Белая Ведьма. Свет Маяка.

      Лето перед началом канона. Вейл, Академия Маяк, кабинет директора Озпина. — Мне нужен именно он. — Винтер Шни в очередной раз устало и раздраженно прикрыла глаза.       Некогда ранее холодная и в меру бесчувственная, она теперь уже не считала нужным подавление эмоций, и достаточно привыкла их выражать. Что и демонстрировала собеседникам последние полчаса, безуспешно пытаясь получить для себя одного из профессоров Маяка, на все лето. Увы, что директор, что его заместительница, и зачем-то присутствующий Айронвуд, не могли вникнуть в ситуацию. — Но почему именно он, мисс Шни? — Директор Озпин решительно не понимал, почему именно один конкретный профессор из всего состава преподавателей, заинтересовал старшую дочь семейства Шни. — В конце концов, ваше требование не соответствует его специальности. — Ох. — Винтер подняла взгляд. — Послушайте меня внимательно. У меня на руках почти две сотни девушек, больше полутора сотен из них с активной Аурой, и число растет. Они сами научились ее активировать. И им нужен хотя бы инструктор. Вдобавок, Вайсс оставила на руках неумелых поселенцев достаточно оружия для небольшой войны, и большая часть вооружения и самая тяжелая в руках этих фанатичек. — Но мы могли бы отправить команду Охотников с соответствующим заданием. — Озпин снова возразил, повторив свою многажды сказанную фразу другими словами. — И разве спасенных не увезли по домам? — Они возвращаются, по одной или две, иногда со случайными сиротами или братьями-сестрами, когда с родителями или парнями. Но найму Охотников для обучения мешает ваша любезная Гарден, не устающая поливать грязью мою сестру. — Винтер вперила грозный взгляд в расслабленно восседающего директора. — Если бы не ее профессионализм и опыт именно в той местности, я бы ее уже прогнала. К сожалению, я не могу себе позволить подобной роскоши. Но для спасенных моя сестра кумир, и их реакция на критику становится негативной. К тому же, любой сильный мужчина у большинства из них вызывает небольшой страх, а ведь вы и сами знаете, как ведут себя большинство Охотников. В таких условиях профессор Порт, ввиду своей манеры поведения и внешности практически идеален. Он обходителен, дружелюбен, не склонен обижать кого бы то ни было, и достаточно жизнерадостный для повышения общего фона настроения. — Мисс Шни, я не могу выделить именно его. — Озпин развел руками. — Но может быть Кроу… — Сразу нет! Тащить его к себе, терпеть, и за это платить? Я не сумасшедшая. — Глинда? — Упомянутая женщина встрепенулась, снова став следить за затянувшейся перепалкой. — Тоже нет. Слишком похожие с Вайсс навыки, и она вам нужнее. — Ублек? — Вы уверены что он не побежит искать материал под очередную диссертацию? Мне нужно их заинтересовать, чтобы уже потом я могла нанять кого угодно. — Кхм, вы пожалуй, правы. Что же. Я вынужден согласиться. Глинда вам поможет с оформлением найма и получение согласия профессора. — На деле Озпин устал от пустого повторения разговора. — Спасибо. — Винтер с усталым смирением кивнула головой, что прежде для нее было бы вопиющей невоспитанностью. — Винтер, возможно, я мог бы помочь. — Вступил в разговор генерал Айронвуд. — В моем распоряжении имеются необходимые специалисты, и думаю, они тебе будут привычны. — Нет, генерал, я еще не разобралась с вашими последними подарками для Вайсс, но позже ваша помощь понадобится. И кстати, вы имеете на нее какие-то планы? Имею ввиду, что вы внезапно дарите дорогие, просто безумно, подарки, находите ей отчисленных курсантов, даете негласную поддержку. Надеюсь, вы осведомлены о ее вкусах? — Мисс Шни! Смею заверить, что не имею на нее никаких планов, за исключением повышения ее эффективности как Охотницы. — Айронвуд было вскинулся, но вовремя заметил отблеск смеха в ее глазах. — И я правильно понимаю, что как только сестра наиграется в солдатиков и достаточно научит их своей манере работы с Прахом и Аурой, в Академии Атласа прибавится учеников? — Уже откровенно насмешливо. — Я не могу позволить прохлаждаться обученным специалистам. — На деле, генерала изрядно выбила из колеи манера поведения Винтер Шни.       Когда-то холодная и неприступная, она уже не сильно была похожа на себя прежнюю. Немного развязные манеры, больше эмоций и ясные интонации, белоснежный брючный костюм, туфли на каблуках, и легкий загар вкупе с распущенными волосами, с рогатой диадемой на них, делал из некогда «Ледышки» обворожительную девушку, напомнившую генералу, что он все-таки мужчина. То, что она умело пользовалась внешностью, не помогало. — Кхм. — Глинда Гудвич привлекала внимание. — Не могли бы вы объяснить для непосвященных? Что такого необычного в навыках студентки младшей Академии? — Генерал осведомлен, а что до остальных… — Винтер обвела взглядом собеседников. — Могу я надеяться, что информация останется при вас? Все же, вам с Вайсс еще работать, будет полезным знать ее манеру мышления. — Получив согласные кивки, она продолжила. — Что же. — Винтер села прямо. — В работе с глифами есть одна особенность. Всегда есть понимание своего «Я». Ты становишься точкой отсчета. Глиф всегда на расстоянии от тебя, и не имеет значение в воздухе он или на земле. Ты всегда в центре своего диапазона. Ты есть центр своего персонального мира. При этом глиф это часть твоей воли и твоего «Я». Достаточно ясно? — Да, и пока ничего необычного. — Прокомментировала Гудвич. — Такое применимо к большинству Проявлений с радиусом действия. — Соглашусь. Но сестренка пошла дальше, или, скорее глубже и в сторону. Ее «Я» это ее душа. — Винтер насмешливо посмотрела на невозмутимо слушающего генерала. — Итак, есть «Я», тогда есть «Мое». И есть чужие «Я», и есть чьи-то и чье-то. Имущество, люди, ресурсы, тело, Аура, энергия. Все, что угодно. Всегда чье-то. Или «мое». — Взаимная узурпация? — Заместитель директора недоверчиво прищурилась. — Разве это не слишком похоже на вашего отца? — Отчасти. Но отец видит только свое естество, и ничье другое его не интересует. Вайсс же признает чужое существование и искренне радуется новому контакту. То есть, для нее все изначально равны. Применительно к ее навыкам, это означает, что она рассматривает все что имеет, включая тело и Ауру, как инструмент, следовательно, использует либо подчиняет. И она этому может научить. Дальше, использование Ауры, в соответствии с ее приемами становится невероятно простым. — Думаю, мы сможем смириться с подобным мировоззрением. — Глинда Гудвич. — И прошу прощения за отвлечение, думаю, нам стоит вернуться к теме вашего визита. — Вы правы. — Винтер в согласии кивнула. — Но дальше вопрос сложнее. Мне нужны люди, обученные, но с советом Вейла я об этом говорить не могу, потому что им это очевидно не понравится. Впрочем, вы можете между собой договориться, и предоставить мне специалистов-фортификаторов и инструкторов для муштры. Три поселения готовы либо к расширению, либо к надстройке стен, далее будут построены первые теплицы. В итоге мы решили использовать атлезианскую схему застройки, то есть максимально компактно и наиболее защищённо. Для Айсберга также нужно организовать оборону, спроектировать стены и здания, пока застройка не стала совсем хаотичной. — Айсберг? — Глинда Гудвич все же не сдержала любопытства. — Да, бывшая база сестры, скала высотой в триста восемьдесят метров, теперь же является административным центром региона и транспортным узлом. Оборона большей части поселений также завязана на нее. Также там есть гостиница для прилетевших, оттуда отходят регулярные рейсы, недавно появился рынок и даже пара магазинов. Готовятся открыть бар и школу. В общем и целом, населения уже на три тысячи, хотя значительное количество из них это наемники и различные бездельники, решившие полететь наудачу. Так же есть идеи насчет железнодорожной ветки, но это пока что лишь на уровне мечты. — Весьма стремительное развитие. — Женщина одобрительно кивнула. — Всё деньги. Генерал любезно предоставил внушительную сумму, чтобы забрать с рук сестры результаты ее работы. Даже при том, что он купил лишь за десять процентов от реальной стоимости, остальное отдав материалами и техникой. Уверена, не сделай он этого, Рейвен Бранвен искали бы под каждым кустом. — Увы, совет Атласа не одобрил покупку за столь большую сумму. Мне пришлось искать другие способы возмещения. — Разумеется, и у Атласа всегда есть неудачные экспериментальные или нерентабельные результаты работ, или просто списанные, которые вы с радостью готовы отдать за внушительную цену. Как те самые «Паладины» экспериментальной серии, купленные моей матерью, верно генерал? — К моему сожалению, я не всесилен, а Змееглавы и вовсе являются испытательными образцами. — Генерал возмущенно нахмурился. — Которые пригодны лишь как мобильные оборонительные точки! — Кхм! — Директор обратил на себя всеобщее внимание. — Можем ли мы вернуться к теме нашего импровизированного собрания?       Увидев ясно выраженное молчаливое согласие он продолжил: — Итак, я могу поговорить с советом Вейла и убедить их. Но что это будет значить для Академии и что я могу пообещать советникам? — Скидки конечно. — Шни невозмутимо взглянула в глаза директору. — Скидки на поставки Праха и материалов на временной основе, а также на поставки к грядущему фестивалю Вайтел. Мы, очевидно, не сможем обеспечить фестиваль полностью, но можем снабдить определенными видами Праха отличного качества. Впрочем, вы итак все понимаете? — Понимаю. — Озпин выглядел довольным. — Итак, скидки. Сколько и на что именно вы готовы их предоставить?

******

Мистраль. Южная часть материка. База группировки «Свободная революция». <      Закрученная вокруг Прахового двигателя новая коса, с визгом рикошетов отбивает многочисленные пули, так как я вынуждена была установить во внутренний круг ускорение времени. Внешний круг же заряжен барьером, и в нем, расширенном до предела, находится взвод бывших солдат и курсантов Атласа, беспрестанно палящих в любую подозрительную кочку.       Мы находимся на базе последователей Белого Клыка, подражателей и убийц, что всеми силами стараются нарушить недавно заключенные со Зверинцем соглашения. Здесь отряд Бруно, бывшего, вроде как, бандита, тоже сопровождающего меня, и также есть сводный отряд моей персональной головной боли, девиц, некогда вырученных из плена Белого Клыка.       Совсем недавно, год назад, Гира и Кали Белладонна прибыли в Вейл, как на нейтральную территорию, и привезли с собой договора о перемирии, хотя, казалось бы, войны нет. Но как оказалось, многие торговцы и путешественники не решаются на посещение острова фавнов, не собираясь рисковать свободой или жизнью, не говоря уже об имуществе.       Все это негативно отразилось на итак небогатом населении, и они вот-вот обещали начать голодать. Не то чтобы на Менаджери было много пригодной для жизни земли.       С этими мотивами, с просьбой о выделении специалистов, преимущественно фавнов, и прибыли вожди. И на их удивление, желающих вернуться или вовсе переехать на остров было откровенно немного. А сами же вожди, изо всех сил пытались оставить контингент задержанных преступников-фавнов в тюрьмах, и не допустить их депортации, при этом сохраняя лицо, стараясь не вызвать гнев своих подданных.       Прерываю размышления и коротко приказываю. Солдаты меняются местами и перезаряжаются, а я в это время атакую сосулькой с неба хлипкие домики, пользуясь корректировкой от Никс. Та уже привычно занимает эту позицию, находясь в небе, на отдельной платформе.       Изначально семья правителей приехала ко мне в поместье, якобы проведать Блейк, и стоило больших усилий их не прогнать, хотя бы по поводу глупой самоуничижительной манеры общения. Через меня они вышли на контакт с генералом Айронвудом, а через него с советом Вейла и Биконом. С собой они везли дорогой приз — сдавшуюся Сиенну Ханн. На деле же, женщина была жестоко подавлена, и по сути еле двигалась, неспособная даже поднять голову. Менаджери пережил первую в истории гражданскую войну.       К сожалению, самая радикальная часть успела эвакуировать активы, и оставить остров без средств к существованию. Это при том, что местонахождение Тауруса и его команды лейтенантов, а также той самой неизвестной никому Синдер, до сих пор неясно. Но, у генерала есть обоснованное предположение, что именно они причастны к осложнению ситуации с бандитами на этих землях. Слишком ровно и одновременно все началось.       Бомблю здания одно за другим, не жалея Праха, ибо за последние полтора года, после приснопамятного турнира, значительно улучшила навыки, и теперь не трачу такое уж значительное количество Ауры на колдовство. Приемы наконец отработаны, наставник доволен моим прогрессом в овладении новым оружием, а я под его руководством научилась обращаться с Аурой по-мистральски, если так можно выразится. Все же, методы обращения со светом души в разных странах весьма различаются.       Разрушаю последнее здание, солдаты из других групп сокрушают последние очаги сопротивления, и вот, наконец, спустя почти час непрерывной безудержной пальбы, последний из новых террористов подавлен и усмирен.       Увы и ах, многие бандиты теперь стали борцами хоть за что-то, радостно и нагло вербуя идиотов и отчаявшихся, иногда захватывая фермы и поселения за пределами стен. То есть, хаос беспорядков, бывший сначала в Вейле, потом в Атласе, теперь уже находится в Мистрале.       На обширных мистральских землях их развелось немало, но хоть правительство Мистраля и старается их подавить, континент Анима слишком велик, и кроме уродов есть и простые бандиты. К тому же, некоторые террористы не брезгуют торговлей или наемничеством, и многочисленным «аристократам» это выгодно. Ведь та же наркоторговля процветает здесь столетиями, и существуют целые преступные династии, даже маленькие городки, где все рождены в одной банде.       Последние проверки, и распускаю барьер, а коса, прежде бывшая проектом «по-требованию», складывается и занимает место за спиной, на специальных фиксаторах. Мою «Альбину» увы, я не стану больше пачкать в крови, если только не представится возможность казнить настоящих ублюдков из Белого Клыка, но никак не подражателей. — Мэм, мы закончили! — Парень, чуть старше меня, подбежал и вытянулся по струнке, отчитываясь.       Одетый в снова украденное у Атласа военное снаряжение, которое мы смогли отбить ранее, вооруженный их же оружием, он чуть раньше с энтузиазмом бросался в бой, наряду с товарищами.       Все они, так или иначе, относятся к курсантам, которые не прошли отбор в Академию, отчисленным оттуда за нарушения, либо являются бывшими солдатами. Так сказал генерал, после их возникновения у моего порога, в переданном коротком видеопослании. Но все проще, и я всего лишь прикрытие для их операций. — Хорошо, отлично… — Устало вздыхаю от фарса, но солдат все еще ждет правильной команды. — Молодцы! Приступить к эвакуации гражданских, провести подсчет трофеев и арест преступников. Подготовить всё и всех к транспортировке. — На троечку, мэм. — Скептично замечает этот парень, и, поймав грозный, надеюсь, взгляд, уже отвечает привычно. — Есть. Будет исполнено!       Раздраженно выдохнув, иду к транспорту, дальше мне делать нечего, солдатики привычные, сержанты у них имеются, а мое командование их не впечатляет.       Конечно, они слушаются, однако в спокойной обстановке исполняют только правильные приказы, со мной контактируют больше их сержанты, которые и обучают меня взаимодействию с войсками и прочим контингентом. Ротация у простых солдат все же имеется, и получив минимальные навыки работы с прахом они улетают в Атлас. Скорее всего напишут отчет, проведут испытания, сделают очередную сводку данных, экстраполируют и будут рады. Все же, не просто так они появились.       Они именно возникли в конце прошлого лета, в составе тогда еще сорока четырех человек, якобы приехавшие искать лучшей жизни, с рекомендательными письмами и прочим. Но Айронвуд сказал, что я буквально могу им приказать есть землю, ведь они подчинятся, ибо деваться им больше некуда, и иного шанса вернуться на службу у них нет. Навыков и желания заниматься чем-то другим они не имеют, альтернативой же является короткий тюремный срок и дальнейшая жизнь прокаженного на окраине Мантла, нижнего города.       На самом деле, за их обучение владению Прахом мне неплохо платят, берут на спецоперации по подавлению бандитов в качестве младшего офицера, обучают взаимодействию с солдатами, обращению с оружием и рукопашному бою. В общем и целом, курсы полевого командира совмещенные с преподаванием.       Отдельной проблемой являются девушки из числа спасенных ранее. Все же, они явно из небогатой среды, большая часть откровенно нищие или из разорившихся поселений. И они продолжают ехать, что ко мне, что в недавно названный «Айсберг». С собой они нередко везут посторонних, родственников или друзей, иногда просто сирот и таких же бедняков.       Не то чтобы они стали такой уж сильной проблемой, но работы для неквалифицированного персонала в диких землях на самом деле немного. Качество образования у них никакое, вдобавок изредка среди них находятся обладатели пробужденной Ауры, и те довольно спесивы. Их мы сортируем отдельно, и потом уже по навыкам, решаем, что с ними делать. Даже пришлось организовать небольшие гражданские школы, и отправить подходящих по возрасту в младшие боевые школы, благо, это бесплатно.       Увы, приходится использовать схемы работы с персоналом, принятые в Атласе и в ПКШ в частности. Все же, нас с Винтер учили именно подобному способу работы с людьми. Главное не забывать увеличивать им заработную плату время от времени и посылать на курсы повышения навыков и знаний.       Так что, в нашем с сестрой непосредственном подчинении на данный момент находятся в совокупности около полусотни тысяч человек. Хотя треть из них разнообразные нанятые сторонние специалисты и скоро должны частично разъехаться.       Устало опускаюсь на место пилота в своем Буллхэде, и запускаю проверку состояния. За штурвалом полетит другой человек, но это мой транспорт, который со мной уже третье лето, и с ним я уже сроднилась.       С грохотом вваливается в салон Азура, следом за ней заходит Черилл, они теперь тоже кто-то вроде младших командиров. Блейк, увы, убежала вновь. Сначала она сбежала от Тауруса, позже в Вейле, сразу по прибытии из лесов, теперь же снова ушла в маленький городок Вейла, в школу «Стеллар».       Наши своеобразные отношения так никуда и не пришли, ограничившись телесным контактом и странной дружбой, которая вмиг стала для нее постыдной, в момент прибытия ее родителей. Так что, этот год она училась там, не желая контактировать, и даже нашли ее ребята Бруно, через контрабандистов. Но, это ее решение, и беспокоить уже не буду. Поступать же она собралась, похоже, в Академию Шейд, что в Вакуо. Именно туда идут в основе своей, выпускники «Стеллар», их подбирают по навыкам и школа непростая. Они готовят будущих оперативников и элитный спецназ, а дальнейшее обучение, при необходимости, идет уже в Вакуо. — Все хорошо? — Свешиваюсь с сиденья и заглядываю в салон. — Да, командир! — Весело отвечает Зу. — Все слишком просто, не волнуйся. Однако скоро прибудут Гримм и пора бы сматываться. Поторопи солдатиков. — Успеют, они уже опытные. — Спокойно отвечаю. — Но работы здесь еще много, по всей стране. — А, не страшно. — Отмахивается Чи. — Твой наставник выразил готовность помочь и подучить нас тоже, да и волнуется он за страну. Мы тоже не против помочь и подзаработать, Бруно никуда не денется, и твои фанатички тоже в действии. Пара сотен постоянного состава уже набирается. Вкупе с помощью твоего генерала еще плюс сотня-другая, вооружение и транспорт. Все с санкции Мистраля и с их содействием. Выдавим. — Понимаю, но и волнуюсь я за вас. Вам еще за бизнес отвечать и дообучение этих парней и девушек. — Отворачиваюсь к приборам. — Бруно будет тоже занят. Я со следующей недели в Вейл. А наставник станет обучать Эйсс.       Открыв дверь с моей стороны, мне на колени залезает недовольная Никс и утыкается в шею. Она привыкла к такому с момента побега Блейк, когда я ушла в небольшую депрессию. Они на пару с Эйсс меня тормошили и тискали каждый день, прекрасно зная, что не смогу на них даже голос повысить. В итоге помогло, и я снова ожила, перестав угрюмо бурчать и сверкать глазами. — Что с тобой? — Как можно мягче обнимаю и тихо спрашиваю. — Надоели эти поездки. — Сопит в ухо. — И слишком большая детализация тела. Наверху влажно и холодно. И я хочу есть. Надоело. — Последняя спецоперация с моим участием. Дальше только Вейл и Маяк, море зелени, студенты и студентки с потрясающей внешностью, развитый город и четыре года относительного безделья. М? — Ладно, я все равно не могу выбрать. — Почему? Нынешнего диапазона я даже не знаю, но кажется ты довольно автономна. — И все равно я не живая! — Тихое восклицание, отдающее болью.       Никс определенно разумна и отдельна. Настолько, что я скоро не смогу на нее влиять Аурой. Например, нынешний призыв ее тела держится уже месяц с небольшим, а максимально он продержался полгода, и прервались лишь ради эксперимента с прахом. Теперь мы используем тот, что применяется Атласом для силовых полей. Никс носит с собой портативный и миниатюрный генератор поля, позволяющий ей себя подпитывать, не разрушая тело, а детализация дает возможность полноценно чувствовать. — Эй. Я тебя люблю, мы все тебя любим и ты для нас живая. И я найду способ разобраться с твоей бестелесностью. Может быть, поможет Атлас. — Пф! — Дышит в шею. — Я знаю все, но и характер у нас одинаковый. Сама все понимаешь.       Мне остается только лишь обнять покрепче. Тема обсуждалась многократно, и решения пока нет. — Мэм, сержант Стетсон! — Дверь снова распахивается. — Мы готовы к отлету.       Поднимаюсь с сестрой на руках и иду в салон, к подругам, а на место второго пилота тем временем устраивается наставник Остин*.       Немолодой мужчина с радостью учится всему новому, и теперь осваивает ремесло пилота, особенно ему нравится палить из пулеметов почем зря. Слава Братьям, хоть летающие танки в лице Змееглавов удалось спровадить сестре, там все же Гримм очень много и на найме Охотников можно разориться.       Наконец Буллхэд поднимается в небо, и с Никс на руках, уже успешно уснувшей, я тоже решаю уступить сну.

*****

Поместье Шни в Мистрале. Комната Никс. «Я есть!»       Уже вечером, получив от Вайсс «перезагрузку», оставив ее собирать вещи и отдавать указания своим многочисленным и разнообразным подчиненным, Никс сидела, пытаясь медитировать.       Собственный парадокс существования не давал покоя, отравляя сознание, побуждая к гневу. Беда в том, что ее эмоции, как бы странно не звучало для проекции, воздействовали на оригинал. «Я есть!»       Проблему возникновения своего разума, она не считала таковой. Первая проекция «Вайсс» уже тогда поняла причину подобного.       Противоречия.       Каждый раз, когда оригинал отвергает что-то, чего страстно желает, буквально ненавидя себя, но все равно делая, заставляя и корежа собственную суть, отвергая ярость, боль, жажду мести, появляется альтернатива в виде разума проекции или подпитывается существующая. «Я есть!»       В первый раз, на далекой базе Клыка, оригинальная Шни страстно желала жить, но усталый разум, искренне ненавидел мучителей и хотел уничтожить их самыми болезненными способами. Позднее, осознание того, что спасения не будет, привело к надежде умереть и избавиться от боли. Тем не менее, в глубине души, под почти разрушенным разумом и потускневшей памятью жило отчаянное желание жить, во что бы то ни стало.       Пользуясь полученными навыками колдуньи, пребывая в бреду и не в своем уме, Вайсс спряталась как можно глубже, отстранившись от тела, и отделив от себя надежду к жизни, готовясь умереть.       О! Они все вспомнили после ухода Блейк, и кошка заслужила свою долю ненависти. » — Сожгите уже сучку и дело с концом! Она воняет и на ней уже личинки! Какого хера вы все еще с ней возитесь?! — Но Босс, она не умерла, и реагирует, даже заживляет что-то! Как можно упустить шанс помучить Шни? У старины Жака больше нет дочерей, до которых мы можем добраться — Я все сказал! Скоро Тасман привезет новых шлюх, а эту сожгите на запись сегодня же. Трахать ее уже нельзя, обложите Прахом ее любимого папочки и подожгите, будет что отправить ему в подарок.»       Последнее связное воспоминание до спасения, возвращенное в виде кошмара. Блокировка Доктора пропала полностью. «Я есть!»       Причина возникновения себя, как отдельного сознания для самой Никс не была секретом. Насколько им с Вайсс удалось понять, процесс начался еще в момент прилета женской части Шни на фрегате, когда прервали месть в самом конце, не позволив утопить уродов в крови и грязи.       Однако Вайсс, затолкав свою страсть в самую глубь, отграничив от себя, поставив привычный для колдуньи блок, не позволяющий на что-то отвлекаться, радостно и любя встретила семью.       Потом пребывание на базе Атласа, ненависть к отцу и снова нет спасения и все пришлось делать самой, лишь в конце получив неожиданную подмогу. «Я есть!»       И вновь запрятать желание избить нерадивых родственников и разбить лицо генералу, перед этим убедив себя не вырезать своих мучителей под корень, зачистив базу. Способы бы нашлись, и хоть попытка бы имела место.       Противоречия накапливались.       Затем проживание с Блейк и семьей, где лишь Пирра и Эйсс дарили отдых своими чистыми эмоциями и радостным общением. Даже Азура и Черилл были ближе семьи. И надежней.       Но Вайсс Шни привычно загнала себя в рамки семейственности, подогнав свое поведение под стандарты. «Я есть!»       Нет, она по-прежнему любила свою родню, ей нравилась Блейк и за саму Никс она убьет не раздумывая, но личной свободы, способа выразить свое мнение и силу она получить не смогла, до тех пор, пока не встретила Бруно и его мальчиков.       Не один и не два рейда Белая Ведьма провела под покровом ночи. Убийства не стали выходом, и было их немного, но наркопритоны разорялись, рабы и рабыни обретали свободу, а личная территория расширялась. Стоит добавить, что на ее улицах, неожиданно стало престижно работать.       Образовалась этакая зона отдыха, где теневые дельцы могли выйти на свет, и легализовать свои доходы. Конечно, налоги как ей, так и государству исправно платились, а за наркотики могли попросту «потерять» человека. «Я есть!»       Но проблема не только в этом.       Все же, Шни не зря становились либо известными, либо просто сильными. Правда, Жак Шни не входит в эту категорию.       Проблема обращения с Прахом, посредством глифов, заключается в здоровом эгоизме. Нельзя быть Охотницей из Шни и не быть упрямой, занудной, высокомерной и эгоистичной. Ты обязана иметь свое мнение, всегда его придерживаться и быть своим центром мироздания. Это не отменяет любви или иного взаимодействия, но ты обязана все делать для себя.       Одно лишь понимание того, что для глифа, на самом деле, нет расстояния, и на все твоя воля, надолго выбивает из колеи. Все же, Аура признана неспособной надолго и далеко отделяться от хозяина, тут же нужно усвоить, что ты можешь приказать себе, своей душе, Проявить себя там, где тебя нет.       Тщательно воспитанный прагматичный эгоизм.       Именно это позволяет Никс бегать, где пожелается, и Вайсс даже не замечает потерь Ауры, для нее это привычно и мизерно. А ведь проекция это обернутый в Проявление кусок Ауры. Но оригинал знает, уверена, что так можно, что так бывает и она права в своем мнении. «Я есть!»       А Доктор всю концепцию эгоцентризма для работы с Проявлением усугубил. Теперь оригинал свято верит, что она и есть душа, что это ее свет, а Аура и ранее бывшая довольно послушной, стала вовсе раболепной.       Стоит ли говорить, что энергия Праха в теле человека обычно присутствует лишь в крошечных количествах, и только при Праховых инъекциях или вдыхании, в ином случае и объемах действуя весьма разрушительно.       Но с ней этого не происходит, при том, что тело используется как гриммов проводник или оружие.       Для Никс же, возникшей на базе мышления Шни, сложно быть чьей-то частью, а не самой по себе. «Я есть!»       И именно поэтому, следуя безумной идее, используя все навыки и наработки колдовства, она и старается. «Я есть! Я жива и любима! Меня признали, меня ждут и мне радуются. Мне желают добра, и за меня волнуются. Я есть! Не кукла и не раб! Я есть! Отдельная и своя собственная! Живая и любящая! Настоящая! Я есть!»       По искусственному телу прошла белоснежная волна, словно заставив изображение рябить, и перед закрытыми глазами, на небольшом расстоянии проявился тусклый и полупрозрачный глиф.       Торопливый топот ног, грохот открытой двери, и взгляду открывшихся глаз предстает ошарашенная и полуодетая Вайсс, могущая лишь в шоке хлопать глазами и безмолвно раскрывать рот глядя на базовый глиф, созданный не ей. — Я есть! — Невероятно самодовольно и чуть радостно.