контраст

громкая музыка эхом разносится по всей квартире, нарушая привычное спокойствие и атмосферу уюта. помещение заполнено чужими голосами, нелепыми разговорами, стуком бокалов друг о друга и смехом. вид на москоу сити из всех окон только добавлял к происходящему некий антураж, пожалуй, непонятный практически никому. свет приглушен, где-то по углам стоят недавно выключенные камеры. стримхата только закончилась, а значит, ночь будет длинной. во всяком случае, для алексея так точно. быть организатором подобных мероприятий непросто. возиться с оборудованием, с приглашениями, с пропусками, постоянно нервничать из-за ограничений во времени – все это является частью той самой неблагодарной работы, которую, на самом деле, леша предпочел бы не совершать. не в его это вкусе, так мотаться. но с другой стороны, ответственность словно стоит по правое плечо и шепчет на ухо слова об обязанностях и приличии. нужно всех собрать, со всеми договориться, обо всем напомнить. нужно быть выше своих потребностей, чтобы зрители наконец полностью оценили его старания. особенно сложно организовать стримхату, когда ты живешь не один. светлая макушка мелькала среди толпы, однако губанов мог найти сейчас любимого, разве что, по голосу. благо, владимир говорил громко – смеялся друзьям в лицо, нелепо подмигивал дамам и улыбался, показывая зубы. все стримеры уже давно видели градус его опьянения, но прерывать это зрелище не хотелось. вова всегда был смешным, когда напивался. смотря на то, как младший флиртует в пьяном угаре, хесус мог только улыбаться и смеяться, но никак не ревновать. кому еще этот дурачок может быть верен, кроме как ему самому? -- леш, иди сюда, -- даша смотрит на стримера снизу вверх и немного улыбается уголками губ, затем неловко берет его за запястье и тянет куда-то влево. – помоги с напитками, пожалуйста. когда вова пьян, вся его ревнивая сущность за секунду выходит наружу. увидев, что родных голубых глаз среди зрителей нет, младший поджимает губы и оглядывается по сторонам. остальные не понимают причину остановки веселья со стороны братишкина, но стараются не вмешиваться. вова выглядит слишком агрессивным, и, казалось бы, еще чуть-чуть и вспыхнет, как спичка. он действительно похож на спичку: взъерошенные волосы, строгий и в то же время настороженный взгляд, напряженные плечи и спина. ему достаточно всего секунд семи, чтобы осмотреться и увидеть в толпе собственного парня с гаечкой. и, казалось бы, нет ничего плохого – они просто мирно разговаривают, наливают алкоголь и сок в стаканы и смеются. но, то ли из-за опьянения, то ли из-за накопившейся ревности, владимир практически в одно мгновение срывается с места и идет прямиком к общающейся паре. леша отличает его по одному запаху одеколона, с нотками древесины и цитрусов, а также по легкому перегару, который непременно скоро выветрится. обернувшись через левое плечо, старший действительно ожидает увидеть все, что угодно, но только не разозленного хмурого владимира. его парень смотрит на хеса сейчас исподлобья, кусает губы и недовольно выдыхает. затем молча берет старшего за руку, даже не кивая даше, и уводит в их спальню. стримерша не успевает ничего понять, только хмурится, а потом отвлекается на татьяну и остальных. возможно, им просто нужно побыть одним. - вов, что ты делаешь? – шепчет старший, когда семенюк заводит его в спальню и плотно закрывает за ними дверь. вова не произносит ни слова, только плотно сжимает его за талию и прижимает к стене, целуя так развратно и пьяно. в комнате практически нет света, и работает только стоящая на тумбочке вовы настольная лампа, но это придает происходящему атмосферу той самой похоти, смешанной с любовью и диким желанием. у них дыхание тут же сливается воедино, особенно когда младший сжимает не только тело, но и шею губанова, и, на секунду оторвавшись от любимых губ, пьяно и влюбленно улыбается. сегодня владимир явно хочет грубости, и леша, безусловно, поможет ему исполнить все его желания. старшему самому давно хотелось разнообразия, а тут… пьяный ревнивый семенюк, какая прелесть! - я очень хочу тебя, леш, - хрипит в ухо старшему братишкин, намеренно прижимая любимого к стене сильнее и даже надавив коленом на давно стоящий член. леша, словно кот, выгибает спину и стонет, а младший спешно закрывает ему рот свободной ладонью, оставив другую только на шее. страха, что их может кто-то услышать, практически нет – во всяком случае, братишкину похуй, а леша не может думать ни о чем другом, кроме как о том, кто стоял сейчас напротив и буквально трахал его одним взглядом. – ты невероятно сексуален, когда оказываешься таким беспомощным передо мной, солнце… хесус закатывает глаза и полностью отдается инстинктам. позволяет целовать, вжимать в стену, давить коленом на член и даже немного душить. вова кусает плечи старшего, потом зализывает и коварно мурлычет, как игривый маленький кот. его любовник под ним просто тает, превращается в неопознанную мягкую массу, и от одних ласк дрожит весь настолько, что кисти рук даже сводит. вова в считанные секунды толкает старшего на кровать, заставив не лечь, а именно сесть, а затем мягко садится на его колени сам, начиная целовать. нежность и грязь перемешиваются воедино, и становится так предательски хорошо, что, будь у леши хоть какая-то воля, он бы не вылезал из этих чувств, и весь секс состоял бы лишь из этих ласк. младший ерзает бедрами на его коленях, вьется, как змея, показывает клыки и оставляет на белой шее ярко-багряные засосы. прижимаясь к губанову вот так, носом к шее, владимир, наконец, мог насладиться его привычным ароматом зелени, сладостей и пряностей. они выбирали эти одеколоны вместе, когда, в очередной из февральских дней, решили сделать друг другу подарки. вова буквально тонет в его запахе сейчас, а потом внезапно кусает в шею, наслаждаясь тихим гортанным стоном и ухмыляясь. он повторяет действие через мгновение и слышит в ответ еще более громкий вздох, стон и ощущает, как мягкие ладони хеса сжимают его бедра все сильнее. - тебе нравится? – вова говорит это сквозь улыбку, постепенно спускаясь через поцелуи к стоящему колом члену алексея. тот лишь мычит что-то невнятное, закатив глаза и задрав высоко голову. один только взгляд на такого разгоряченного, возбужденного и красного хесуса заставляет владимира на секунду остановиться и просто глядит на это, а позже опускается на колени перед ним и с улыбкой глядит на бугорок, образовавшийся в штанах. он, специально оттягивая момент и издеваясь над хесом, постепенно снимает со старшего и штаны, и белье, и снизу вверх глядит на его член. тоже разгоряченный, да так, что каждая венка видна и пульсирует; вова не теряет ни секунды и в следующий миг берет его в рот, начиная неторопливо отсасывать. леше настолько плохо от этого ‘хорошо’, что он не выдерживает и начинает стонать во весь голос. и плевать на стримеров, которые бухают где-то в соседних комнатах, и плевать на культуру, и плевать вообще на весь мир. у старшего аж звезды перед глазами, поэтому они оба даже не думают останавливаться. вова делает минет очень хорошо и уверенно. конечно, будучи с лешей достаточно давно, можно сказать, ему пришлось научиться, однако самых банальных природных навыков у него и без этого было достаточно. иногда даже слишком. вот и сейчас, когда младший внезапно полностью заглатывает член любимого, хес понимает, насколько же владимир не только в жизни, но и постели, хорош. и вся эта картина, как сам братишкин, стоя на коленях, сладко облизывает член своего парня и, то и дело, щурится от нехватки воздуха, возбуждала до чертиков. когда младший чувствует, что старший на исходе, он внезапно убирает губы с его члена и, поднявшись на ноги, стягивает с себя и верх, и низ, оставшись в одном белье и носках. леша, заметив подобные действия, тоже окончательно избавляется от верха и низа, но сидит на этот раз уже полностью голым. вова так же, как и раньше, слегка зависает, заглядевшись на все это, но в следующее мгновение уже оказывается прямо над алексеем и жадно, ревностно и грязно целует. поцелуи от вовы в целом пробирают до костей, но этот является среди них каким-то чересчур особенным и сексуальным. пока хесус тонет в чувствах, вова разворачивает его бедрами к себе, ставит на четвереньки и гладит по спине. тот снова выгибается, как кот, стонет и раздвигает ноги сам, словно заманивая к тому, чего они оба очень хотят и ждут. и ведь вова не будет долго церемониться. - я буду груб, солнце, готовься, - шепчет за секунду до начала владимир, и леша успевает только закрыть глаза, как вдруг чувствует входящий в себя член. похоже, порог жесткости сегодня будет чуть выше, чем обычно, ведь сегодня они даже не используют смазку. и, признаться честно, старший только рад даже в этом случае отдаться чувствам, что он и делает, когда вместо привычной нежности ощущает в себе горячие и резкие толчки. он выпячивает бедра вверх, пригнув голову, и даже напоминая самому себе сейчас какое-то животное. в комнате пахнет похотью, потом и алкоголем, и это для них такой ебучий контраст. вова двигается резко, не забывая изредка зацеловывать тело алексея. гладит по бедрам, затем шлепает, и потом, будто извиняясь, целует так нежно и мягко, что хочется продолжить. у старшего все тело горит и, наверное, даже поднимается температура, но ему сейчас настолько похуй на это, что он решает просто игнорировать этот факт. - я мог бы сравнить тебя со шлюхой, но ты слишком похож на святого, даже сейчас, - глухо шепчет владимир, затем гортанно стонет и чуть рычит, ощущая, как наступает предел. толчок, еще один, и они кончают почти синхронно, настолько чувственно, что оба дрожат, а стоны сами по себе сливаются в один и невероятно громкий. леша падает на кровать, даже не размыкая глаз и слышит, как любимый падает где-то непосредственно рядом. затем ощущает его ладонь на своем боку, прижимается и утыкается носом в плечо младшего. вова улыбается и тоже закрывает глаза, предварительно укрыв обоих одеялом. прежде чем он пойдет проводить гостей, чтобы любимый не просыпался, можно и самому чуть вздремнуть. их тела, совсем белые по сравнению с багровыми простынями, выделяются, как что-то совершенно чужое, но в то же время создают прелестное, новое сочетание непонятных друг другу цветов. они – ебучий контраст друг для друга. и им это нравится.