Я просто хочу счастья...

Это был обычный будний день. Раскаты грома доносились каждый раз с новой силой, а дождь лил все сильнее. В такую погоду лучше сидеть дома……. Но в переулке, в самом углу сидела девочка. До нитки промокшая, слезы лились по ее щекам уже больше 10 минут. Лишь недавно у этой девочки было все. И в один миг, по своей вине, она потеряла все это. Молния сверкнула еще раз. Воспоминания начали всплывать с новой силой. Вот девочка приходит домой, и получает по шее за двойку по математике. Обычное дело — малышка привыкла, что ее отчитывают за оценки. Но почему-то именно в этот день все было немного по-другому. Мама схватила со стола ремень и начала хлестать бедняжку по заднице. Никогда раньше она не применяла силу по отношению к дочери. Отец схватил другой ремень и начал бить дочурку уже по спине. Красные следы больно обжигали спину и пятую точку, слезы начали катиться по щекам, но родителям на это плевать…. Девочка кричала: «Хватит, прошу!» Но удары продолжались. И малышка не выдержала……. Какая-то неведомая сила проснулась в ней. Даже не притронувшись к ножу со стола, он полетел маме в спину. Потом вылез из нее, оставляя открытую рану, и точно также проткнул отца. Сквозные раны в область сердца, и родители погибают на месте. Ремни выскальзывают из их рук, а сами родители падают на холодный пол, на котором два кровавых пятна очень быстро расползаются и сливаются в одно. Девочка не понимает, что произошло. Но понимает, что она их убила. Бедняжка выбегает на улицу, заворачивает в переулок и забивается в уголок. И сидит так уже 15 минут. Она стала сиротой. Навеки вечные. И все из-за своих рук. Что делать, как быть — непонятно. Но вот чья-то тень опускается совсем рядом. В переулок заходит женщина. — Девочка, ты что тут делаешь? Давай-ка пойдем, я тебя обогрею. Малышке не остается ничего другого, кроме как согласиться. Взять тетю за руку и пойти с ней. Но девочка не до конца понимала, что эта тетя ведет ее прямиком в приют… *** 7 лет уже прошло с того дня, а дождь и гром все те же. Та девочка, которая попала сюда из-за того инцидента, сидела перед окном с кружкой чая в руках. Все эмоции пропали, и она больше не плакала. Вот она краем уха слышит, как очередного ребенка кто-то забирает. 7 лет безуспешных попыток попасть кому-то в руки для девушки оканчиваются одинаково. Никто не хочет ее брать из-за ее прошлого. Первые пару лет это еще задевало ребенка, но сейчас как-то стало безразлично. Колокольчик на двери звенит, и в приюте появляется усатый мужчина в пальто. Известный миллиардер в городе, и это не осталось незамеченным. Та тетя, что забрала девушку под свою опеку, — администратор приюта. Она подбежала к мужчине с привычным вопросом, который девушка слышала уже 7-й год: — Вы хотите кого-то усыновить или удочерить? — Да. Я ищу конкретную девушку. Эмили Беккер. Девушка, не веря своим ушам, поворачивается в дверной проем и ловит взгляд мужчины на себе. Неужели ее мечта наконец сбудется и она не будет больше сиротой? — Эмили чудная девушка, сэр, — администратор подходит к Эмили, поднимая ее с места и приобнимая за плечо, — Добрая, милая, прям душа компании. Эмили задает вполне очевидный для нее вопрос: — Вы правда хотите удочерить меня, зная о моем прошлом? — Да, Эмили, и именно из-за него. Так что собирайся, ты едешь со мной. Беккер коротко кивнула и направилась собираться. Может ее лицо и не выражало каких-то эмоций, но внутри ее перепирало счастье. Наконец она будет жить в семье! *** Все документы готовы, и вот мужчина и Эмили направляются домой. К себе домой. — Эмили, пока мы идем, расскажи подробно о том, что произошло 7 лет назад. — Ну, родители меня ругали за двойку, и начали бить ремнем. Они раньше никогда не били меня… И я что-то почувствовала. Как какая-то сила наполняет меня изнутри. И эта сила воткнула нож в них. Насмерть… А это так важно? — девушка взглянула на, теперь уже, отца. — Да. Эта сила — твоя способность. И поэтому с этого ты член Академии Амбрелла! Проведя рукой по воздуху, отец указал на ворота. И только сейчас девушка приметила целый квартал, на котором стояло большое здание. На воротах и дверях — зонтик. Теперь это ее новый дом. Ребята прошли внутрь, и тут же на их шаги обернулись еще семеро. — Это — твои братья и сестры. Твоя комната расположена на втором этаже, по табличке найдешь. Я пошел работать, а ты ознакамливайся. Отец ушел в свой кабинет, а Эмили начал переполнять восторг — такой большой зал с хрустальной люстрой посередине. Все было таким… Большим и захватывающим. Девушка прошла в гостиную, и к ней тут же подбежал другой мужчина. — Привет, сестренка, я Номер 4, но зови Клаус. Клаус пожал ей руку, а та пожала в ответ. Точно также она познакомилась с остальными. Только вот один остался на месте. — Пятый, ну что за манеры… Познакомься с сестрой, — Эллисон злобно взглянула на брата, а тот, громко фыркнув, подошел к ней. На первый взгляд он был того же возраста, что и Эмили. Но как объяснили девушке, он старше всех них. Точнее, ему 58. Скачки во времени и просчеты в уравнениях — вот почему Пять это 58-летний дед в шортиках. — У меня нет никакого желания знакомиться с той, кто и недели не протянет. — Пятый! У нее итак было тяжелое детство, зачем ты насыпаешь? С Ваней согласились и все остальные. И пусть слова звучали обидно, Пятый был прав — есть большая вероятность того, что Беккер здесь не выживет. Клаус положил руку на плечо девушки, как бы подбадривая, но та ее убрала. — Не хочешь быть дружелюбным — не надо. Я привыкла к тому, что многие парни сторонятся обычного знакомства со мной из-за моего прошлого. Но я хотя бы пытаюсь быть дружелюбной. — Пока не выходит. — Смотри как бы из шортиков от злости не вылетел, а то она гораздо больше их размера. Эмили направилась на второй этаж прямиком в свою комнату. Но не успела она пройти и трех ступенек, как Пятый за долю секунды с общего зала оказался перед ее носом. — Люди не меняются, запомни это. Ты в 10 лет убила своих родных. Вдруг и нас убьешь? — Именно поэтому меня никто и не брал в семью. Даже такие, как я, имеют право на счастье. Тебе не знакомо то чувство, когда ты в один миг из-за своей ошибки теряешь все, что было, и понимаешь, что назад пути нет? Повисло молчание. Пятый убрал руку, которая находилась на перилах, чем девушка и воспользовалась — Эмили прошла дальше, оставляя все семейство в сомнении. А Пятого — в раздумьях. *** Наступил вечер. Эмили под руководством Диего изучила всю академию — начиная с кухни и заканчивая задним двором. Познакомилась с мамой и Пого. За исключением ссоры с новым братом, новая жизнь Эмили вполне устраивала. Девушка устроилась на кровати, взяв книгу в руки, но, видимо, ей пока прочитать не суждено. Стук, раздавшийся извне, Беккер старалась не замечать. 2 минуты игнора, и стук затихает. Только девушка снова берется за книгу, как на ее коленях оказывается чье-то тело. Крик, звук хлопка по лицу — и парень оказывается на полу. — Ты? Зачем пришел? Пятый сел на полу, приходя в себя. — Дура, зачем так бить? Больно же… — Дурак, зачем на колени прыгать? — Мы квиты. Пятый встал перед Эмили, нежно выхватив том Гарри Поттера из ее рук. — Так зачем пришел? — Насчет того, что было днем. — Я думала, ты-то точно от слов своих не откажешься. — Я не об этом. Я о том, что ты говорила. О том, ты в один миг из-за своей ошибки теряешь все, что было, и понимаешь, что назад пути нет. Эмили отстранилась от стены и спустила ноги на пол, а Пятый сел на корточки, чтобы их взгляды были примерно на одном уровне. — Мне знакомо это чувство… в 13 лет я не послушал старика и скакнул во времени много раз. И попал в апокалипсис. Там никого не было, были лишь горящие обломки и руины нашего дома… Я пытался вернуться назад, но мои силы были все потрачены. Я был один в этом гребанном мире… Я слишком рано повзрослел. Эмили взглянула на Пятого под другим углом — тоже, как и она, из-за ошибки потерял родных и близких. Тоже понимал, что все, как прежде, не будет. И любые твои попытки вернуть все, как было — тщетны. Девушка не придумала ничего лучше, как обнять Пятого. Он теперь — ее брат, каким бы назойливым он не был. Его боль для девушки — ее боль. У Эмили никогда не было братьев и сестер. Она всегда одна была. 45 лет одиночества — для Эмили даже такая большая цифра приносила боль и страдания. Парень удивился — его раньше никогда не обнимали. Он любил свою семью, жизнь готов был за них отдать… А все, что он слышал из их уст — «это из-за тебя мы тут застряли!». Слышать такое от близких людей, хоть они все и не родные, — это очень больно. Какое-то приятно покалывающее чувство в животе возникло у обоих. И вот, наконец, парень решается обнять в ответ… Ему 58 лет — а обнимается он впервые… Даже с Ваней, у которых очень близкие и теплые отношения, он не чувствовал такого, как сейчас. С девочкой, которая только сегодня стала членом их семьи… — Я.... Сказала тогда, не подумав… Прости. — Тебе извиняться не за что. Я сказал обидные слова, за что приношу извинения. Эмили снова взглянула в его глаза. Эти зеленые, изумрудные глаза, в которых она прочитывала всю вину за произошедшее днем. Это вызвало у нее широкую улыбку. Еще немного посмотрев в глаза, пара отстраняется друг от друга. — Ладно, что было, то прошло. Я не держу на тебя зла, но есть одна просьба. — И какая же? — Мы нормально так и не познакомились… И ребята начали знакомиться заново. И только со второго раза что-то начало получаться. Даже больше — много чего общего эти двое нашли в беседе друг с другом. Пять рассказал и про Долорес, и про работу в комиссии, а Эмили рассказывала забавные случаи, произошедшие в то время, пока она находилась в приюте. И в какой-то момент разговор зашел на личную тему: — То есть у тебя никогда не было парня? — ребята уже держали в руках кружку кофе, благо Пятый может быстро перемещаться в пространстве. — Неа. Никто не хочет иметь дело со мной как только узнает, что я убила родителей. — Но ты ведь приятна в общении. И красивая, умная, любой такую возьмет. — Вспомни, как ты днем себя вел, — это вызвало небольшой смех у Беккер, а Харгривз стукнул ее по плечу, несильно. — Я уже извинился за это, хватит вспоминать! — Ой, извини, что напоминаю. Кофе давно выпито, и девушку клонит в сон. Эмили ложится на кровать, а парень встает с одеяла. — Ладно, завтра на тренировках увидимся. Пятый отходит к двери, открывая ее, и слышит вслед: — Спокойной ночи… И выходит из комнаты, направляясь в свою. **** И так проходит весь месяц — утренние тренировки, завтрак, обед, ужин, и времяпровождение с семьей. Уже все семейство заметило, что Пятый и Эмили ведут себя не как в первый день знакомства. — Они общаются, как пара, — выдает Эллисон своим братьям и своей сестре, пока Эмили и Пятый в беседке молча читают книжку. — Есть такое. А что, если они втюрились? Чур я подружка невесты! — Клаус, попридержи коней. Мы не знаем наверняка, они просто начали хорошо общаться. — Лютер прав, нам не нужно делать поспешных выводов. Пока семья спорила о том, что происходит между этими двумя, Ваня смотрит в беседку — Эмили мягко коснулась головой левого плеча Пятого, не отрывая взгляд с книги. — Влюбились… — произносит приглушенно Ваня, уходя обратно в дом, а за ней вся семья. На улице остались только Пятый и Эмили. Парень переворачивает страницу и замечает, что девушка мило дремлет на его плече. Сердце пропускает один удар. «Почему она вызывает во мне бурю эмоций? Даже Долорес таких чувств не вызывала.» Еще немного посмотрев на сестру, парень понимает важную вещь: — Я влюбился… Эмили немного ворочается на его плече, но все также продолжает сопеть. Парень убирает книгу на скамейку, аккуратно берет ее на руки и перемещается прямиком в ее комнату. Кладет на кровать, как принцессу, и также тихо выходит из комнаты. И только он поворачивается, как перед носом возникает Клаус. Пятый пугается не на шутку и чуть не падает с грохотом, но обошлось. — Клаус, твою мать, ты чего пугаешь? — Просто мимо проходил. Точнее спросить кое что. О вас с Эмили. Номер Пять недоуменно смотрит на брата. С какого это перепугу ему будут интересно взаимоотношения Пятого и Эмили? — У вас там случайно не шуры муры? А то так хорошо общаетесь. — Клаус, даже если бы что-то между нами было, это тебя не касается. Это наше личное дело! Парень развернулся и направился к себе, но его останавливает лишь один вопрос, выскальзывающий из уст брата: — Ты же в нее влюбился? Постояв на месте и почесав репу пару секунд, Пятый подходит к Клаусу. — Да, влюбился. И что с того? — Так признайся! Так будет проще и тебе, и ей. — Ты что? Она отвергнет меня… — Я почему-то так не уверен. Или ты сам признаешься, или вместо тебя это сделаю я. Эти слова очень сильно злят бывшего киллера. Он впечатывает Клауса в стену, держа за шиворот его кофты. — Вот что, Клаус, не смей даже трепать языком об этом. Ни Эмили, ни кому-либо еще. Я сам разберусь. А если попытаешься сунуть свой язык туда, куда не следует, я отрежу его тебе на месте. И не только его. — Воу воу, спокойно, я же просто пытаюсь помочь. Пятый отпускает брата. — Прости. Просто я правда сам хочу это сделать. — Так смелее! Я уверен, у вас все взаимно. — Она сейчас спит… Но ладно, я попробую. Пятый заходит в комнату к Эмили, но на удивление та уже не спит. Точнее, только встала. — О, привет, Пятый. — Да, привет. Мне тут нужно кое-что тебе сказать. — Мне тоже, но ты давай первый. Что-то Харгривзу подсказывало, что он должен быть последним. — Давай лучше ты, а я после тебя. — Хорошо… Эмили села на кровати, спустив ноги на пол. Как в первую ночь своего приезда сюда. — Я тут думала… До своего появления здесь я была несчастна. Была одна, и меня никто не любил. Но тут появляешься ты. Эмили направляет свой взгляд на Пятого. — Да, наше общение сначала не задалось, но потом… Ты показал себя с другой стороны. Я увидела в тебе что-то большое и светлое… И поняла, что ты делаешь меня счастливой. И, собственно… Ты мне нравишься. Очень давно. Но я боялась сказать тебе, потому что… Это все впервые, и я думала, что чувства пройдут, но... Ошиблась. Повисло молчание, которое сопровождалось прямыми взглядами друг на друга. Но Эмили его нарушила: — Так, что ты хотел мне сказать? Все проведенное время вместе мелькает перед глазами Пятого. Он понимает, что все, что он чувствует, — взаимно. Он подходит к Эмили, беря за руку. И молча приближается настолько близко, что сердце Эмили начинает биться быстрее. В унисон сердца Пятого, звук которого она слышит. Девушка опускает взгляд на губы и… Мягко и нежно овладевает ими. Никуда не торопится, спокойно изучает этот манящий омут мальчика напротив. Руки огибают его шею, а Пятый окольцовывает ее талию. Приятное чувство бабочек снова возникают у обоих, но в этот раз уже в груди. Эмили снова понимает, что ее мечта быть счастливой исполнилась во второй раз. Разве такое бывает? С ним — да. И только человек напротив волновал ее. Все остальное стало белым шумом… Парень отстраняется от девушки и, улыбаясь, наконец произносит то, ради чего приходил: — Я влюблен в тебя, Эмили…. И я хочу, чтоб ты стала моей девушкой. — Я согласна. Еще один поцелуй. Более трепетный и чувственный, чем был минуту назад. И поза теперь меняется — Эмили отъезжает к стене возле кровати, а Пятый садится напротив нее, заворачивая ноги возлюбленной себе на пояс. Тихий скрип двери, который остается незамеченным для пары, и в дверной проем просовывается сразу 6 голов. И тут же пропадают оттуда. — А я вам говорил! Говорил! — Клаус явно доволен собой и, естественно, своим братом. — Он давно один, — говорит Ваня, — Пора бы ему завести отношения с кем-то. — Ты права, сестренка, — говорит Эллисон. — Ладно, давайте ост- Не успевает Лютер договорить, как пара выходит из комнаты и недоумевает. — Вы что тут делаете, придурки? — Мы... Просто стояли тут. — Всей семьей возле комнаты Эмили? Да вы натурально подслушивали! Даже спокойно признаться не даете! — Зайка, успокойся… Мы бы все равно им сказали. Беккер мягко обхватила пальцами его руку. Парень смягчился. — В любом случае, ты права… — Мы за вас очень рады, — Ваня улыбается парочке. — Спасибо, Ваня. — Ладно, нам давно пора обедать. Ребята начали спускаться на обед. — Пятый, а как мы скажем отцу об этом? — Мы скажем только когда все пойдет немного дальше. — Немного дальше в смысле?.. — Да, ты все так поняла. — Ну, я не против немного более близких отношений~. — Поговорим об этом немного позже, принцесса. **** Прошло еще несколько лет. Эмили и Пятый уже готовились к свадьбе и ждали ребенка. Отец на новость об этом отреагировал... Спокойно. Все-таки, ребята не родные и могут заводить отношения внутри семьи. Лютер и Эллисон последовали примеру ребят и тоже начали встречаться. Тем более все давно шло к этому. Эмили долгое время была одна. Брошенной на произвол судьбы из-за собственной ошибки. Но очень скоро эта ошибка искупляется, и Эмили получает гораздо больше, чем потеряла — семью и любимого человека. И пусть этот человек сначала был настроен против. Самое главное, что оба счастливы в обществе друг друга.