Невольный свидетель

      — Ну, ты идешь, Рон? — звонкий голос Симуса раздался почти у самого уха, и рыжеволосый парень поморщился. — Ты же обещал показать мне сицилианскую защиту, помнишь? А мне, между прочим, скоро играть с семикурсниками, и, Рон, я всё ещё не понимаю, почему ты не заявился на турнир, а? — ирландец всё говорил и говорил, звуки его голоса то тонули, то вновь оказывались слышны в почти пустой квиддичной раздевалке. Шум льющейся воды действовал расслабляюще и всегда клонил парня в сон. Но сейчас Рон Уизли был удивительно собран. Тугой комок в груди почти не болел, и парень надеялся, что если вот сейчас он увидит…       Насмешливые глаза Финнигана столкнулись с его собственными, и Рон поспешно отвернулся.       — Ты иди, Симус, я… волосы ещё влажные.       Финниган изучающе оглядел почти высохшие рыжие пряди друга, но, недоуменно пожав плечами, направился к выходу из раздевалки.       Рон закрыл лицо руками и беззвучно застонал. Он сидит здесь, почти как вор. Снова. Зачем?       Гарри появился спустя несколько минут и, не заметив никого, аккуратно снял очки, положив их на дальнюю от Рона скамеечку, а затем принялся поспешно раздеваться, избавляясь от влажной после напряженной игры одежды. Рон наблюдал за ним, словно в замедленной съёмке: защитные перчатки, спортивная мантия, свитер… Раздевшись до пояса, Гарри с наслаждением потянулся и всё же заметил вдалеке рыжее пятно волос.       — Рон? Что-то случилось? — парень поспешно надел очки и подошёл к другу, присев рядом с ним на скамейку.       — Н-н-нет, ничего… — слова выходили изо рта Рона словно бы толчками, встречая на пути препятствие. Парень нервно сглотнул, опустив глаза на собственные руки с неровными, обкусанными ногтями.       Гарри подвинулся ближе, приобняв друга, и зашептал на ухо, обдавая юношу горячим дыханием:       — Это из-за Гермионы, да? Вы поссорились?       Ничего не соображающий парень смог лишь выдохнуть:       — Ага.       Гарри наморщил лоб и тихо ответил, пытаясь заглянуть парню в глаза, которые тот, впрочем, старательно прятал:       — Хочешь, я поговорю с ней? Я же давно заметил, что ты ведёшь себя странно в последнее время…       Рон резко замотал головой, а потом всё же ответил, снова не смотря на Гарри.       — Нет, не надо, я разберусь. Спасибо. Ты иди, я… побуду ещё тут.       Гарри кивнул и, нисколько не смущаясь лучшего друга, вновь принялся раздеваться…       Глядя на него, Рон торопливо сглотнул и зажмурился, но, всё же не выдержав, распахнул глаза и уже не смог отвести взгляда… Стройное, подтянутое тело Гарри, рельеф мышц, плоский живот, ровные, сильные ноги и… Парня обдало жаром, когда Гарри, непринужденно избавившись от нижнего белья, вдруг посмотрел на него и чуть виновато улыбнулся.       — С тобой точно всё в порядке? — и получив в ответ лишь слишком резкий кивок, Гарри направился в душ, предварительно выудив из кармана спортивных брюк уменьшенную копию клубничного шампуня.       «И зачем он всегда таскает его с собой? — пронеслось в голове Рона. — Ведь здесь достаточно шампуней с более приятными запахами». Но тут же юноша понял всё, и тупая боль под сердцем кольнула сильнее…       Он провёл в опустевшей душевой ещё около десяти минут, скорее ощущая, представляя себе, как тугие, тёплые струи огибают прекрасное, желанное тело, капли воды стекают по намокшим и ставшим совсем чёрными, прядям волос, по ключицам, скользят по упругой груди, смачивая аккуратные горошины сосков… стремятся ниже, по стройному животу… Не в силах больше думать об этом, Рон поспешно вскочил и почти выбежал из раздевалки, столкнувшись на выходе с как всегда невозмутимым профессором Снейпом. Сердце, бившееся где-то в районе солнечного сплетения, кажется, теперь стучало у горла, иначе почему же стало так трудно дышать?       «Ты же знал, знал… — твердил юноша, плетясь по направлению к замку, — потому что каждый раз — вот так, только почему каждый раз всё больнее?» Сознание твердило: «Уходи, беги в замок, прячься, не смотри», — но Рон Уизли слишком хорошо знал, что вновь не услышит его...       Убедившись, что профессор скрылся, парень медленно развернулся и почти бегом преодолел расстояние до злополучной раздевалки. Отдышался. Выждал для верности ещё несколько минут и, стараясь не издать ни звука, осторожно зашёл внутрь.       Они были вдвоём. Гарри уже вышел из душа и стоял сейчас у скамейки, словно мокрый котёнок, непоседливо тряся головой, с которой во все стороны разлетались приторно пахнущие клубникой брызги воды. Снейп притворно морщился, вытирая юношу большим пушистым полотенцем, а тот нарочно прижимался к нему, полностью одетому, влажным разгорячённым телом, медленно облизывал губы, дразнил… Это могло даже показаться отеческой заботой, если бы не затуманенные, горящие еле сдерживаемым желанием тёмные глаза и чёткие, точные, но удивительно нежные, бережные движения…       Прикосновения тонких, гибких пальцев к обнажённой коже, словно бы невзначай… И ответ потемневших глаз разомлевшего от нежности и вожделения стройного, прекрасного юноши, быстрые, порывистые поцелуи, касания рук и тихие, почти не слышные стоны, от которых всё внутри почти болезненно сжималось…       Рон Уизли, прислонясь к чуть влажной от паров душевой стене раздевалки, молча глотал уже не сдерживаемые злые слёзы. Боль в груди не уходила, а лишь становилась привычнее с каждым разом… Он надеялся, что когда-нибудь научится с этим жить…