, и отправить это. На следующей неделе его занятия начнутся всерьез. Они будут больше посвящены истории и местным законам. Сама практика заклинаний начинались не раньше, чем через месяц, по плану занятий, хотя Гарри определенно не собирался придерживаться такого графика.       «Заклинания для обнаружения ауры, затем, я думаю, заклинания иллюзий, и после этого приступаю к изучению Онмёдо. Я буду осторожен с этим, и смогу начать раньше, чем необходимо, в то же время продолжая изучать историю и законы. Это раздражает, но мне просто нужно пройти через это. А пока мне нужно утомить одну нетерпеливую красную голову».       С этой мыслью Гарри выключил свой ноутбук и встал, прихватив с собой стол на котором он стоял.       – Ладно, думаю, хватит на сегодня работы. Давай ка приберемся здесь, Лили, а потом немного поиграем в охоту за снитчем.

OOOOOOO

      – Такое количество дьяволов на этой территории, заставляет меня нервничать, и я рада нашему приказу просто понаблюдать в течение нескольких недель, прежде чем действовать, если Священный механизм парня активируется. – Обратилась черноволосая женщина к двум знакомым лицам и одному незнакомому мужскому лицу. Она казалась старшеклассницей, с очень хорошим телом, грудями сравнимыми с Риас, не говоря уже об Акено, с лицом, которое могло бы украсить многие картины или скульптуры.       – И это даже не считая того нового учителя. – Сказала она сердито нахмурившись. Что сделало выражение её ангельского лица не таким красивым.       – Что не так с новым учителем? Ещё один дьявол, которого нам придётся опасаться Рейналь? – спросил мужчина.       – Я думаю, что он какой-то оборотень, – сказала Рейнар, злобно нахмурившись. – Я не рискнула наложить на него какое-нибудь проверочное заклинание, но он определенно испускал такое дикое ощущение. И он также чувствуется довольно сильным.       Калаварнер и Миттельт, оживились.       – Красивый, двадцать с небольшим лет, с чёрными как смоль волосами, изумрудными глазами, высокий и с фантастическим телосложением? – спросила Калаварнер.       – Да, это он, – ответила Рейналь и остановилась. – Подожди, так, это тот, кого вы двое встретили тогда… Странное совпадение.       – Я не верю в совпадения, – сказали Миттельт и мужчина одновременно, прежде чем взглянуть друг на друга. – Эй, не копируй меня. Прекрати!       – Заткнулись, вы двое, – приказала Рейналь, размышляя, расхаживая по скамьям заброшенной церкви, которая была их штаб-квартирой в городе Куо. Дело в том, что Гарри Поттер почему-то её пугал. Его окружала аура силы и богатого опыта. Как солдат, Рейналь могла замечать такие вещи в других людях. – Мы должны будем проследить за ним и быть при этом очень, очень осторожными.       – Или я могла бы соблазнить его... Он интересовался мной, когда мы встретились тогда. Таким образом, я могла бы быть достаточно близко, чтобы атаковать его, если он по какой-то причине будет действовать против нас, ну, и присмотреть за ним тоже. – неуверенно сказала Калаварнер.       Калаварнер была немного обеспокоена этой идеей, поскольку это могло означать принятие мер и против Лили, а единственное, чего она никогда не делала это убивала или даже просто причиняла вред ребенку.       Мужчина усмехнулся.       – Не каждый может поддаться такой глупости, Калаварнер.       – Просто потому, что ты пал из-за жестокости не означает, что ты можешь смотреть свысока на тех из нас, кто пал по более изощрённым причинам, Донасик, – твёрдо ответила Калаварнер. – И, если ты не хочешь умереть в сиянии славы против численного превосходства дьяволов высокого уровня, то я предлагаю тебе держать своё эго под контролем.       Махнув им обоими, заставив замолчать, Рейналь задумалась над идеей Калаварнер.       – Хм… Я подумаю над этим. Также есть проблема в том, что он сделает, если узнает, кто ты, когда ты приблизишься к нему.       Калаварнер улыбнулась, потянувшись до своих волос, погладила их пальцами, затем провела рукой вниз по своему телу, подчеркнув свои изгибы. Как и все падшие ангелы, тело Калаварнер было очень соблазнительным, и она очень хорошо знала это.       – Знать, кто я такая, ещё не означает, что кто-то может принять меры против меня. Оставь это мне, Рейналь, не волнуйся.       Миттельт покачала головой, но была вынуждена признать, что это был хороший аргумент. Многие влиятельные мужчины были пойманы красивым лицом и сексуальным телом, и, хотя она не хотела этого признавать, Калаварнер неплохо знала, как играть в такие игры.       «Если бы я только могла убедить себя, что в данном случае это было бы хорошей идеей?» – Подумала она про себя, задаваясь вопросом, какую именно силу скрывает Гарри Поттер, в то время как Рейналь вернулась к первоначальному обсуждению цели, из-за которой они на самом деле собрались здесь.