Танец с судьбой

      Мальчик, с вечно длинными волосами, сидел за столом своего факультета и смотрел на тарелку перед собой, полную еды. Но даже маленький кусочек не лезет в горло, аппетит совсем пропал. Утренняя новость о смерти самой дорогой и любимой женщины в его жизни, повергла в шок. Его мир окончательно упал во мрак. Покинула этот жестокий мир прошлым вечером та, которая дарила свою заботу и любовь безвозмездно. Эйлин Снейп умерла из-за слабого здоровья. Вечные побои со стороны супруга довели бедную женщину до могилы. Сам же отец мальчика умер ещё год назад, сын не особо горевал по такой утрате. Но каждодневные избиения и ужасные жилищные условия дали о себе знать.       Северус Снейп, который боготворил мать, старающаяся хоть как-то скрасить жизнь сына, умерла в кровати, держа в руках последнее письмо Северуса. В нем он написал, что шайка из Гриффиндора, снова над ним издевалась, кажется, сердце не выдержало такой новости и остановилось навсегда. Теперь тринадцатилетний мальчик винит себя в смерти матери. Новость, что теперь Снейп остался сиротой, разлетелась по школе всего за пару часов, что не радовала самого слизеринца. Ему хотелось убежать куда подальше, чтобы никто не смог видеть слез, которые он сдерживает внутри себя. Даже насмешки «мародёров» никогда не приносили такую душевную боль, как известие, что ты остался один.       — Привет, Северус, можно? — он так был погружен в свои мысли, что не сразу заметил, как к нему подошла девочка с другого факультета.       Он нехотя поднял на неё глаза и был немного удивлен. Это была его давняя подруга Лили Эванс, ученица Гриффиндора. Хоть их и разделила Распределяющая шляпа по разным факультетам, это не мешало им общаться. Даже если ты со Слизерина. Он вновь опустил голову и жестом руки разрешил сесть рядом с собой.       — Мне очень жаль, что так получилось. Миссис Снейп была хорошим человеком.       — Она была самым лучшим человеком в этом мире, — резко перебил её Северус. — Она защищала меня, как никто другой, она любила меня. Всегда вставала на защиту перед отцом, а теперь её нет. И в этом виноват я!       — Нет, Северус, — она положила свою ладонь на его руку, которая уже начинала дрожать у него на коленях. — Ты не виноват, то что ты рассказал в том письме нет в твоей вины.       Лили слегка сжала ладонь друга. Ей было больно так же от смерти Эйлин Снейп, как и самому мальчику. Она знала эту женщину и была рада, что у Северуса такая замечательная мать. Да, она видела и знала Тобиаса, отца Северуса, и была в ужасе, что тот вечно пьяны и избивает её друга и его маму. Тяжёлая доля досталась этой семье. А теперь Северус остался совсем один.       — И что ты собираешься делать? — вдруг спросила Лили, даже не обдумав этот вопрос детально.       Ответа не последовало и гриффиндорка решила, что сейчас самое лучшее решение — оставить друга одного, ему предстоит обдумать многое. Но один вопрос все же её очень сильно беспокоил. Кто же теперь будет о неё заботься? Куда пойдет?       — Северус, — начала Лили, но её в который раз оборвали на полуслове.       — Мистер Снейп, — к ним подошла профессор МакГонагалл, они даже не заметили её с начала. — Вас зовёт к себе директор Дамблдор.       Минерва кивнула мисс Эванс в знак приветствия, та ответила тем же, и ждала, когда молодые люди закончат свой разговор. Северус, несмотря на подругу и на профессора, направился к выходу из Большого зала. Лили лишь грустно посмотрела ему вслед и печально посмотрела на своего декана.       — Что будет с ним? — задала свой вопрос уже МакГонагалл. Но та только отрицательно покачала головой, давай понять, что сама не знает ответа на этот вопрос и направилась вслед за учеником.       Снейп не так далеко ушел от зала, потому женщине ничего не стоило догнать мальчика. Держа дистанцию в несколько шагов от него, идя позади, смотрела ему в спину. Ей тоже было очень жалко своего ученика, глубоко сочувствуя его утрате. Он был один из самых способных её учеников, хоть даже и учиться на враждующем факультете. Минерва догадывалась, что виновником в смерти свой матери считает именно себя. Но она то знала, что это не так. Северус Снейп, вечно замкнутый молодой юноша, вечно подвергающийся издевкам студентов, что с неё факультета, что с родного, чем-то привлекал её внимание.       Минерва МакГонагалл, суровая мадам, «Железная женщина Хогвартса» искренне сопереживала ему, как себя. Порой Минерва замечала за собой, что представляет его как будущего коллегу по зельеварению. Гораций Слизнорт, декан Слизерина, лестно отзывался об этом юном даровании и порой шутил, что вырастит достойного своего приемника. Но, известие пришедшие под утро, пошатнула эту идею. Зная характер и какой может быть мальчик в подобном состоянии, он просто бросит все свои старания и подвергнуться новому гнёту.       — Мистер Снейп, — обратилась Минерва к мальчику, все же поравнявшись с ним, оказывается, он уже почти догнал её в росте. — Примите мои соболезнования. Я знала вашу маму, хоть и учились на разных факультетах и курсах. Её можно было ставить в пример, как самую лучшую ученицу своего курса.       Минерва попыталась ободряюще улыбнуться, но вышло не очень. На неё слова Северус лишь качнул головой в знак благодарности. Ему была приятна её поддержка, как и сама профессор трансфигурации. Он восхищался её и смотрел, как на недостижимую награду за своё жалко существование. Но показывать свои чувства он не намеревался.       — Нам нужно идти, директор, наверное, уже заждался, — сказал слизеринец и пошел дальше по коридору.       Такая холодность немного обидела Минерву, но она прекрасно понимала, что сейчас чувствует юный Снейп. Дальше они шли в полном молчании, каждый погруженный в свои мысли. И только, дойдя до места назначения, тишину пришлось разрушить. МакГонагалл встала перед учеником и произнесла пароль.       — Лимонный пирог, — и горгулья зашевелилась, показывая вход в кабинет. Минерва отошла назад, давая пройти сначала Северусу, тот кивнул и пошел впереди, Минерва же пошла следом.       — О мой мальчик, здравствуй, — поприветствовал директора, вошедшего юношу. — Проходи, садись. Лимонную дольку?       — Нет, спасибо, директор, — без капли эмоций ответил Северус. Ему не очень то хотелось в данный момент вообще с кем-то разговаривать.       — Спасибо, Минерва, — поблагодарил своего заместителя Альбус. Женщина кивнула и села на стул, прямо напротив стола директора. — И ты присаживайся, Северус, нечего стоять и тратить на это силы. — добродушно сказал мужчина.       — Благодарю, — отозвался мальчик и опустился на стул рядом с МакГонагалл.       — Я бы хотел, чтобы в этом разговоре присутствовал твой декан, Гораций Слизнорт, но как мы все знаем, он отправился в Министерство Магии по очень важным делам и будет только через пару дней. Потому пришлось попросить об этом Минерву МакГонагалл, которая любезно в этом согласилась.       — В чем именно, директор? — спросил Снейп с непониманием. — О чем вообще суть данного разговора?       Дамблдор выпрямился на своём стуле, который был больше похож на трон короля. Он перевел взгляд на своего заместителя, которая выжидающе смотрела на него, а затем и на Северуса. Ему самому не хотелось заводить диалог на эту тему, но, как директор Хогвартса, он обязан выполнять поставленные правила.       — Для начала, мои глубочайшие соболезнования, твоя матушка не должна была покинуть этот мир так скоро. — Северус, в который раз за этот день, лишь кивнул. — Но есть и несколько открытых вопросов, которые нам стоит обсудить.       Минерва немного поëжилась на этих словах, она догадывалась о чем будет идти дальше разговор, и ей больно было это обсуждать. Да, были ученики, которые остались без родителей. Он у них были родственники, которые помогали и становились опекунами. Но этот мальчик, был особенным для неё. Кто будет о нем заботься? Самому же Снейпу было, кажется, плевать на все. Это было заметно невооружённым взглядом.       — У тебя есть ещё родственники? — преступил к основной части беседы Альбус, Минерва тоже посмотрела на мальчика, в сердце у женщины тлела надежда на положительный ответ.       — Нет, господин директор, — ответил мальчик, внимательно смотря на мужчину перед собой. — У меня нет больше живых родственников.       — Мне жаль, мой мальчик, но в таком случае у меня плохие известия, — разочарованно произнес Дамблдор, ему тоже стало жалко мальчика. — Тебя переведут в детский дом, в котором ты будешь числиться до своего совершеннолетия.       На это слизеринец только усмехнулся горько, он и начал догадываться, что к этому все и идёт. Приют, спасибо, что хоть ещё не маггловский. Он ненавидел, все что связано с миром магглов из-за своего отца. Тот был магглом, что просто отравляло ему и его покойной матери жизнь.       — Сразу после похорон, мне придется отдать копии твоих документов в Министерство, там уже тебя направят в приют. Мне очень жаль, правда, мой мальчик, так не должно было случиться.       — Альбус, неужели нечего нельзя сделать? — тут уже включилась Минерва, мирно слушая своих собеседников. — В приюте ужасные условия. Я хоть и понимаю, что мистеру Снейпу будет отведено всего лишь лето на проживание в этом месте, но так нельзя.       — А кто сейчас готов взять опекунство над ним? — серьезно спросил Альбус. Он знал, что идея не самая лучшая, но выхода просто нет. — У мальчика нет живых родственников и ему всего тринадцать. Простите, профессор МакГонагалл, но в этом случае я не вижу выхода.       Прошло ещё немного времени пока взрослые спорили, но пришли к выбору, что выбора и вовсе нет. Приют. Вот что ждет этого бедного ребенка. Сначала бедная жизнь в мире магглов с отцом пьяницей, а теперь приют в мире волшебников. Судьба, наверное, издевается над несчастным. Он не слушал их, не слышал, как Минерва за него Впрягается, как Альбус сам готов поклясться, что в данной ситуации он бессилен. Закон есть закон. И только одна мысль летала у него в голове.       «Северус, ты попадешь в приют. Где гарантия, что тебя возьмут под опеку?»       — Директор Дамблдор, — окликнул Северус мужчину, подняв на него пронзительный взгляд. МакГонагалл, которая хотела ещё что-то сказать своему начальнику, тоже посмотрела на мальчика. — Могу я пойти? Мне нужно готовиться к похоронам матери, смогу ли я отсутствовать на уроках несколько дней?       — Конечно, мой мальчик, если будет что-то нужно сразу говори. — Северус кивнул ему и Минерве, резко встал со стула и направился к выходу из кабинета. У него больше не было сил здесь находиться, оставив позади себя двух взрослых, глубоко переживающих за него.       Юный волшебник пулей вылетел из кабинета и направился в подземелье. Сегодня, словно подбадривающее, была суббота, занятий нет. Потому можно спокойно закрыться в своей комнате и дать воле чувствам. Вместе с ним должны были жить ещё несколько мальчиков, но они сами решили переехать к остальным парням своего факультета. Им не нравилось жить с таким странным человеком, как Северус Снейп. Вечно замкнутый в себе, вечно хмурый и серьезный. Да и кому будет приятно и безопасно жить в одной комнате с тем, кто изучает темную магию? Вдруг ему захочется испытать на ком-нибудь темное заклинание? Такого счастья никто не хотел для себя.       Северус оказался в своей комнате спустя пару минут, быстро бросился к своей кровати и уткнулся в подушку носом. Ему было плевать, что кто-то мог его услышать, услышать плачь брошенного всем миром мальчика, который просто хотел иметь нормальную семью. Теперь этому не бывать никогда. Он один и только сам Господь знает, какая дальнейшая жизнь ждет Северуса Снейпа.

***

      Прошла почти целая неделя, как умерла Эйлин Снейп. Северусу помогли похоронить мать знакомые, которые немного-то, но знали чату Снейпов. Похороны были ходу-бедно, но были. У семьи не так много денег было, чтобы можно было сделать достойные похороны. На них присутствовали меньше чем десять человек: сам мальчик, пару знакомых и соседи. Лили ещё хотела присутствовать, но родители не дали своего согласия. Сказали, что на каникулах может посетить могилу. Лили хотелось быть в этот момент со своим другом, поддержать его морально, но не получилось. Северус тоже ждал её, но знал, родители не позволят пропустить учебы. Даже если это очень важная причина.       В скором времени все бумаги были собраны и юный Снейп был зачислен в детский дом. Теперь во время летних каникул ему придется жить там. Одно радовало, что во время зимних, можно остаться в школе. Что он и намерен делать на протяжении тех лет, которые ему отведены до совершеннолетия. Каникулы как раз не заставят себя долго ждать. Подходил конец ноября. Осень уступит место зиме, которая заберёт с собой печаль в сердце мальчика, но в котором появиться холодность и не желание жить полноценной жизнью.       Вернувшись в школу через пару дней после похорон, Северус сразу начал догонять программу, чтобы не отставать от своих сокурсников. Он полностью ушел в учебу с головой. Ему нужно было как-нибудь отвлечься, он понимал, что вечно горевать по-мертвому человеку бессмысленно, так его не поднять из-под могилы.       Гораций же был в полном шоке, узнав о смерти своей бывшей студентки. Эйлин подавала большие надежды, она была лучшей на его факультете и по зельеварению не было равных ей. У Северуса, наверное, такая любовь к зельям именно от неё. Гораций так же узнал, что его ученик теперь будет жить в детдоме. Но, как и многие другие, ничего не мог с этим поделать. Потому, чтобы хоть как-то скрасить тяжёлые дни мальчику, он иногда звал его к себе, чтобы помочь с заданиями, да и просто скоротать вечер за чашечкой чая.       Лили тоже пыталась помочь другу справиться с горем, гуляла с ним, они вместе сидели в библиотеке и делали домашнее задание. Немного, но её общение помогало. Она была для мальчика как сестра, готовая на все ради брата. Но, по закону подлости, есть одно «но». На его названую сестру положил глаз один из тех самых «мародёров», которого на дух не переносит Северус. Джеймс Поттер. Злейший его школьный враг. Он и его друзья из Гриффиндора вечно его задирали, особенно ему в этом помогал Сириус Блэк. Из-за них он почти прописался в больничном крыле на втором курсе. Как бы Минерва МакГонагалл их не просила перестать задирать бедного мальчика, те попросту не слушались. Да, они боялись что-то при ней сделать, но стоило профессору вновь исчезнуть из поли зрения, как Северусу снова доставалось.       Даже лишившись матери, он опять попал под их обстрел. Поттер выкрикивал: «Смотрите, детдомышь идёт!»       Это переходило все рамки дозволенного, узнав об этом через мисс Эванс, МакГонагалл вызвала эту четверку к себе. Порой она жалела, что они попали на неё факультет. Никогда такого не было, чтобы ученики самого Гриффиндора, просто так приставали к другим. Тем более, когда у человека горе. Устроив им воспитательную беседу и назначив им отработку у Филча и у себя, отправила их в гостиную Гриффиндора и, чтобы ни звука не издавали перед ужином. Перед директором она решила все-таки выгородить своих учеников. Не хотелось ещё больше проблем доставлять всем.       И так продолжалось почти до конца декабря. Скоро Рождество, все готовились к празднику: школа была почти вся украшена различными гирляндами и праздничной всячиной и тому подобному; Хагрид, школьный лесничий, смог найти и притащить двенадцать самых красивых ёлок. В честь праздника был устроен большой пир, а экзамены решили перенести после каникул, чтобы дети могли вдоволь насладиться праздником. За это, почти все, ученики были благодарны доброму директору. А учителя так точно. Только вот Северус не хотел ничего праздновать, для него любое торжественное событие меркнет на фоне того, что теперь ему придется оставаться в школе все каникулы, чтобы не ехать в приют. Но прийти в Большой зал на пир не мог, приказ от своего декана.       Было решено, что многие могут сидеть, где хотят, потому факультеты перемешались между собой. Но стол слизерин был непоколебим, только пару тройку из других факультетов сидели за ним. В том числе и Лили Эванс. Они с Северусом сидели почти у самого края стола, ближе к преподавательскому и мирно беседовали.       — Значит, ты решил остаться на рождественские каникулы в Хогвартсе? — спросила Лили, поедая котлету из свинины.       — Да, — просто ответил Северус, ему было немного не по себе, что с ним она сидит. Ведь знает, что за ними сейчас наблюдает ненавистный Джеймс Поттер. — А ты?       — Поеду домой, родители скучают, кроме Петуньи.       — Никогда её не любил, — сказал Северус, нанизывая на вилку кусок тортика.       — Северус, она моя сестра, — строго ответила девочка.       — Сочувствую, — съязвил он, за что получил локтем в бок. Он понимал, что Лили совсем не обижается, так как знала, что его чувства взаимные. — Вы ведь тоже не ладите.       — Да, но это не значит, что стоит о ней плохо высказываться.       — Мне жаль её будущего мужа.       — Северус!       — Молчу.       Так они проговорили почти весь ужин, не следя за временем. Им было хорошо вместе, только эта девочка могла понять и поддержать Северуса. Но он видел в ней только друга, сестру и соратницу. Не больше. Он давно отдал своё сердце зельям, книга, одиночеству и одной женщине, сидящей за преподавательским столом.

***

      Настало время каникул, школа почти опустела. Большая часть преподавателей и то разъехалась по домам. Остались только директор Дамблдор, Минерва МакГонагалл (чему Северус был рад), Гораций Слизнорт и Сивилла Трелони. Из учеников, может, десять-пятнадцать не больше. Но самое главное, что нет этой шайки Гриффиндора, Северус хоть нормально отдохнет за последнее время. Как он мечтал о тишине, когда приезжал домой на каникулы, там далеко не пахло атмосферой праздника. Если отец не бил его и мать, можно это считать за рождественский подарок. Но крики и скандалы никто не отменял. А теперь можно идти по школе и тебя никто не обзовет странным, убогим и сиротой. Наступила долгожданная тишина. Подарок на Рождество — тишина.       Как-то гуляя по коридору он заметил небольшую фигуру возле окна. Женскую фигуру. Эта была именно та женщина, которая забрала его сердце. Строгий взгляд, сменился на мягкий и такой ласковый. Прямая осанка перешла в более расслабленное положение. Даже пропала та остроконечная шляпа, которая придавала ей больше серьезности. «Ещё бы убрать этот пучок и будет совсем идеально, да и от этой мантии избавится желательно!» — пронеслось у Северуса в голове. — Мистер Снейп, вас не учили, что за женщинами не прилично поглядывать, — строго высказала замечание МакГонагалл, стоило ей почувствовать чей-то взгляд на себе. Она ожидала увидеть кого угодно, но только не ученика слизерина.       Мальчик немного вздрогнул от того, что его заметили. Между ними было небольшое расстояние, но он находился в тени, где было очень трудно хоть что-то разглядеть. И думал, что останется не замеченным. Строгий голос профессора немного смутил его, ведь по сути в её словах была правда. Он откровенно пялился на неё.       — Прошу меня простить, профессор МакГонагалл, — он вышел из своего укрытия, на бледном лице вспыхнул небольшой румянец. — Я пожалуй пойду.       Мальчик уже хотел пройти мимо женщины, которая сама немного смутилась от его слов, но его остановила рука, нежно положенная на его плечо.       — Постойте, мистер Снейп, — она сама была в шоке от этого жеста. Она раньше никогда не прикасался к нему и это было приятно. «Минерва, ты же уже не маленькая девочка! Он же просто твой ученик. Он Слизеринец! Хотя, когда это было запрещено?» — мысли совсем перемешались и предложения было трудно составить.       — Профессор? — спросил Снейп, терпеливо ожидая продолжения. — Что-то не так? Вам не хорошо?       — Нет, — быстро ответила Минерва, убирая свою ладонь с плеча мальчика. — Просто хотела предложить, не хотите пройтись вместе? Все равно скоро ужин, можем пойти вместе.       Такое неожиданное предложение прогрузило всех в гробовую тишину. Северус даже представить себе не мог, что когда-нибудь ему представиться такая возможность. А Минерва мысленно себя карала за неподобающее предложение. При этом просто смотрела на него с улыбкой на лице, делая вид, что ничего такого не произошло. А лицо Северуса просто выражало удивление, но глаза кричали «Да».       — Да, почему бы и нет, — он немного отошёл пропуская профессора вперёд.       МакГонагалл ещё шире улыбнулась такому положительному ответу и пошла не спеша в сторону Большого зала, следом шагал юный Снейп, опустив глаза в пол. Ему было внутри души радостно, что сбылась маленькая мечта, да даже не одна, а целые две. Сама Минерва МакГонагалл прикоснулась к нему и предложила пройтись с ней. Он был готов светиться от счастья. Он давно такого не ощущал, особенно после смерти матери.       — Как у вас дела? — решила нарушить, немного затянувшуюся тишину, Минерва.       — Все нормально, — уклончиво ответил Северус. — А у вас, профессор?       — Так же, но немного устала, — тяжело вздохнула Минерва. — Хоть учеба закончилась на время, но проверка долгов и бумажная волокита не давали никакого покоя. Да и голова вечно болит. — Пожаловалась женщина, хотя раньше никогда не рассказывала ученикам о своей усталости.       — Сочувствую, вот что ждём меня в будущем, — съязвил в своей манере юноша. Минерва же непонимающе уставилась на него, но тот только смотрел прямо перед собой, но краем глаза заметил, что его внимательно осматривают. — Профессор Слизнорт, говорит, что будет настаивать, на том, чтобы потом я его заменил по зельеварению.       — Думаю, что могу поддержать его идею, — на это Северус резко посмотрел на Минерву, которая загадочно улыбалась. — Я знаю о ваших успехах в зельеварение. У вас талант, который встречается редко. Потому учителя по этой дисциплине работают до последнего, трудно найти замечательного специалиста.       — Значит, вы хотите, чтобы мы потом стали коллегами? — с плохо скрываемой надеждой спросил Северус, но, кажется, профессор МакГонагалл этого не заметила.       — Хочу на это надеяться, — просто ответила она. Минерва в последнее время перестала следить за тем, что говорит рядом с этим мальчиком. — Но для начала, нужно отучиться и сдать все экзамены, молодой человек.       — Тогда буду усердней стараться, чтобы потом сидеть рядом с вами за одним столом, профессор.       В этот момент она вновь посмотрела на мальчика и встретилась с черными, как сама ночь, глазами. Они остановились, прямо смотря на друг друга. Она видела веселые искорки в его глазах, которых не замечала никогда, за все время их знакомства. А в то время, когда в её горело не понимание и удивление. Северус сделал небольшой шаг к ней, Минерву это немного насторожило, но не двинулась с места. Женщина глубоко задумалась, что же сейчас сделает этот мальчишка, как не заметила, что её ладонь уже покоиться в его руке.       — Приятного аппетита и спокойной ночи, профессор МакГонагалл, я не голоден, — и поцеловал тыльную сторону ладони.       Пока Минерва стояла посреди коридора, находясь в полом шоке, Северус уже успел отпустить её ладонь и быстрым шагом направился обратно в подземелье. Стоило ему зайти за поворот коридора, как веселая и радостная улыбка засияла на юном лице. То что он сейчас сделал, выходило за все рамки приличия, но он не мог упустить такой момент. Когда ещё предоставиться такой шанс, просто так провести время? В компании самой Минервы МакГонагалл?       Вернувшись в свою комнату, полный радости и душевного равновесия, он обнаружил на письменном столе небольшой конверт. Он жил один, потому было не трудно догадаться кому оно адресовано. Только вот от кого? Северус настороженно взял его и достал из конверта небольшой листок, это было письмо. «Северус, мальчик мой, приди ко мне в кабинет перед отбоем. Пароль «Лимонные дольки». Альбус Дамблдор!»       — Так поздно? Неужели, профессор МакГонагалл пожаловалась на мой поступок? Не прошло и больше пять минут. Нет, явно что-то другое. — Он поднял глаза на часы, которые весели прямо над его кроватью.   «Ещё целый час. Что же случилось?»