Это явно не конец. Это начало большего

Небо все ещё остаётся свежим и голубым, но лёгкие дуновения ветерка подсказывают, что вот-вот начнёт смеркаться. Набережная озарена лучами солнца, которое скоро начнет запланированное путешествие за горизонт. Странно, но сегодня чайки не такие надоедливые как обычно, просто пролетают мимо. Может, просто сытые? Кто знает. Бокуто смотрит на пролетающие мимо облака и останавливается. Руки опираются на массивное ограждение, теплая конечность накрывает ладонь, которую обжигает колким иголочками на удивление холодное железо. Лёгкой улыбки в знак благодарности достаточно. Этот жест будет более искренним, чем всякие слова. Произносить их не особо охото, зачем портить прекрасный момент тишины, которая показывает насколько эти двое между собой связаны. Янтарные глаза наполняются детским огоньком, когда Бокуто смотрит в сторону парка с аттракционами. Кричащую мольбу заменили пролетающие мимо чайки. Одобряющий кивок и Акааши уже о нем жалеет, Котаро просто тащит последнего, пока тот еле перебирает ноги, успевая вслед за широкой спиной. * Колесо обозрения было прекрасной идеей после тех ужасающих горок. Все же героем мужественная сова бывает чаще на словах нежели на действиях. Такому крику, который в ужасе вырывался из уст четвертого номера во время катания в тележках, могли позавидовать даже самые капризные дети. А ведь эта была идея именно Бокуто, ведь именно он был обязан показать черноволосому парню свое непоколебимое ядро стойкости. Оба радовались, что аттракцион не длился слишком долго, и сейчас парни могут просто наслаждаться видом из комфортной кабинет на родной город. Котаро радовался чувству безопасности, которое окружало его, а Акааши–тишине. * Розовые пушинки выстроились вокруг губ. Любовь Бокуто к сладкой вате была передана ему от дедушки ещё с самого первого похода в парк. Она дарила и замечательный вкус, и прекрасный воспоминания, и, самое главное в данный момент, Акааши рядом. Последний больше не мог просто смотреть на своего парня и вытер сладкую вату вокруг его рта, после облизнув палец. Вата с губ совы была ещё слаще, хотя казалось, куда ещё сильнее. Когда угощение было съедено и остались только деревянные палочки, их необходимо было утилизировать. Пройдя по улице в поиски мусорного бака, Кейджи услышал музыку и слегка вздрогнул, Котаро это заметил и сразу осознал, что произошло. Сжав руку парня ещё сильнее, счастливые лица побежали в сторону звука, пока в итоге не нашли его источник. К счастью, по дороге к замечательным музыкантам, парни выкинули палочки, и их руки были свободны. Пятый номер закинул руки за широкие плечи четвертого и легонько поглаживал такую же широкую спину, а последний в свою очередь обвил руками нежную шею и уткнулся в нее, боясь дышать, ведь мог сбить пятого с прослушивания любимого джаза. Как он ошибался, нервное и прерывистое дыхание ещё больше щекотило шею и заставляло все чувства обостряться в несколько раз. * Прогулка до дома за руку была самым прекрасным завершением вечера. Бокуто как обычно оживлённо пересказывал Акааши день, которые они провели вместе, будто сам Кейджи не был участником всего происходящего. Которо не хотелось перебивать, но все же было так бессмысленно. "Бокуто-сан, прекрати"–искренние эмоции об увиденном городе с высоты птичьего полета(как думал сам Бокуто)не прекращали вырываться из уст растрёпанной совы. "Это не имеет смысла, просто отпусти"–доказательство того, что четвертый ничего не боялся на той горке лились нескончаемым потоком. "Мне больно смотреть на твои мучения, все кончено"–еще долго монолог не прекращался, пока Акааши это не надоело совсем. "Я тоже устал, прости"–Кейджи целует. Поцелуй со вкусом соленых дорожек, которые текли из глаз последние оставшиеся мгновения. * Это не просто сон. Это не сон. Это реальность. Да, реальность. У них же всегда так было, по другому они не хотели и не могли. Бокуто не хотел и не мог. Принять все казалось куда сложнее, чем говорили врачи. Время, потраченное в этих убогих стенах, можно было провести с ним. Но его ограничили, запретили, огородили. В этот раз никто не успел. Котаро сломя голову побежал на верхний этаж, не обращая внимания на людей вокруг. Все они были чужими. Все они пахли больницей и препаратами, вкуса и запаха которых уже невозможно было различить. Один он, он единственный, пах домом, спортивным залом и немного книгами, за которыми так любил проводить время. Он потерял запах, а значит потерял его. Лестничные пролеты неожиданно закончились, далее только выход на крышу. Нет, далее выход на свободу. Замок на двери с внешней стороны, которым воспользовался Бокуто, будто был придуман специально для него, чтобы скрыться ото всех. От тех, кто мешал встретиться с ним. Зато теперь он не позволит никому помешать тому, что должно было случиться уже давно, тому, что не должно было заканчиваться. Подойдя на край крыши, руки начались трясти то ли от холода, то ли от исходящего потока эмоций. Пациент прогнивших стен упал от бессилия и начал кричать в никуда. Хотя так только казалось стороны. Это был крик, а точнее зов того самого, кто понимал, помогал и в котором можно было найти спокойствие и то необходимое сейчас тепло. Резко оглянувшись, Котаро понял, что никто так и не пришел. Конечно, его просто не впускают. Значит он ждёт там, внизу поликлиники. Точно! Если сейчас он упадет, то его обязательно поймают. Он сможет. Развернувшись спиной к пустоте, Бокуто улыбнулся. Не мог же он впервые за долгое время встретиться со своей любовью вот таким: опухшим и заплаканным, почему-то уверенность в том, что улыбка перекроет все изъяны физиономии, наполняла парня с каждой секундой всё сильнее. Хотя для него, он не имел никаких изъянов. Оставив все мысли, тело обмякло и начало падать. Было так легко, глаза прикрыты. Когда глазные яблоки уловили свет чужого мира, в котором все насильно держали Котаро, то первое, что увидел когда-то игравший за сильную команду ас, это родное лицо, которое тянуло к нему свои руки. Его все же пустили, он всё-таки не ждёт внизу. Ну, ничего страшного, зато теперь они снова вместе: –Ты все же пришел ко мне. Я долго ждал–улыбка буквально расползалась по всему телу, каждая клеточка организма дышала этим чувством счастья –Бокуто-сан, зачем ты эт... К холодку, распространявшемуся по позвоночнику, надвигалась волна тягучего тепла. В затылке было больно. Но я нашел тебя. Ты пришел ко мне.