боги не болеют

С каждым днём состояние барда-алкоголика ухудшалось. Итер оставил паймон с ним, а сам отправился к Джинн. Магистр нужна была парню для того, что бы разузнать о алхимиках в городе. — Джинн, добрый день — парень зашёл в кабинет магистра — можешь рассказать о алхимиках? Мне нужно что бы они сделали настойку, которая предотвратит распространение яда в организме — Приветствую почетный рыцарь — девушка мило улыбнулась блондину — в таком случае тебе следует сходить к Барбаре — Это необычный яд и нужна настойка для Венти — возразил Итер Джинн забеспокоилась, ведь что может случиться с Барбатосом? Но Итер успокоил ее и сказал что все хорошо, и даже больше. От вранья ему стало просто ужасно на душе. Магистр рассказала парню про Альбедо, и направила его к нему, ведь он очень талантливый и так далее, но Итер уже бежал туда очень скомкано попрощавшись с девушкой. Подходя к алхимической стойке он увидел Тимея, единственного алхимика которого он действительно знал. А рядом с шатеном стояла низкая девушка с ушками, с румянцем на щеках и растрёпанными светло-зелёными волосами. Она разговаривала с молодым парнем, с волосами цвета белого золота, не намного выше девушки и с глубокими, спокойными голубыми глазами. — Здравствуйте, вы Албедо? — поинтересовался Итер — Да, приветствую — безразличный и монотонный голос прозвучал в сторону блондина — ты что то хотел? Златоглазый с горем пополам объяснил талантливому алхимику что ему нужно, и вроде как Альбедо даже проявил интерес, хотя скорее всего Итеру показалось. За 2 часа Принц Мела смог сделать зелье, которое могло замедлить распространение яда, но это было не точно конечно, ведь голубоглазому даже известно не было что за яд, и от чего надо делать зелье. Итер уже нёсся домой что бы скорее дать Венти зелье. Придя к дому, картина которую он увидел была просто ужасающая: Паймон сидела в углу в слезах, а Венти посреди комнаты в лужице розового яда держался за один глаз, оскалив клыки, которых ранее не было. В этот момент блондин просто впал в ступор подбежал к архонту и дал пощечину. Брюнет пришёл в себя, но глаз за который он держался стал таким же розовым как и заражённая кровь Барбатоса. — Мой рассудок просто был затуманен.я…я… — Венти дрожал то ли от боли, то ли от страха — простите — Венти, тихо, все нормально Итер крепко обнял друга, за которого сильно переживал и прилёг с ним на кровать. Они лежали так долго, бард уже успел уснуть в крепких и тёплых объятиях белокурого мальчишки. Но Итер уснуть не мог. Его сердце бешено колотилось и дыхание было сбито. Неужели он испытывает нечто большее к Анемо Архонту? Подумав об этом он раскраснелся как спелый закатник. Скорее всего он давно испытывал что то подобное к барду, но просто не замечал, либо не придавал значения. Но что делать если объект его воздыхания вот вот умрет? С этой мыслью он погрузился в царство Морфея. *** Горячее и сбитое дыхание над ухом барда под утро, не давало ему покоя. Сегодня утро Венти было необычайно легким. Он проснулся не чувствуя никакой боли, что было просто невероятным везением Анемо Архонта, так как все эти 2 недели Венти просыпался просто с чувством скорой смерти. А сегодня и вовсе было такое состояние, что можно было бы выйти в таверну, увидеться со всеми, выпить любимого вина и петь песни на всю «Долю Ангелов». Подумав над этим, он всё же обратил внимание на сопящего Итера, который вот-вот и ляжет прям на хрупкое тельце Барбатоса. Итер приоткрыл глаза, и увидел что бард с глазом цвета неба над его родным городом рассматривал блондина. И их взгляды встретились. Оба раскраснелись, так, будто и впрямь у них закатники вместо лица. Сердцебиение путешественника заметно участилось, да так что в тишине его было отчетливо слышно — Доброе утро, как ты? — блондин прервал молчание и привстал с кровати Венти хихикнул, потому что, как он подумал со стороны это было действительно мило и забавно — Прекрасно, Итер, просто прекрасно — архонт с косичками расплылся в улыбке пока смотрел на блондина — Ах, точно, лекарство Златовласый быстро достал что то из кармана: жидкость бирюзового цвета, на вид очень мерзкая и противная. А ее запах и вовсе был кошмарным: гнилые лягушки. Он протянул ее архонту и тот зажмурился и выпил. Глаз, который был розовым, тот час вернул первоначальный бирюзовый цвет, так полюбившийся путешественнику. Заметив это, Итер не мог не возрадоваться, ведь лекарство разработанное гением Ордо Фавониус сработало. По крайней мере ему так показалось.