Мисс стальные нервы

Громкий удар, похожий на сильный плеск воды, заставил замолчать всех, кто был в комнате. Упал шкафчик со всеми документами. Стало страшно.

[...]

Пьяный мужчина с бутылкой в руке вошёл в кабинет. Причину очередной пустой стекляшки дорогого коньяка можно было понять. Он лишился единственного сына.. Обвинил Ирину во всем. Хотя, казалось бы, она находиться в не менее шоковом состоянии, чем он. Но ему плевать. Алеников, полагаясь на должность в министерстве, позволяет себе больше, чем можно; больше, чем позволено, особенно в отношении к Павловой. Постоянные упоминания о том, что их с Ирой что-то связывало, не давало нормально жить ни ему, ни ей. Ситуация давно в тупике, а тут ещё и Толик... В момент гробовой тишины в кабинет залетает Олег, неся на подпись документы. Картина маслом: пьяный мужик лежит на диване, глотая последние капли коньяка, на полу разбросаны документы, и стоит Павлова, прикрывая рукой щеку. Брагин включил свет, отдергивая руку начальницы от лица. Щека горела, покраснела и безумно пекла. Все стало ясно. Документы хирурга оказались в той же стопке на полу — куда-то туда он их бросил. Олег, вырвав бутылку у Аленикова, выкинул ее в мусор. Поднял мужчину за шиворот и нагло смотрел в глаза, пока тот пытался улыбаться. — Сволочь! — хирург вмазал ему, бросая на диван. С носа потекла кровь, Анатолий выключился. Лицо Брагина было такое же красное, как и у Ирины, но по другой причине. — Олег! Вы с ума сошли? — Павлова дернула его за рукав халата, — не надо. — Ирина Алексеевна, вы считаете, так и должно быть? То есть, все нормально, да? — Брагин смотрел на женщину, не понимая её реакции. — Хотите сказать, вы сами упали на шкаф, в последствии чего ударились щекой? Оно и видно, — он хмыкнул, ещё раз глянув на красную скулу. Павлова отвернулась к жалюзям, пытаясь скрыть слезы. К сожалению, это уже не впервые. Алеников и до этого позволял себе поднять руку на Ирину. Она терпела всё. — Пойдёмте ко мне в кабинет? Ирина Алексеевна.. — Брагин аккуратно повернул её к себе, — у меня есть лёд, я вам обработаю. Пусть пока товарищ проспится здесь. Олег взял под локоть начальницу, и, выключив свет, вышел с кабинета. Поднимаясь на второй этаж, они не сказали ни слова друг другу.

[...]

— И часто вы такое позволяете? — хирург залез в маленький холодильник, доставая кусок льда. — Да было пару раз.. — Ира села на диван, чувствуя, как щека все больше и больше печёт. — А теперь потерпите немного, сейчас перестанет так ныть, — Олег уселся рядышком, аккуратно прикладывая обернутый в полотенце лёд к щеке женщины. Второй рукой нежно держал лицо в нужном направлении, касаясь другой его стороны. — Извините за мою скромность, но вы же раздельно живёте? — Брагин начал переживать, понимая, что Ира, такое чувство, привыкла к этому. — Нет, — выдохнула, — это тоже може быть причиной такого. Он же не успокоится, пока не добьется своего. Ну, собственно, чего я вам это рассказываю. Вы знаете его. — Ну, как щека? — Брагин убрал лёд, посмотреть не ушел ли отек, но кожа напухала сильнее — ну и треснул же он, краснеет ещё больше. — Да это от холода, — Ира слегка улыбнулась, наблюдая с какой осторожностью хирург держит её лицо, прикладывает лёд, беспокоится. Это не могло не сблизить их. — Ирина Алексеевна, хотите я вам чаю заварю? — Олег убрал холод, понимая, что это не помогает. — Нет-нет, не нужно. Вы, кстати, чего зашли то? Вы что-то приносили.. — А-а-а.. — Олег почесал затылок, — да пара документов, но это не горит. Подписать о переводе пациента в другое отделение. — Скажите мне только честно.. Ирина Алексеевна.. — хирург своим взглядом заставил Ирину испугаться: слишком уж напряжённый и глубокий, — вам не кажется, что пора Аленикова удалить из своей жизни? — Олег Михайлович.. давайте без нравоучений. Вы же знаете, что сколько бы я не пыталась это сделать, он всегда появится. Не дома, так на работе. Прикрываясь своей должностью, он делает всё, что хочет. Это необратимый процесс. Брагин встал с дивана, подходя к двери. Замок щёлкнул изнутри. Нет, не потому что тут будет происходить что-то запретное, просто Олег чувствовал, что приближается откровенный разговор, который никто не должен перебить. Да и видеть Павлову в таком виде тоже никто не должен. Мужчина занял прежнюю позицию у быльца дивана, заводя одну руку за спину Павловой. Приобнял слегка. — Я вас внимательно слушаю.. Ира молчала, обхватив ладонью кисть коллеги. Такая себе поддержка. Пустые глаза, полные слёз, глянули на Брагина. Наконец-то она сможет выговориться. — Олег.. — Павлова, не контролируя своих действий, опустила голову ему на грудь, — вы даже представить не можете, ка́к я устала это терпеть. — Постоянное похмелье, пустые бутылки, засосы на его шее, разбросанные вещи по квартире. По моей квартире. Не его. Систематические извинения дорогими букетами и очередным алкоголем, казалось бы, за какой-то там удар по лицу. И правда, что тут такого... Брагин смотрел в одну точку, слушая коллегу. Учитывая разницу в росте и размере, Олег обнял её со спины, чуть ближе притягивая к себе. Ира смогла облокотиться макушкой об его плечо. Было комфортно. Хирург всегда уважал начальницу, но никогда не подумал бы, что с ней такое может произойти. Никогда не видел на ней каких-то следов от подобных действий. — Понимаете, Ирина Алексеевна, я, слава богу, никогда не видел последствий, отображённых на вашем лице. Вы никогда не давали повода даже заикнуться о том, что Алеников любит руки распускать, — размышлял на пониженных тонах. — И вы прекрасно знаете, что я всегда на вашей стороне и в любой момент вы могли рассказать мне об этом. Но вы никогда этого не делали, продолжая делать вид, что все хорошо. Разве, нет? — мужчина опустил голову ей на плечо, находясь сзади неё. — Олег Михайлович, не начинайте. Как вы себе это представляете? Главный врач приходит к хирургу рассказывать о проблемах в семье. У вас с Мариной своих проблем хватает, зачем я вам? — Неужели, вы до сих пор считаете Анатолия своей семьёй? — Ну не зацикливайтесь на словах, вы понимаете о чем я. Брагин решил хоть немного перевести тему. — Как щека? — Лучше всех, походу, — Ирина коснулась пальцами кожи, чувствуя, как все печёт. Такое чувство, что это ожог, а не просто удар. Хотя, с такой-то силы ожог получить не составит труда. — Знаете как мне мама в детстве ранки лечила? Она поцелует и все пройдет. Рабочий способ, — Олег улыбнулся, заставив сделать тоже самое и Ирину. Взял и поцеловал. Аккуратно, в скулу. Задержался на пару секунд и прижал начальницу ближе. Она застыла, чувствуя его губы на своей щеке. Им нужно просто расслабиться. Не думать ни о чем. — Как думаете, пройдет? — Павлова посмеялась. — Гарантирую! Давайте я вам намажу кремом с тонировкой? Краснота не проходит. — Попробуйте! — Ирина приподнялась, чтобы Олег встал и взял тюбик в холодильнике. Брагин сел обратно лицом к женщине, подложив одну ногу под себя. — Так, мисс стальные нервы, терпите. Будет холодно, больно и неприятно. Хирург выдавил каплю бежевого крема, нанося его на лицо. Павлова шикнула от боли. Действительно, ощущения не из приятных. Мужчина, удерживая правую часть лица, второй рукой нежно мазал кожу щеки. Первым пальцем размазал остатки, после долгого втирания. Делал это долго, боясь навредить ещё больше. Его ладонь поддерживала лицо, пальцами касаясь уха, волос. Павлова прикрыла глаза. То ли от приятных ощущений и касаний в области шеи, то ли от расслабления от некого массажа. Почувствовала теплые губы на своих. Опешила.. Пара секунд — расслабилась окончательно, одной из ладошек касаясь шеи мужчины. Притягивает ближе, целует в ответ, не уступая ему главное место. Тот кладёт ее на диван, рукой убирая пряди волос от больной щеки. Заводит руку в волосы, пытаясь оказаться ещё ближе. Ближе уже некуда. Губы горят в поцелуе, руки гуляют по телу. Момент полного расслабления вот-вот наступит. Нежно проведя пальцами по правой скуле, Олег отстраняется. Смотрит на Павлову, пытаясь хоть что-то изъять из ее взгляда. Но не понимает ничего. Павлова снова сокращает расстояние, утопая в нежности, исходящей от хирурга. Никогда бы не подумала, что он такой... Другой. Брагин решил остановиться, иначе это могло закончиться не просто лечением щеки. Лег рядом, утыкаясь носом в ее волосы. Ей безумно шёл этот запах, какой-то апельсиново-кислый. Лежали вдвоем в полной тишине. Тяжело дышали. Олег приобнял начальницу, все так же вдыхая запах волос. — Олег Михайлович, пойдёмте я вам документы подпишу, не зря же вы пришли! — Ира шепотом разбила гробовую тишину кабинета. — Пусть крем впитается.. — Брагин никак не мог наполниться этим моментом наслаждения, который наконец-то наступил. Крем давно уже впитался.