Крепкая семья.

Даня 22:08 Наверное, нам будет лучше расстаться.       Отрицание       Руслану кажется, что это все сон. Глупый, злой сон. Он был уверен — Данил никуда от него не уйдёт. Они ведь были такой идеальной парой. Прошли сквозь огонь и воду, семейные ссоры, но все равно остались вместе. Руслану кажется, что происходит это все не с ним. С кем-то другим, а он лишь суровый наблюдатель за стеклом.       — Хотя если поговорить с ним, можно вернуть все на свои места, — не замечая, разговаривает он сам с собой. Карие глаза блестят, и вроде бы как решение проблемы вот оно — как на ладони. Но что-то все ещё не дает покоя.       — Нет, он сам вернётся, просто нужно немного подождать.       Проходит неделя, но ни одной долгожданной смс или звонка так и не поступает.       Поиск ответов       Что со мной не так? Почему он так поступил? Как я могу всё это исправить? Вопросы стояли комом в голове и не хотели вылазить, словно надоедливые мухи. Прокручивая в голове, он пытался размусолить и вынести из них что-то полезное, хоть какой-то разумный ответ. Но все тщетно. Единственный ответ, к которому приходил Руслан, — ты сам во всем виноват. Не стоило уходить так грубо, не нужно было отвечать так резко, нельзя было показывать свою ярую принципиальность.       Всё не должно закончиться так быстро. Ведь процесс был таким долгим и розовым. Почему конец не такой?       Каждое мучительное утро под боком было так холодно, а ощущение пустоты наполняло всю комнату. Так ещё и мать ворчала на то, что он постоянно лежит и ничего не делает. Неужели она не понимает?       А, точно, она же ни о чем не знает.       Страх       Две недели, телефон так и не звонит. Конечно, кому он нужен? Больше в этом мире никому, как кажется Руслану. Весь такой принципиальный и отталкивающий. Никому.       — Руслан, что с тобой происходит?       Что-то промычав из-под одеяла, он отвернулся обратно к стене. Разговаривать не хотелось ни с кем. Его состояние больше напоминало одинокого и подавленного человека, которого все бросили. Возможно, он приписывает себя к их числу. Данил, кажется, слишком много и обильно любил его. Никогда он ещё не встречал такого. Таких захлестываний чувств с головой, в волну которой окунаются оба с одинаково огромной силой. Такое испытывают лишь раз. Больше не дано.       Торг       Может, все же стоит позвонить? Наверное, он жутко занят на работе и не может уложиться по времени. Или же он так же страдает и не решается сделать первый шаг? Сойдясь на том, чтобы кинуть ему дозвон, чтобы тот перезвонил сам, Руслан довольный, схватил телефон. Возможно, они помирятся, уже новая более бушующая волна чувств захлестнет их с новой силой, и об этом недоразумении они буду вспоминать, смеясь за кружечкой кофе где-то зимой.       Сделав все, что он хотел на данный момент, тот принялся ждать, дрожащими руками проверяя телефон вновь и вновь.       Но звонка так и не было.       Гнев       На следующий день проснувшись и не обнаружив звонка или сообщения от Данилы, Руслан окончательно понял, что тот охуел. Зайдя на его страницу (наверное раз сотый за эти две недели), увидел, что тот заблокировал его.       — Хватит быть тряпкой, — показушно ударив себя по щеке, сказал он.       Руслан ощущал, что сделал все, что было в его силах, но не одна принятая им попытка все вернуть не была оценена по достоинству. Кому он такой нужен?       — Я слишком много сделал для него, никто для него не сделает того же, что и я.       Принятие       Спокойное дыхание Руслана только учащалось при утренней пробежке, сбивалось, музыка в наушниках добавляла ритма к его действиям. Это первая пробежка в его жизни. Ради неё он лёг в десять, а встал в пять. И все ради чего? Ради развеивания. Мысль, что он прожигает свое время за истериками и в вечных размышлениях, не давала ему покоя. Времени было жаль намного больше, чем собственной нервной системы или того же самого сна. Из двух зол Руслан выбрал меньшее.       И в таком темпе проходило каждое его утро. И на удивление, это помогло. Многие посмотрев на него, сказали бы, что он продал душу Дьяволу, ведь он вернулся в прежнее русло даже лучше, чем был. «Горький опыт — тоже опыт», — повторял он, отвечая своему прекрасному состоянию. На самом деле заметили не многие. Мать да несколько интернет друзей, о которых раньше не упоминалось. А зря, прекрасные люди.       Например, Олег. Молодому парню всего шестнадцать, а он уже разбирается в компьютере (да и не только, это если простым языком) получше программистов с несколькими высшими и грамотами. Беда его лишь в алкоголе, в котором он не видит меры. Однажды он так запустил свое состояние, что его еле откачали! (но на деле была лишь капельница, близнецы любят преувеличивать).       Или Аня — астрологиня, как она записана в мобильном Руслана. Прекрасная девушка девятнадцати лет. В свои 18 удачно выскочила замуж, а уже спустя полгода родила первенца (славный малый, судя по инстаграмму молодой мамочки). И вот помимо занятия малым по имени Влад, стала увлекаться астрологией, проводя расклады в Тик Токе. Отца Влад видит не чаще, чем его мать, но зато часто остаётся с няней (женщина со стальным характером и по воспитанию уж очень похожа на военного мужчину), которая заменяла ему отца.       И последний важный человек в жизни Руслана — Игнат. По правде сказать первое время (три месяца) он был отчаянно влюблен в человека с таким редким именем. Но после он как-то остыл. Легче бороться с чувствами, когда о них не знают. Игнат — мальчик недоверчивый, закрытый, и за шесть месяцев общения так и не подпустил Руслана хотя бы на расстоянии вытянутой руки. Все, что он знает, — его пиздит бухой отец. Врата в иной мир выглядит куда дружелюбнее, чем этот жестокий мир. А ещё ему 15. Да, даже и эту информацию Руслану удалось узнать случайно: Игнат как-то проболтался в увлекательном рассказе о хуевой жизни.       В-общем, друзей у него было предостаточно. Но почему-то когда становится плохо, он все равно остаётся один. Эти и подобные мысли Руслан всегда отгонял от себя на несколько километров. А зачем об этом думать?       Подходя к дому, он подметил, как подъездная дверь хлопнула железным каркасом, но не придал этому значения. Ровно так же, как и до боли знакомому запах. Открыв домофонным ключом, Руслан заходит в подъезд и слышит угасающие шаги сверху. Поднимаясь следом, его телефон завибрировал, но и это он успешно проигнорировал. Дернув за ручку двери, тот разувается и аккуратно ставит свои заношенные кроссовки рядом с дорогими мужскими туфлями. Слышит знакомый мужской голос и вешает куртку рядом с чёрным пальто и все понимает. Сердце лишь на мгновение замерло, скорее даже екнуло, и тело пробило на лёгкую дрожь, что успокоило лишь восстановленное ровное глубокое дыхание. Руки сами сжались в кулаки.       — О, Руслан вернулся, проходи к нам, — обращается Елена к сыну, и тот неохотно проходит. Ощущение, будто и не было всех тех дней облегчения, и он снова возвращается во времена страданий и слез.       — Что он тут делает? — выдавливает из себя Руслан, даже не поднимая глаз на Данилу, что так внимательно его изучает.       — Давай потом об этом поговорим.       Мать хорохорится и порхает по всей кухне, как птичка, постоянно подавая разные напитки и угощения Дане. Трудно не заметить её счастливый взгляд. Руслан все понимает. Даже сейчас, когда ему адски больно дышать, он все равно все понимает. Пытаясь не захлебнуться в собственных слезах и судорожно собирая вещи, он все ещё понимает всех, кроме себя. Ему так хотелось сесть на самолёт и улететь в Бразилию или Индонезию, туда, где бы его никто не достал. Пальцы скользят по контакту, записаному как «Илюха». Язык сам что-то несёт про «приютить» и «все очень плохо», сам он этого не понимает. Спустя пять минут он выбегает из квартиры, не сказав не слова, а слова здесь уже и не нужны. Данил лишь повёл ухом, когда услышал хлопок двери, но промолчал, слушая бредни матери Руслана.       Он тоже все понимает.