Один скелет найдет внутри себя сказания легенд, если не пустой.
-Хэй, не парься ты так. Вернём мы тебя к твоему брату и всё будет хорошо. Он сильный, он сможет без тебя, он тебя "дождётся", он в тебя верит. Он сможет за себя постоять.-Психопат тыкнул пальцем в скулу Ужаса, попутно говоря с улыбкой. Да, не хотелось отпускать Хоррора к нему домой, но и не хочется оставлять его против его же воли тут... Как же всё-таки сложно жить в полном одиночестве, ведь когда приходит тот, кто может её заполнить, то он обязательно уйдёт, оставив тебя снова одного.. Может, не стоит на столько привязываться к Ужасу..? –Не надо меня успокаивать, я и без тебя знаю, что Папс очень сильный мальчик... и ты как никто знаешь это-Уже на каких то серьёзных и раздражительным тонах проговорил Хоррор, взяв руку Даста и убирая ее с территории щеки,а потом опуская вниз к своему животу, так скажем. Главное, что не возле щеки. Конечно, немного не справедливо, что Хоррор может нарушать личные границы Даста, а тот в свою очередь - нет. –И вообще, ещё не факт что я вернусь туда, куда надо-Опять раздражение, даже какая то злость. Так скажем, горькая грусть сменилась на злое отчаяние. Не замечали раньше этого? Почерком резким в голове Хоррора были нарисованы каракули, его разум был не в порядке... Да и мало чем он от Пыльного отличается в плане путаницы.Язык не повернуться сказать об этих скелетах, что они не запутались в этой паутины проблем и грустных воплей.
Между точек всегда есть отрезки соединяющие их, есть связь.. определенная. Хотите верьте, а хотите нет, но - эта связь есть у абсолютно всей воды личностей. Ужас испытывал слишком резкое равновесие. Сложно, больно и весело. –Ты в себе разберись... Ты же от чего-то зависим.-Это утверждение, а не вопрос со стороны Одноглазого. 28 ударов ножом прямо в сердце. Да, слова Ужаса были несколько обидными, но они были полностью правдивы, несли в себе только реальность. А в эту реальность не особо хотелось возвращаться, потому что, то спокойствие, что сейчас мигом улетучилось, больше походило на выдуманный мир фантазий, пусть даже на душе было больно, всё равно было умиротворённо.. Но раздражение, злость, некая обида, они всё портили. Они вонзали нож в душу, резали её, даже пальцы зачесались, чтобы взять лезвие. А после злой реплики Ужаса последовало молчание и пустой взгляд Даста. Взгляд направленный в никуда, отчаявшийся, грустный и пустой. Правда серьёзно сыплет соль на рану. -Ну же, не будь таким жестоким. Я знаю, что я та ещё мразь, но давай не будет переходить на личности.-голова Мёрдера убралась с черепа Хоррора, и вновь закинувшись назад, на спинку дивана. Молчание, тишина, и при чём такая напряжённая. Никто, наверное, не хотел говорить.. –Если ты не заметил, я не переходил на личности. А если начну..-На Хорроре засияла длинная улыбка. –Закончится все плохо для нас обоих.-Не секрет, что Хоррор очень агрессивный для обычного Санса. Так сложилась история его, ну и влияние окружающей среды конечно же влияет на это. -Вот и отлично.. -Вздохнув, ответил Даст. Ему не хотелось смотреть на Хоррора, видеть его гадкую ухмылку. Это только поддаст палок в огонь ярости. -Слушай, я отвратительно умею кого-либо поддерживать. Так что если дело в этом, то так и скажи.-вернув голову в нормальное положение, Психопат взглянул на Ужаса, в надежде, что тот скажет причину своей резкой агрессии.. Хотя, давайте будет откровенны: Мёрдер прекрасно знал причину. Хоррор просто очень хотел домой и не хотел, чтобы к нему относились как к девочке или к ребёнку, чтобы его жалели.. Но иногда жалеть человека, монстра, кого угодно - это очень нужно. В основном именно жалость даёт поддержку, тепло, хоть и не всегда. А Пыльный.. Просто хотел как-то помочь, но знал, что сам холоден и не может разжечь огонь в чей-то грудной клетке. Огонь надежды. Ах, жаль, очень жаль. Безусловно, поддержка это важно и если у вас не будет поддержки, вы будете как Даст. Просто Хоррор этого не просил.. почему? Потому что Даст сам же заставил Хоррора сомневаться в возлагает больших надежд. Но ответить нужно было: –Ты уже должен был давно понять, что я отвратная личность-Сказал Хоррор, хоть и на серьезных, но на позитивных ладах,приподнявшись с плеча Даста и присев к тому спиной. –Я просто не люблю ныть. Хорошо? В моей жизни хоть и много говна, но это останется при мне до конца моей жизни. Я НЕ имею права никому ни о чем говорить.-Хоррор прикрыл глаза наполовину и уставился в стену напротив, там что.. мёдом намазано? –Не ты не умеешь поддерживать, а я не люблю принимать поддержку. Сначала ты делаешь вид дружелюбного мальчика, а потом воткнешь нож в спину. Это так и работает, это было не раз и не два-Тихо, но внятно говорил Хоррор, как бы давая намеки Дасту, что тот после его слов совсем ему не доверяет. Даст делал все правильно, но зашёл не с той стороны.. Не подумайте, Хоррор говорил про нож в спине далеко не про него. Когда все сходят с ума... Друг другу все становятся врагами.. хотите вы этого или нет. Уверены ли вы, что в психушке люди относятся друг к другу, как к друзьям? Уверены?Точно?
Вот и я нет. Хоррору нужна была поддержка, но не тогда, когда он об этом не просит. Очевидные факторы как слёзы, причинение физического вреда себе или окружающим.. Дают понять что именно вот в эти моменты она и нужна. Да ещё и на такую острую тему, вы заставили Хоррора почувствовать себя жалким. Молчание. Вновь это молчание. Тишина серьëзно очень сильно напрягала, давила на мозг и уши. Она заставляя ужасно пищать во круг себя тишь, стены давить, а разум напрягаться. Даже обычное сглатывание слюны становилось затруднённым и таким же напряжённым. Дасту казалось, что вот, сейчас они с Хоррором поссорятся и настроение вновь будет ужасно-херовым.. А потом и нервный срыв, ругательства и вновь недоверие Ужаса. Прямо точно так же, как в тот день, когда Маньяк зашëл в комнату к Пыльному. Целый замкнутый круг получается. -Будь добр, не буди во мне того ублюдка, которого я и на дух не переношу. -Психопат вновь откинул голову назад, оперев еë об спинку дивана. И пусть он не видел лица Хоррора, но он слышал, как его голос расползается в отвратительной улыбке. Эта улыбка вызывала отвращение, от неë тошнило. Хотелось бы выбить эту гадкую ухмылку с хитрого лица Ужаса. Выбить кулаками, костями, пуская магическую кровь и выпуская пар... Просто не видеть эту дьявольскую улыбку, которая уже начала давить на мозг и жутко бесить, просто от одной мысли о ней. И это отвращение было прекрасно видно на лице белокостного: как уголки его рта опускаются, стиснув зубы, а взгляд так и говорит об не скрытой злости. Нагнетание, это нагнетание что давит на спину и кажется сейчас сломает позвоночник. Хоррор улыбался фальшиво и даже видно было, что его уголки рта слегка двигаются и держатся чтобы не упасть вниз: –Лично я совершенно ничего не собирался пробуждать. Я говорю как есть.-Коротко и ясно ответил Хоррор. И вновь молчание со стороны Мëрдера. Он не хотел что-то говорить, он просто понимал собственные ошибки, осознавал, что попытки как-то взаимодействовать с Хоррором, пытаться наладить с ним отношения - эта была пустая трата времени. Хотелось тут же уйти, просто заткнуть "уши", не слушать Хоррора и не говорить с ним. Но нельзя было уходить, потому что если он сейчас уйдëт, то покажет, на сколько слаб под психическим давлением. -Хорошо. Как скажешь. Я не заставляю тебя говорить об этом, если ты не хочешь. -В один миг тон голоса Даста стал более серьёзным. То есть, когда он просил не быть на столько грубым со словами, то тогда он был напряжён, а сейчас.. Как камень. Чёрствый, серьёзный камень. Нейтральный, безэмоциональный. И именно эта серьёзность нагнетала.. -Да, ты абсолютно прав. Кто же, как не я.-Усмешка. Гадкая, неприятная усмешка. Она не влекла за собой ничего хорошего. Всë тоже отвратительное напряжение, злость, ярость, агрессия, а ещë.. Оттенок обиды. Хоть это и была большая правда, всë равно было обидно. Но все раны заживают, верно? Вот и эта заживёт. Не заживёт, ну и хуй с ней. Найдëтся много других, что перекроют еë и она больше не будет болеть. Внутри творился целый поток эмоций. Тут тебе и странность, страх, веселье, переживание... И все это в такой кучи разного цвета, Ужас даже не знал как поступить себя в этой ситуации, на него обрушилась море неясности. Хоррор переваривал все это сейчас, да ещё и аура в комнате стала просто безумно отвратительной. Стало так напряжено, позвоночник ломало на пополам... в буквальном смысле, конечно. Спустя очередных пять минут молчания, всех мыслей переработки и колкой боли в груди от нервов.. У Хоррора медленно стали наворачиваются слезы, глаза становились влажными, а в уголках стали скапливаться частички солёной жидкости. Хоррор в эту же секунду одел на себя свой мохнатый капюшон, просто молча. Он разочаровал себя сам, ему было так стыдно за себя... Спасало от позора то, что Даст не видит его.. Хоррор крайне не хотел, чтобы Пыльный видел его влажные глаза, поэтому сидел молча, что бы не провоцировать, так сказать. Не сказать, что Хоррор прям плакал, ни одной слезы не скатилась по его щеке.. но глаза были очень увлажнены.. Сейчас самое тупое... Нос заложился, главное не шмыгнуть по рефлексу, а то всё, пиши пропало. Думал или размышлял ли Хоррор о том, чё думал до этого...Нет
Это был источник этого тупого нытья, поэтому Хоррор старался думать о хорошем, чтоб не сделать лужу. Он с улыбкой все так же пялился в это стену полным взглядом. Конечно, подозрительно, что Ужас так резко замолчал, да ещё и где можно было дальше продолжать спорить.. что Хоррор, ну просто обожает. Не важно, ему лишь бы сейчас не опозориться. Вот так он и сидел, а слезы все продолжали наворачиваться и их не было, пока Хоррор придурок не моргнул и одна из них не потекла по щеке. Хоррор тут же вытер ее, но сделал вид, что чесал щеку, хотя, кого он там пытался обмануть, слезы мокрые. Резкое молчание. В комнате вновь повисла тишина. Да, было просто отвратительно и одновременно мучительно сидеть в этой тише.. Это так непривычно, а всë потому, что воздух был заряжен блядским напряжением.. Оно жутко раздражало Пыльного, и если бы тишину можно было бы взять в руки, то он бы еë задушил. Псих тем временем сложил руки на груди, аля "обиделся". Он не видел Хоррора, поэтому мог догадываться что тот делает только лишь по звукам. Но... Ничего не было слышно. Лишь редкое копошение Хоррора, то, как он касается до своей скулы рукой, и, кажется, чешет еë.. Может он тоже, несколько, "обиделся"? Может Даст ещë раз напортачил? Может он испортил Ужасу настроение? -Ты.. Ты хочешь, чтобы я вышел из комнаты? -вопрос порвал тишину в клочья и он эхом раздался по всему дому. Он был задан к тому, что, может быть, после этой небольшой "ссоры" Маньяк хочет побыть один? Собраться со своими мыслями, подумать, успокоиться? А взгляд невольно пошëл на Хоррора, но капюшон запретил встретиться с чужим лицом. Хоррор даже и не знал, как ответить.. говорить что то голосом было.. Ну палевно, поэтому он выждал долгую паузу... Нужно было взять себя в руки.. Принять что ты тупая тряпка, но другим не позволять это показывать. Спустя пару минут Хоррор ответил. Что то с его голосом было не так: –Странный ты, Даст. Ты же не из тех, кто любит одиночество.-Коротко, тихо, но внятно сказал Хоррор, переместив взгляд на уже подгнившие яблоко с мандаринкой и его улыбка спала, а сам он опустил взгляд. –Не надо оставлять меня, просто дай мне десяток минут.. ты всё равно оставишь меня, когда пойдешь спать...-Хоррор думал, что смог сохранить свою силу и не показаться слабым... Но чёрт, все его действия - это прям полная противоположность. Молчание. Почему-то Хоррор молчал, и достаточно долгое время. Да и если он делал паузу всего 5 минут, то казалось, что это целая вечность.. Тишина. Вновь тишина. Она чертовски не нравилась Дасту. Он внутри только и молился, просил, готов был стоять на коленях, лишь бы Ужас не молчал. Но это молчание и нарушил сам Маньяк, чему Пыльный был безумно рад, но.. Что-то с голосом его собеседника было не так.. Он был каким-то замятым, более тихим.. Будто.. Скелет плакал..? Нет.. Чушь полная.. Что сейчас Хоррор пускает сопли.. это такое нытье. Вся эта тупая забота с одеялом, которую Хоррор не осознает. Все эти ручки, плечики.. Хоррора разочаровывало всё его поведение.. Он зажмурился, став считать до пяти у себя в голове «Все будет хорошо» То, что крутилось в голове у Мышки и вовсе не сыр. А далее последовал глубокий вздох. Хоррор пришел в себя.. Он медленно стянул с себя капюшон... И глаза уже подсохли, он развернулся к Пыльному с улыбкой: –Если хочешь.. иди, я не держу. Просто, ты ночью снова оставишь меня одного, неужели ты устал от меня?-Спокойным голосом спросил Хоррор, держа своими руками свою толстовку. –Неужели одному быть лучше...-Раздумывал Хоррор смотря Дасту прямо своими блестящими глазами. Он говорил будто не останавливаясь. –Тогда посиди ради меня ещё минут 15. Спасибо-Хах, заметили? Хоррор даже не дождался ответа Даста, на этом как бы и решив всё самому и спокойно и расслаблено лег на плечо Даста, прижавшись к нему. Его сейчас очень дико знобило и затягивало в сон. Хоррор прикрыл глаза: –Прости за всё, я просто нервничаю. Пожалуйста, не будь плохим..-Тихо проговорил Хоррор проваливаясь в глубокий сон. А Психопат молчал. Он слушал реплики своего товарища-по-несчастью. И в каждом слове, в каждой букве он слышал что-то другое, не то, что говорил скелет. Голос был очень деформированным, изменённым, он был чертовски другим.. И если бы Мёрдер не знал, что рядом с ним сидит свихнувшийся каннибал, который не любит гомосятину и никогда, повторюсь, НИКОГДА не пускает сопли, то сейчас, поверьте мне, он был засмеялся. Потому что он понял, что кое-кто, кажется плачет.. Но в реальности он не сделал этого. Осознание, что Хоррор пускал слёзы пришло только тогда, когда он вздохнул, снял капюшон и посмотрел на белокостного. Внутри что-то защемило.. Это была боль.. Боль, будто бы тебя дёргают за ниточки, как за жалкую куклу в чужих руках, как будто бы играют по клавишам твоего пианино нервов. Это как нож в сердце, который всё время вытыкают и втыкают обратно, хотя вырезать этот ничтожный жизненный орган из грудной клетки, высунуть его с сосудами и всё, ради бесконечного наслаждения собственного ничтожного эго. Это.. Отвратительно чувство. Даже ком в горле встал, из-за чего выражение лица Даста сменилось на удивление, но с привкусом обеспокоенности. А говорить он не мог. Просто не мог. Глаза.. Они блестели и будто бы стояли на мокром месте. Он.. Он серьёзно плакал?! Пыльный просто не мог в это поверить! Он сидел ошарашенный, не сводя глаз с Ужаса. Внутри он пытался провернуть картину, где Маньяк плачет и это серьёзно сделать не получалось! Неужели.. Неужели Психопат сейчас настолько сильно облажался, что заставил Хоррора плакать..? Осознание этого сводило его выражение лица на скорее грустное, печальное. Он думал что ужасен, но чтобы заставить плакать самого сильного духом из этих двоих.. У него просто не было слов. -Я не уйду.-Казалось бы, всё произошло так быстро. В один момент Хоррор был злым, потом плакал, а дальше не дал Мёрдеру и слова вставить, как лёг на его плечо и начал говорить ещё тише. Даст просто не мог поднять на него тон голоса, он говорил так же тихо, несколько зажато, но он не плакал. Он даже не мог посмотреть в лицо Ужасу, потому что было стыдно.. Вновь осознание, что ты та ещё мразь.. Ах, с Хоррором так сложно, но одновременно с ним очень легко и тепло. И пусть сейчас он вот-вот провалится в сон, и пусть, он вновь не доверяет Дасту и может быть, ненавидит его, обиделся на него.. Тот никуда не уйдёт. Он не хотел оставлять этот единственный лучик света в его жизни одного. Он не хотел причинять ему боль, хоть и делал это, сам того не понимая. Глазницы медленно закрылись вслед за Ужасом. -Да, Хоррор.. Ты заразил меня своей сонливостью..-так же тихо, негромко, несколько ласково сказал Мёрдер, перед тем, как и сам провалился в сон. Он не хотел прикасаться к Ужасу, потому что тот сам не любил это дело, но так же одновременно хотелось бы обнять его и прижать к себе ещё больше, ещё крепче и не отпускать. Но надо было держать себя в руках, а то, вдруг сам Хоррор решит лечь в другое положение, не рядом с Дастом. Поэтому тот лишь положил вою голову на чужую черепушку. Вау. На самом деле если вы спросите у Хоррора: "Плакал ли ты?", конечно он ответит отрицанием, причём с таким наездом и насмешкой по типу: "вы серьёзно?". Но мы то все знаем правду и истинную сущность Хоррора.. Тряпка, делающая из себя что то храброе и бесчувственное.