вечер.

Долгая и довольно муторная дорога домой сопровождалась тяжелыми вздохами парня, опирающегося на плечо Байрона. Точно не понять, как именно мужчина ввязался в это, ведь в любой другой ситуации был бы уверен, что помогать не станет, но на уговоры Эдгара, все же, купился. Это произошло осенним вечером: прохлада окутывала редких прохожих, которых на улице в таком переулке встретить было уже событием. Здесь, где лишь тускло горят одинокие фонари, а улочки становятся все уже, делать откровенно нечего. Байрон возвращался домой с работы, медленно перебирая ногами, да шурша листьями, местами разбросанными по тротуару. Мужчине нравилась осень: мелкий дождь моросил, приятно охлаждая разгоряченное от давления и усталости лицо, хруст листьев и вой ветра успокаивал нервы. Все это доставляло неописуемое наслаждение, несмотря на то, что эстетом Байрона назвать сложно. Будучи слишком рациональным, мужчина вряд ли оставлял много места прекрасному в своем сердце. За 40 лет его жизни разум заточился, превращаясь в камень, мысли стали более ясными и точными, он и правда всегда знал, чего и когда хочет. И, казалось, сейчас он хотел попасть в свою небольшую уютную квартиру, чтобы провести досуг за чтением книги и чашкой чая, но стечение обстоятельств, или, как назвал бы это более мечтательный человек, судьба, сложилась иначе. На одной из нечастых лавочек сидел парень лет девятнадцати, вид на которого казался совершенно мрачным. Рядом с ним стояла уже опустевшая бутылка из под выпивки, а сам он, кажется, не был в состоянии сказать и слова. Честно говоря, Байрону все равно: его не волнуют незнакомцы, от которых несёт перегаром и грудным молоком. В глазах уже зрелого эмоционально и физически мужчины Эдгар был сосунком, потерявшимся на одинокой улице. И все же, почему-то мысль, что приходила в голову, была несвойстенна лекарю, обычно холодному к другим. Он подумал, что от этого у Эдгара могут быть проблемы. В конце концов, в мире ещё не прекратились грабеж и насилие, а отпор в состоянии алкогольного опьянения дать трудно. —Что же в такое время молодой человек делает здесь в таком состоянии?- Байрон садится рядом на лавочку, предварительно выкидывая пустую бутылку.- Поздним вечером дети обязаны быть в кровати. В ответ лишь слышна горькая усмешка. Эдгар сидит спокойно, но по виду Байрон понимает, что стоит ему встать, его сразу зашатает. Шарф прикрывает половину горящего от градуса лица, волосы спадают и липнут ко лбу. Картина вовсе не напрягает, Эдгар не создаёт собою впечатление алкашей, которых мы привыкли видеть в своем воображении. Он о чем-то переживает, а переживания и стресс, в свою очередь, вылились в желание напиться, поэтому сейчас он здесь. Поэтому Байрон встретил его. Только поэтому все так. —Хочу.. домой..- лишь это сейчас может выдавить из себя парень, прежде чем навалится на Байрона. После этого он вовсе теряет ощущение реальности, поэтому просто полагается на первого встречного мужчину. Из-за состояния Эдгара адрес его узнать так и не удалось. То ли слова звучали невнятно, то ли парень просто упускал вопросы из виду, но вышло так, что момент лишь продолжал тянуться совсем бессмысленно. Лекарь поднялся со скамьи, поняв, что ничего разузнать не получится, пока его новый приятель пьян, но на удивление просто помог парню встать и медленно начал идти, став для него опорой. Сейчас ничего не имеет значения. Байрону просто хочется помочь. Адрес узнать не вышло, поэтому он собирается дать ночлег Эдгару в своей квартире. В полной тишине, лишь изредка сопровождаемой усталыми вздохами, они шли по такой же пустой улице, шурша такими же жёлтыми листьями, и только мигающие порой фонарные столбы освещали им путь. Дорога была муторной: они шли около сорока минут, Байрон изрядно устал, несмотря на то, что для своих лет он был в удивительно хорошей форме. С трудом затащив пьяного подростка в дом, Байрон наконец позволил себе расслабиться. Он, конечно, по дороге предупредил, что ведет его к себе домой, на что Эдгар лишь кивнул. Это лучше, чем ничего, раз уж сейчас адрес он назвать не сумел. Квартира была уютной: прихожая, выполненная в бежевых и серых тонах заметно расслабляла своим видом, все вокруг словно было создано дизайнером. Сейчас на красоту квартиры Эдгару было тяжело обратить внимание, он просто уперся в стену спиной, уже вовсе ничего не понимая. Байрон снял с себя пальто, вешая на одиночный крючок рядом с дверью на соседней стене, затем незамедлительно подошел к парню, помогая снять куртку. Эдгар смотрел на него: острые черты лица, строгий и серьёзный взгляд, сосредоточенный на расстегивании молнии, красивые жилки и вены на крепких руках. В животе начало скапливаться что-то давящее, но давящее до жути приятно. Дыхание в момент со спокойного, слегка сбитого от выпивки, перешло в напряжённое, спертое и возбужденное. Как может кто-то настолько статный попасться в самый неудобный момент, и тем более захотеть помочь. Всё это просто не укладывалось в голове. Совсем скоро, сняв и уложив куртку на ближайшую тумбу, Байрон обратил внимание на томное дыхание гостя. Мужчина был в недоумении, сначала посчитав, что Эдгару просто стало плохо. Он приложил тыльную сторону ладони к разгоряченному лбу, растерявшись. Ничего нового.. Тогда почему сейчас он так смотрит? Почему дышит так, словно воздуха скоро станет недостаточно? Рука с накрашенными ногтями скользнула по крепкой мужской груди вниз к животу, оглаживая торс через черную водолазку, пока ее обладатель все также смотрел в глаза недоумевающему Байрону. От напряжения мужчина задышал тяжелее и уже было хотел убрать руку, но Эдгар не позволил сделать этого: он опустился перед ним на пол, прямо на колени, отыскивая одной рукой ширинку брюк. —Что ты делаешь?- Байрон смотрит на него свысока, строго, этим его приевшимся властным взглядом. Он и впрямь недоумевает, но на действия Эдгара лишь вздыхает. Все, что проносится в голове мужчины, это то, что скорее всего на утро парню будет стыдно или неприятно. —Можно.. я отсосу тебе?- опьяненный взгляд становится все затуманеннее и возбужденнее. Слова заторможенно слетели с губ Эдгара, совсем не как просьба, как мольба. Рука начинает расстегивать ширинку, но все прерывается, когда Байрон убирает ее со своих брюк, после чего вовсе отходит. —Я уложу тебя спать, ты явно не в своём уме.- все, что говорит мужчина, прежде чем отводит своего гостя в комнату и укладывает в кровать. Утром они обязательно все выяснят, но сейчас в квартире вместо слов лишь стоит свист закипающего чайника. Гость не нарушил планов Байрона, мужчина, как и хотел, достал книгу, что не успел дочитать, собираясь отдохнуть после работы, совершенно позабыв о уже спящем в своей спальне Эдгаре.