Дорожить

Слэш
R
Заморожен
0
автор
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Тяжелее всего смотреть в глаза родственникам и говорить, что их близкого больше нет, и осознавать, что это ты не успел, и это твоя ошибка, ведь если бы ты прибавил газу или проехал бы на том перекрестке сразу на «красный», человек был бы все еще жив. Вот, к чему привыкнуть никогда нельзя, сколько бы лет ты не работал в больнице...
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
0 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник Скачать

Подкидыш

Настройки текста
      Высокий мужчина с пепельными, почти серыми, волосами, в длинном коричневом пальто вышел во двор и закурил сигарету, сунув свободную руку в карман. Ему не спалось. Разум терзали воспоминания о том старике с посиневшим лицом, которого они так и не успели довезти до отделения, о его впалых глазах, молящих о помощи. В голове стояло мерцание ярких контрастных огней, отражавшихся в зеркалах заднего вида, а в ушах все еще отдавало сиренами скорой. Еще больнее было смотреть в глаза пожилой женщины и говорить, что ее мужа больше нет, оправдываться глупыми словами.       «Они не успели. Как они могли не успеть?!»       Мужчина, издав злостный рык, пнул урну, стоявшую около дома и освещаемую подъездным фонарем. Та зашаталась, ответив громким скрипучим звуком возмущения. Дым рассеивался в тяжелом морозном воздухе, уходя в ночную пустоту и медленно растворяясь в ней, забирая с собой одинокие мысли мужчины.       Оставаться на месте было неразумно из-за довольно сильного мороза, поэтому он решил немного пройтись, прежде чем вернуться в квартиру. Несмотря на холод, было довольно тихо. Снежинки лишь изредка медленно падали, кружась, с неба, и мужчине это нравилось: придавало какого-то умиротворения на душе. Он дошел до небольшого парка и увидел на одной из скамеек, припорошенных снегом, силуэт неподвижно сидящего парня. Понаблюдав за ним, мужчина двинулся вперед. Конечно, его выбор упал именно на эту скамейку: лучшего все равно уже не будет, а сидеть в одиночестве совсем грустно.       Он выбросил сигарету, притоптав ее, подошел и тихо сел на другой край лавочки, ощущая как доски под ним слегка прогнулись от тяжести веса. Парень вздрогнул, но ничего не сказал, а лишь немного покосился на мужчину. Несколько минут они так и просидели в молчании. На парня была надета черная короткая куртка, больше похожая на пуховик, темные штаны, скорее всего джинсы, и высокие, такие же черные, ботинки на шнуровке. Из-под шапки непослушно выбивались кудрявые русые пряди, но они, кажется, не доставляли ему никаких неудобств. Рядом с ним стояли две довольно больших сумки. «Приезжий?» — подумал мужчина и продолжил открыто разглядывать мальчишку, не скрывая своего интереса. На вид ему было лет семнадцать, ну уж точно не больше двадцати, и, в связи с этим, назревал вопрос, который мужчина уже произнес вслух:       — Что делаешь тут один? Ты кого-то ждешь? — от низкого тембра, внезапно раздавшегося в тишине, парень вновь вздрогнул и слегка повернул голову к мужчине, но не растерялся и уверенным тоном ответил:       — Если Вы маньяк и решили устроить мне допрос, прежде чем убить, можете не беспокоиться, искать меня никто не будет.       Мужчина, опешивший от такого, просидел пару секунд с поднятыми от удивления бровями, а потом залился громким смехом.       — Что? Я что-то смешное сказал? — уже более напугано встрепенулся и уставился на него парень, слегка отодвигаясь в сторону.       — Извини, — произнес мужчина, утирая выступившие от смеха слезы на глазах, — Просто за маньяка меня еще никто не принимал, — парень обижено нахохлился и опустил голову, — Ты так и не ответил. Знаешь, который час? Тебе давно пора домой.       — У меня нет дома, — серьезно и все так же мрачно ответил парень.       — Как это нет? У каждого есть свой дом, да и ты по виду на бездомного не похож, — заключил мужчина, все еще рассматривая нового знакомого.       — Меня выгнали.       — Что? Почему? — «Да уж, собеседник мне попался веселый» — подумал мужчина, ощущая неловкость и нарастающее между ними напряжение.       — Потому что я гей, — с вызовом в голосе посмотрел на него парень, должно быть ожидая неприятных слов в свой адрес, но мужчина лишь надменно хмыкнул, а потом поднялся со скамейки и лениво потянулся, разминая уставшие мышцы, после чего подал парню руку:       — Я Билл.       — Томми, — пожал ее парень, с которого уже спала та спесь недовольства.        «Черт, у него даже имя гейское» — вновь подумал мужчина.       — Идем, перекантуешься у меня, чего мерзнуть. А потом что-нибудь придумаем, — он направился в сторону дома, но обернулся, заметив, что за ним не идут, и лукаво добавил, увидев испуганный взгляд парня: — Да не бойся ты, не буду я тебя насиловать. Ты не в моем вкусе.       Звучало это довольно унизительно, но ночевать на улице Томми вовсе не хотелось, поэтому он встал, собрав свои сумки, и поплелся вслед за мужчиной.       Каким бы страшным этот тип не казался, и как бы сильно чувство самосохранения не било тревогу в мозгу парня, он, соблюдая некоторую дистанцию, поднялся по подъездной лестнице и вошел в чужую квартиру, захлопнув за собой дверь. Мужчина, который был выше него примерно на две головы, протиснулся между ним и стеной и повернул ключ в замочной скважине, закрывая квартиру, тем самым отбирая у парня последний шанс на отступление.       — Ну, заходи, гостем будешь, — Билл щелкнул выключателем, и зажегся свет, от которого Томми поморщился, а его глаза, уже привыкшие к темноте, слегка заслезились. Мужчина подал ему вешалку для одежды, а сам удалился вглубь квартиры, призывая следовать за ним. Равнодушно пожав плечами, чтобы успокоить самого себя, Томми осторожно сделал пару шагов внутрь. Билл уже расставлял на столе чашки и разливал по ним горячий чай.       — Прошу, — предложил он один из стаканов парню, — Не бойся, не отравлено, — эта хитрая улыбка начинала уже порядком щекотать нервы, но Томми все равно принял согревающий напиток, оставаясь все же в стороне, — Ну, что я могу рассказать о себе? — мужчина задумчиво отхлебнул, придумывая ответ на вопрос, который сам и поставил, — Я работаю водителем скорой помощи, мне двадцать девять лет, характер у меня сложный, и я грубиян, к тому же иногда выпиваю, так что предупреждаю сразу, лучше на глаза мне не попадайся, когда я зол, — последние слова прозвучали как прямая угроза и парень нервно сглотнул, исподтишка рассматривая хозяина квартиры.       — Я…я…я, п…п, — начал заикаться парень, желая рассказать и о себе, но тут же спохватился и раскраснелся до кончиков ушей настолько, что его веснушки на носу и щеках стали почти незаметны.       — Спокойно. Успокойся, потом скажи, — грубым нетерпеливым тоном, словно упрекая, произнес мужчина, внимательно наблюдая за Томми.       — Студент, — выдохнул разом парень, опуская голову.       — Что? — удивился мужчина, наклоняясь, чтобы заглянуть в его глаза, от чего тот напугано уставился на него и сделал пару назад шагов, уперевшись спиной в стену квартиры.       — Учусь. 19 лет. Второй курс, — отчеканил Томми искаженным голосом: у него на глаза наворачивались слезы то ли от страха то ли от неуверенности в себе. Мужчина усмехнулся:       — Ясно. Ты как хочешь, а я иду спать. — Он развернулся, поставив чашку в мойку, после чего направился в другую комнату, — Если хочешь, там душ и туалет, — он указал на двери в конце коридора, соединяющего все комнаты, — Я постелю тебе в гостевой. Она небольшая, но места хватает, а если что-то нужно – мой кабинет прямо и направо, почти напротив тебя.       Томми послушно направился в отведенную для него комнату. Квартира Билла оказалась довольно большой и просторной, обычно в таких селятся многодетные семьи, но ни следов женщины, ни следов детей парень не обнаружил. Да и толстый слой пыли вместе с паутиной на мебели свидетельствовали о давнем отсутствии женского пола в этом помещении. Гостевая же была довольно светлой: обои персикового цвета с непонятным узором убирали всю ту мрачность, которую создавала вся обстановка в целом, а мебель светлых оттенков создавала иллюзию чистоты.       Ночь была беспокойная. Поначалу Томми вообще не спалось, хоть он уже и успокоился, и привык к новому месту, все это казалось неправильным, особенно этот странный пугающий мужчина. Во втором часу в соседней комнате раздался звонок, и парень изо всех сил прислушался, стараясь уловить суть, но через пару минут к нему в комнату вошел сам Билл и, увидев, что парень не спит, сказал, что его срочно вызывают на работу, после чего быстро оделся и ушел, оставив Томми совсем одного.       Парень полежал еще несколько секунд после хлопка входной двери, осознавая, что его все-таки закрыли на ключ снаружи, но потом любопытство одолело его, и он пошел осматривать квартиру. Она казалась совершенно обычной, никаких следов чего-то отклоняющегося от нормы Томми не нашел, а ведь от той улыбки у него все еще пробегали по телу мурашки.       Подойдя к кабинету мужчины, парень обнаружил, что в ручке плотно закрытой двери есть скважина для ключа. «Неужели заперто?» — задал мысленно вопрос он сам себе, но стоило ему повернуть ручку, как дверь сразу поддалась, впуская его в обитель хозяина. На первый взгляд казалось, что тут царил хаос, но на самом деле все вещи были аккуратно разложены и расставлены по своим местам, просто их было довольно много. Томми отметил, что эта комната намного шире и просторнее, чем та, которую отвели ему. Интерьер был выполнен в темно-коричневых тонах, выбивались лишь ярко-зеленое кресло и постельное белье, постеленное поверх дивана. Судя по тому, что оно было немного помято, даже скомкано, мужчина собирался и правда в спешке. На рабочем столе были разбросаны какие-то бумаги и квитанции, а также карта города – наверное для того, чтобы лучше знать кратчайшие маршруты до больницы. На стеллаже, сплошь уставленном книгами, так же присутствовали фотографии, должно быть, из детства Билла. Парень усмехнулся: на них мужчина был не таким грозным, как сейчас. В принципе то впечатление «маньяка» постепенно развеивалось.       Прошло около часа, а Билл все не возвращался. «Если его вызвали на сутки, я не попаду в ВУЗ, а он даже номера телефона не оставил» — подумал парень, шатаясь туда-сюда по квартире: спать ему уже и вовсе не хотелось, должно быть прошел тот период сна, когда глаза готовы сомкнуться от любого контакта с подушкой. Постепенно стал поступать голод, как это зачастую бывает, когда бодрствуешь ночью. Томми направился на кухню в поисках чего-нибудь съестного, какой бы наглостью это было, но стоило ему пройти мимо прихожей, как в замочной скважине входной двери зашевелился ключ, и, прежде чем парень успел сориентироваться и что-нибудь придумать, распахнулась и сама дверь. В квартиру буквально ввалился уставший мужчина, небрежно скидывая обувь и верхнюю одежду. Он не сразу заметил напротив себя оцепеневшего Томми, но завидев его тут же съязвил:       — Надо же, и собаку заводить не надо, меня уже и так встречают. — Парень обиженно надулся и скрестил на груди руки: уж с животными его еще не сравнивали, — Ты чего не спишь? Неужели одному никак? — устало потер глаз мужчина, и его слова прозвучали как претензия.       — Я уже ложусь, — ответил Томми, но его живот предательски заурчал.       — Ты голоден? — удивился мужчина и грубо остановил парня за предплечье, от чего тот охнул, почувствовав слегка прожигающую боль, — Если так, я могу тебя накормить.       — Не стоит, — попытался вырваться Томми, но его уже волокли на кухню. Мужчина усадил парня на стул, а сам открыл холодильник и достал из него сосиски.       — Надеюсь к той твоей странности ты не вегетарианец какой-нибудь, потому что из этого у меня ничего нет, — парень отрицательно махнул головой, и Билл довольно улыбнулся: — Ну хоть где-то от тебя нет проблем, — от этих слов парень задохнулся в возмущении и хотел что-то возразить, но промолчал: не хватало, чтобы еще и он из дома выгнал за наглость.       Некоторое время они сидели молча, и Томми решил нарушить тишину, от которой ему было невыносимо неловко:       — Вам тяжело приходится на работе?       — М? В каком смысле? — не понял мужчина, отвлекаясь от кипящей кастрюли макарон.       — Ну, Вас вызывают ночью, и Вы все время за рулем и видите больных людей… — задумчиво произнес Томми, разглядывая скатерть стола, будто на ней появится что-нибудь новое.       — А, ну, в принципе, я привык уже. Устаю иногда, это да, особенно когда несколько бессонных ночей подряд. И порой волнение так охватывает, когда видишь впереди сужение дороги или не преодолеваемую «пробку», а у тебя каждая секунда на счету, — По тому, как напряглись мышцы на его руке и слегка выступили вены, парень понял, что мужчина сильнее сжал ложку, которой помешивал содержимое кастрюли, — Но тяжелее всего смотреть в глаза родственникам и говорить, что их близкого больше нет, и осознавать, что это ты не успел, и это твоя ошибка, ведь если бы ты прибавил газу или проехал бы на том перекрестке сразу на «красный», человек был бы все еще жив. Вот, к чему привыкнуть никогда нельзя, сколько бы лет ты не работал в больнице или скорой помощи, — впервые за все это время их знакомства Томми видел Билла таким притихшим, а в его словах было столько боли, что парень осознал, что никогда не смог бы побывать на его месте. — А ты на кого учишься, а, студент?       — На фотографа, — тихо пискнул Томми: его будущая профессия никогда не сравнится с работой мужчины, ведь она не приносит такой большой пользы, не спасает кому-либо жизнь, но вопреки ожиданию услышать очередные издевки, мужчина медленно протянул:       — Хм, интересно.       После ужина (если так можно назвать прием пищи далеко за полночь), состоявшего из сосисок с макаронами, Томми ужасно захотелось спать, и он, наконец, смог погрузиться в глубокий сон, отбросив из головы все ненужные мысли о столь странном человеке, приютившем его.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты