Жди меня

На газовой плите готовился завтрак. Запах жареных яиц, приправленных душистым базиликом и укропом, разносился по всему дому, вызывая аппетит его обитателей. Из старого радиоприёмника доносился знакомый мотив. Девушка в нежно-розовом фартучке и домашнем платье подпевала строчки известной практически всем песни и мило щурилась от удовольствия. Уже минут пять темноволосый наблюдал за происходящим и тепло улыбался. Он заметил, что сейчас Сакура искренне счастлива. Под её глазами нет синяков от бессонных ночей, а кожа больше не такая бледная и холодная, как раньше. Глядя на это, что-то теплое разливается внутри молодого человека, в том месте, что люди обычно называют душой. Ведь эта зеленоглазая девушка сможет растопить самые холодные сердца на свете своей искренней улыбкой, задорным смехом и невинными глазками, которые видели слишком много плохого для своего возраста. Стянув с себя плащ, Саске сел за стол, и подперев рукой щеку, с нетерпением ждал, когда увидит её покрасневшее от стыда лицо. Долго ждать не пришлось: в эту же минуту девушка разворачивается к нему лицом, и с громким "ой", замирает, глядя на безэмоциональную физиономию Учихи. - Ты долго тут сидишь? - засмущавшись, промямлила розоволосая. - Достаточно. - немного грубо ответил парень. - Ой, прости, Саске, я что-то увлеклась. - поджав губки и отвернувшись, чтобы взять тарелки, сказала Сакура. - Как на работе? Ты сегодня рано ушёл. Я очень испугалась, когда, проснувшись, не увидела тебя... Стиснув зубы и отведя взгляд к окну, Учиха сквозь стекло взглядом пытался зацепиться хотя бы за что-нибудь. И остановив взор на парочке, идущей рука об руку и мило разговаривающей о чём-то, наконец, ответил: " Да, всё хорошо." Девушка суетилась у стола: заваривала чай, аккуратно раскладывала приборы и украшала получившиеся блюдо помидорками, пока юноша продолжал сверлить парочку глазами-угольками. *** - Что-то случилось?- обеспокоенно спросила девушка. - Если невкусно, то так и скажи, я не расстроюсь. - Сакура, - ковыряя яичницу, произнес Учиха. - тут такое дело, - он отвёл взгляд, надеясь, что если не будет видеть её лицо, то говорить будет немного проще. - Мне надо будет уйти. - Что? - под громкий звук удара деревянных палочек о керамическую посуду, вскрикнула девушка. - Мне назначили миссию сегодня, я должен буду покинуть деревню уже завтра утром. - всё также просверливая взглядом дыру в стене, говорил он. - Я пойду с тобой.- упрямилась Сакура. - Нет. Это не обсуждается. - Почему? - её голос уже начинал сипеть от подступающего кома к горлу. Он встал, и набравшись сил, всё-таки посмотрел на неё. Прежде светящиеся от счастья глаза, вмиг покраснели и наполнились влагой. Эти изумрудные звездочки смотрели на Саске и будто шептали: " Лгун, ты же обещал больше не уходить… " Он взял Харуно за руку, и подведя к дивану, посадил девушку, а сам сел и склонился к её коленям. Рука Учихи продолжала держать руку Сакуры, гладя большим пальцем крохотную ладошку с малозаметными ожогами на ней. - Ты дорога мне, Сакура. Миссия - это не прогулка, может произойти всё, что угодно. Я не могу рисковать тобой и твоим здоровьем. Ведь если я потеряю ещё и тебя, то буду полным идиотом. - глядя ей в глаза, прошептал Учиха. - Пожалуйста, останься здесь! Хотя бы ради меня… - Но с тобой тоже что-то может случиться, а я - врач, и всегда смогу помочь и тебе, и себе, если понадобится. Клянусь, я не буду раздражать пустой болтовней и расспросами, только, пожалуйста, возьми меня с собой! - умоляла Харуно. Саске всё продолжал гладить её руку, что-то обдумывая. А потом свалился головой на белоснежные колени Сакуры. Ладошку девушки, что прежде была у него в руке, прислонил к своей щеке и прижался лицом как можно ближе, утыкаясь в тёплую кожу, и еле ощутимо целуя бархатное запястье. По мужской щеке вдруг потекла непрошенная слеза, непривычно обжигая лицо. Перст Харуно гладил щёку Саске, вытирая слезы, стекающие на микроскопические царапины на щеке, которые, тем не менее, сильно щипало от солёной воды. - Моя мать… Она часто гладила меня по щеке у себя на коленях, когда я приходил к ней расстроенный из-за брата. Я жаловался ей, что Итачи не хочет тренировать меня, а она, улыбаясь, говорила мне, что когда я еще немного подрасту, то брат обязательно возьмет меня с собой на тренировки, а после она целовала меня в лоб. Это всегда успокаивало. Он взял руку Сакуры в свою, и крепко сжав, прислонил к своей груди. - Итачи всегда переживал за меня, и продолжал любить, даже когда я принял обличье мстителя и мечтал убить его своими же руками.- тяжело вздохнув, продолжил Учиха. - К сожалению, почти всю мою семью забрала сырая холодная земля, и это никак нельзя изменить. Но ты… ты смогла объединить в себе всё то, что мне было дорого в них. Я слишком дорожу тобой и твоей любовью, поэтому я уйду один. Услышав эти слова из уст любимого человека, Харуно прерывисто задышала и робко вытерла рукой глаза, которые не могли уже сдерживать солёную влагу. - Сакура… - сочувственно произнёс Саске. В этот момент в груди его будто что-то разорвалось. Учихе физически сложно было всё так же холодно владеть собой, как и раньше, ведь самому дорогому для него человеку было неимоверно плохо. И он в этом винил себя. - Как только я справлюсь с самой опасной частью миссии, вернусь за тобой, и дальше мы пойдем вместе, обещаю. - впервые за много лет Учиха был так многословен с кем-то, а за выпущенные наружу эмоции, которые тяжёлым бременем лежали на его сильных плечах, он точно будет себя долго ругать. - Хорошо, я буду ждать тебя. - прошептала девушка. Её голос звучал оживлённее после слов Саске. А потом наклонилась и нежно поцеловала его в лоб, еле касаясь дрожащими губами и щекоча волосами лицо парня. - Только знай, если что-то случится, двери этого дома всегда открыты для тебя. Пока ты будешь лежать у меня на коленях и в холодном бреду просить прощения, я залечу все твои раны, даже если на это уйдёт вся моя чакра. Саске вдруг резко встал и протянул ей руку. - Я хочу показать тебе кое-что. Не думай, что это что-то романтическое, просто я думаю, ты должна увидеть это, раз говоришь такие вещи. Харуно положила свою руку в его, и немного смутившись от такого жеста, последовала за Учихой. **** Под ногами скрипели старые доски, а в воздухе летала пыль, придавая дому ещё более мрачную атмосферу. Саске шёл впереди, он медленно перешагивал с одной ноги на другую, боясь потревожить скрипом половиц здешних обитателей. Учиха обернулся к девушке, и взяв крепко за руку, повел куда-то вглубь дома. Все стены были обшарпаны, и от них исходил какой-то липкий пробирающий до костей холод. А порванный и испачканный кровью гобелен клана Учих, наводил какой-то панический ужас. Когда они ступили на порог террасы, из трещины в полу выползла мышь. Зверёк засеменил лапками, издавая странный звук, чем-то похожий на шуршание листьев. Парень завел Сакуру в просторное помещение. Хоть на улице было ещё светло, внутри стоял мрак. Лишь небольшая полоска света проходила через маленькое окно, почти полностью покрытое плотным покрывалом пыли. Но даже с таким освещением можно было разглядеть две старые фотографии в деревянной рамке в центре комнаты. Рядом с каждой из них стояла ваза с давно засохшими цветами. Внимательно присмотревшись, Харуно разглядела у людей на фотографиях знакомые черты лица. – Это - могила моих родителей. – с ноткой цинизма сказал Саске. – Я давно здесь не был. Надеюсь, они простят меня за это. – сев на колени перед фотографиями, тихо добавил темноволосый. Он протёр запылившееся стекло тыльной стороной перчатки, а затем в каждую вазочку поставил по несколько красных цветов. На плечо юноши мягко приземлилась рука Харуно. Чуть сжав чёрную ткань плаща, она присела рядом. - Если тебе нужно побыть с ними без посторонних, я могу выйти. - Стой! - схватив девушку за запястье, он дернул её руку вниз. Пошатнувшись, розоволосая упала на колени. - Не уходи, пожалуйста. Не оставляй меня одного. - умолял Саске. Он прижался к её груди, и слёзы моментально брызнули из черных глаз. Сакура впала в ступор от неожиданности, но чувствуя, что сейчас ему нужна поддержка, обняла склонившееся к ней тело, поглаживая по спине. - Ты наделал много глупостей, Саске, и это уже не исправить. Не стоит винить себя за что-то, когда это что-то уже давно совершено твоими руками. Единственное, что ты можешь сделать - это оставить всё, то что причиняет тебе боль в прошлом и начать жизнь с чистого листа. Это будет сложно, особенно для тебя, но разве ты когда-то отступал перед сложностями? Нет! Ни за что и никогда! Я верю в тебя, Саске. Я верю, что в скором времени, может через год, два, три, но рано или поздно, ты обретёшь счастье и покой. - она приподняла его лицо, и показав жестом на фотографию, добавила: – Твоя мама - самая красивая женщина из всех, что я видела. Ты очень похож на неё, особенно в этом возрасте. А папа… он всегда такой серьезный был? – прижав Учиху обратно к себе, интересовалась Харуно. – Он был достаточно строг с нами. Мы редко видели его улыбающимся, но иногда такое всё-таки происходило. Главной его слабостью была мама, он очень любил её, и кажется, любил больше жизни, но не показывал это, как все остальные. Этим я и похож на своего отца... - он немного задумался, а потом добавил. - Мой папа говорил мне: "...Учихи любят по-особенному. Мы не показываем это всем на обозрение, наша любовь живёт в тишине и спокойствии. Любовь Учих самая сильная на свете. Если Учиха полюбил кого-то, он до конца своей жизни будет защищать всеми силами любимого человека..." *** Жёлтый диск Луны освещал маленькую комнату. Саске и Сакура лежали в тишине, боясь сказать или сделать что-то не то. Харуно смотрела в окно на практически голое дерево вишни. Сакура, что раньше цвела и пахла, грустно склонялась в молитве, а редкие оставшиеся цветочки колыхались от ветра. С новым порывом, сквозь открытое окно, в комнату залетело несколько розовых лепестков, что печально рассыпались на деревянный пол. Выпутавшись из-под одеяла, Сакура лениво подошла к лепесткам и подняла их, собрав горстку в ладони. Она чуть наклонила голову и вдохнула знакомый горьковатый запах, и насладившись этими чудными лепесточками в последний раз в этом году, с особым трепетом высыпала их в специальную коробочку, где хранились различные лепестки, стебельки и корешки растений. Вновь укутавшись в одеяло, на этот раз она повернулась лицом к Саске. Несколько прядей чёрных волос закрывала его правый глаз. Он смотрел куда-то вдаль, видимо, на дерево. Яркая и красочная часть жизни дерева неудержимо уходила вместе с опадающими цветами. Вновь наступала грусть, тоска и томительное ожидание весны. Девушка внимательно смотрела на лицо Саске, и придвинувшись поближе, убрала за ухо чёлку Учихи. Затем ладонь скользнула ниже, к щеке, и тихонько поглаживая, Харуно спросила: - Может, сегодня, ты меня обнимешь? Взгляд парня теперь был сфокусирован на ней. Он внимательно смотрел Сакуре в глаза своими чёрными льдинками, от чего щёки девушки уже начинали покрываться румянцем. Вместо ответа парень приподнял правую руку, и розоволосая, добившись желаемого, нырнула в его объятия, довольно утыкаясь лицом в шею Саске. Он тихонечко гладил её волосы, иногда пропуская розовые пряди через фаланги пальцев. Голову не покидала мысль о том, как он привык быть рядом с этой неуклюжей девочкой. Ему не хотелось верить в то, что завтра он будет ночевать не в её постели, при этом обнимая её разгорячённое тело и слушая беспорядочное биение влюбленного сердца. Ему снова придется остаться где-то в холодном лесу, совершенно одному, наедине со своими мыслями. - Во сколько ты собираешься покинуть деревню? Я бы хотела проводить тебя. - шептала девушка, прикрывая уже слипающиеся от приятной усталости и наслаждения глаза. - Я уйду рано, поэтому провожать меня не стоит. – холодно ответил Учиха. - Но как же так? - возмутилась Сакура. - Так действительно будет лучше для нас обоих. - он наклонился и поцеловал её макушку. - А теперь спи. Я хочу, чтобы ты выспалась. Он укрыл её тело одеялом практически до головы, и прижался к ней ещё ближе, запечатывая этот момент у себя в голове ещё на долгие годы. *** Красно-желтый рассвет уже освещал комнату. Выпустив девушку из объятий, Саске немного помедлил вставать. Он засмотрелся на её лицо, освещённое теплой палитрой рассвета. Он, как-то сам того не желая, собрал свои вещи слишком быстро. Парень оглянулся еще раз на комнату и на спящую на белоснежной постели девушку. Учиха в очередной раз склонился перед ней, рассматривая лицо. - "Такая безупречно красивая, разве я достоин её?" - пронеслось в голове у парня. Учиха приблизился губами к её щеке, и оставил прощальный поцелуй. - Прости меня, Сакура. - прошептал Учиха и вышел из комнаты, спустился как можно тише по лестнице, и поникнув головой, уже хотел было уходить, как его внимание привлекла небольшая красная корзинка на кухонном столе. Учиха подошёл, и раскрыв кулечек, увидел внутри несколько онигири и записку, на которой аккуратным почерком было выведено: " Я знаю, как ты любишь онигири, поэтому и решила приготовить их специально для тебя. Надеюсь, ты сможешь вернуться как можно скорее, ведь я уже скучаю по тебе. А пока ты будешь на миссии, я решила, что когда у меня наконец-то получится заполучить от госпожи Цунаде свободное время, я обязательно навещу твоих родителей снова, и почту их память. Надеюсь, ты будешь не против. С любовью, Сакура." Оценив заботу розоволосой, Саске невольно улыбнулся, и спрятал записку в карман. Взяв с собой свёрток, черноволосый вышел из дома и побрёл в сторону ворот, что являются выходом из деревни. Голова была пустая, а эмоции смешались в кучу. Учиха не мог и подумать, как трудно будет уходить в этот раз. Он специально попросил Харуно не провожать его. Ведь она бы обязательно расплакалась, а оставить Сакуру одну в слезах, он не мог. Но юноша и не подозревал, что прямо в этот момент, не спавшая всё это время Харуно, вновь тихо плачет в подушку от одиночества и опустошения, и вновь ждёт его грешную душу, чтобы наполнить свою жизнь счастьем и покоем.