Утренний ритуал

      Пока солдаты в казармах ловят последние крупицы сна перед общим подъемом, в комнате командора уже зажёгся свет. Шуршат простыни, скрипят половицы, звенит стакан на раковине — это Эрвин собирается вступить в новый день. Он выходит в сумрачный коридор и спешит подняться в штаб. Делает полукруг, огибая здание разведки с востока, минует очередное сплетение лестниц и останавливается около вытянутого арочного окна. Оно самое большое во всем здании. Раньше этот замок принадлежал какому-то графу, возможно, даже очень богатому. Под сводами этих стен проводились пышные балы, готовились вкусные блюда, и общался высший свет королевства, но хозяин покинул эти земли при загадочных обстоятельствах, и пустующая собственность была передана разведчикам. С западной стороны к замку пристроили солдатские казармы, возвели конюшни, графские земли были варварски поделены на тренировочные площадки, и двор покрылся пылью сотен сапог. Отныне эти величественные залы наполнились руганью и беготнёй, а в стенах вместо возвышенных речей были слышны лишь стальные приказы. От былой роскоши остались лишь десятки тонких окон в коридорах и пара витражей, хотя роскошью это назвать язык не поворачивается — старые деревянные рамы трескаются, а зимой от окон тянет холодом, так что у разведчиков всегда на одну бытовую проблему больше. Эрвин отдёрнул мягкую алую занавеску — ещё один дар предыдущего хозяина — и поднял глаза в бесконечную даль неба. Догорали звёзды, светлел небосвод, стремительно вбирая в себя новые краски после ночи. Раздвигая горы облаков, желтый шар солнца медленно выкатился на небо из-за горизонта. Небесный купол вспыхнул, и солнечный свет заструился сквозь макушки деревьев, пропитывая собой всё живое и заливая коридоры замка. Командор зажмурил глаза. Эрвин Смит никогда не забывает встать пораньше, чтобы встретить рассвет. Есть что-то бесконечно великое и родное в том, как в считанные минуты весь мир наполняется светом. Это даёт силу отдавать любые приказы, принимать самые сложные решения, каждый день сталкиваться с новыми трудностями, неустанно искать правды и приводить в движение огромную машину Разведкорпуса. Хочется вдохнуть так, чтобы сердце выпрыгнуло из груди, напрячь оставшиеся возможности памяти, всеми органами чувств запечатлеть этот момент и оставить с собой навсегда. Но Эрвин никогда так не делает. С сигналом к подъёму он продолжает шагать дальше по коридору, потому что знает, что завтра обязательно увидит рассвет снова.