Be mine

— Вот это ты тварь! — слышит он от сестры. — Но я… — Замолчи! Слова тебе я не давала! Что за невоспитанность! Ты понимаешь, что ты творишь?! О Боже, ЧанЁль! Ну почему ты оказываешься типичным пацаном! Из тебя вырастет типичный мужик! А не истинный мужчина, как хочет мама с отцом! — Да послушай ты! — кричит ЧанЁль, вставая с постели. Старшая сестра вздрогнула. — Да! Да, я не сдержался! Но ты думаешь потрахались и разбежались?! Мы обсуждали это! Оба пришли к тому, что забудем! Ей нужна была поддержка! Я её оказал! — Пусть просит такой поддержки у кого-нибудь другого, но не у моего брата, — нуна ЧанЁля буквально плюёт этой фразой и, громко хлопнув дверью, выходит из комнаты братика. ЧанЁль валится на кровать. Прошёл почти месяц с того дня, как он переспал с Вэнди. СеХун ни о чём не знал. Но больше ему так и не открылся. Завтра, на выходных, О придёт к нему провести два дня вместе, пока родители уедут за город, посвятить время годовщины только друг другу. Сестра уедет к подруге, так что квартира будет полностью принадлежать этим двоим. Ёль достаёт телефон. Смотрит соц. сети. Вэнди онлайн, снова не пишет, СеХун был пару часов назад. ЮнГи пару недель. Кто-кто, а ЮнГи редко посвящал себя социальным сетям. Этот парень обожает музыкальные платформы. Или пишет текста сам. Недавно ЮнГи и ДжуХо выпустили трек под названием «Снег». Сравнение подавленного состояние с зимой, а критика окружающих и издёвки со снежной бурей показалась Паку очень поэтично. Он вспомнил, что приложил руку к тексту. Трек был уже на парочке музыкальных платформ. На удивление его отметили, как автора. Пак вздыхает. У каждого такие разные цели, но всех объединяет их упорный труд.

***

В этот раз ожидание ЧанЁля прошло спокойнее. Но каково было удивление Ёля, когда О пришёл к нему, накрасившись. Они прошли к старшему в комнату. — А оппа может сделать мне кружку чая? И я хочу переодеться, но я немного стесняюсь. ЧанЁль понимающе кивает. Он выходит, припеваючи. С разрешение входит и замирает в дверях. Перед ним сидел СеХун в парике, накручивал волосы на указательный палец левой руки, правый несильно прикусил. Его губы были накрашены ярко красной помадой, глаза подведены, ресницы выделены. Расстёгнутая рубашка, подвязанная, оголяла живот и кружевной лифчик. Фланелевая короткая юбка прикрывала кружевные чёрные трусики. На ногах чёрные сетчатые чулки до колен. Перед СеХуном лежали розовые наручники, презервативы и смазка. — Сюрприз? — спрашивает, подняв брови, О. ЧанЁль, открыв рот, кивает, издавая невнятное мычание. — Хорошо, ставь этот ненужный чай и иди ко мне, ты сейчас мне так нужен. Ёль подходит к СеХуну уже без чая. Он стоит перед ним, совсем не понимая, что должен делать. О подползает к Ёлю. Он опирается на локти, выпячивает задницу и через домашние трико начинает аккуратно сжимать пах старшего. В его руках член твердеет. О облизывается и снимает штаны. Практически выпрыгивает уже вставший пенис. СеХун улыбается и, взяв у основания, тянет в рот. Он смотрит на Ёля, всасывая головку. ЧанЁль складывает правую руку на голову младшего. Надавливает, СеХун берёт больше. Втягивает щёки. Стонет от ласк старшего. Тот задёрнул юбку. Шлёпнул по правой ягодице. Чувствует, как трусики отодвигают. — Блять, да ты серьёзно? — удивляется Ёль. Он видит розовую пробку. Начинает ей двигать. О снова мычит, пуская вибрацию по члену, закатывает глаза. Выпускает член. Смотрит на Ёля. Выглядит младший действительно по-блядски. Его подбородок уже был весь в слюнях. СеХун высовывает язык и собирает слюну на ладонь, размазывает по члену возлюбленного. Ёль снимает домашнюю футболку. О выдыхает, видя кубики пресса. Языком ведёт вверх. Начинает играть с набухшими сосками. Ёль уже на коленях стоял на кровати, прижимал тело младшего. Снова О ведёт языком вверх. Проходит по шее, слегка всасывает кадык, подбородок и языком лезет в рот. Пак открывает его. Их языки начинают настоящую борьбу. С подбородков обоих течёт слюна. ЧанЁль сжимает ягодицы, подняв юбку. Сжимает сильно, поэтому младший периодически мычит в рот старшего парня. Они отстраняются. Ниточка слюны на мгновение повисла меж их губ. Красная помада уже размазалась. Чан прижал тело младшего к себе. — Будешь груб со мной? Меня это возбуждает, — шепчет О на ухо Паку. Получает в ответ кивок, снова впивается в губы страстным поцелуем. ЧанЁль натягивает трусики О. Та ниточка, во что превратилась ткань сзади, стала вдавливать пробку. СеХун простонал. ЧанЁлю нравилось. Даже стон СеХуна был похож на стон «сладкого мальчика». ЧанЁль валит СеХуна на кровать. Тот разводит ноги, но они были согнуты в коленях. Пак начинает целовать сначала колено. Поцелуями спускается ниже. Внутренняя часть бедра. Целует член через кружевное бельё. — Я думаю это лишнее. Пак одним рывком стягивает трусики, откидывая их в сторону. Видит член О, который явно был больше. Берёт в рот. Начинает сосать. Аккуратно всасывает головку, втягивает щёки. Языком обводит её полностью. Вбирает больше и начинает медленно водить головой. СеХун громко стонет, он не собирается сдерживать себя. Он вцепился в каштановые волосы Пака, сжал их. ЧанЁль не брал полностью, просто не умел. Выпустил член. Увидел грудь СеХуна, что тяжело поднималась и опускалась. — Я был готов кончить, — с усмешкой произносит Хун, распластавшийся на постели. Чан развязывает рубашку. Целует плоский живот. Поднимается выше, через кружевное бельё играет с сосками. СеХун прижимает парня ближе. Он обнял его за голову. Ёль расстёгивает бюстгалтер спереди, тот открывает вид на обнажённое тело О. Рывком стягивает сначала рубашку и бюстгалтер, а после и юбку, оставляя парня в одних чулках. Пак тянется за наручниками, разворачивает О на живот и сковывает его руки за спиной. — Ты ведь этого желаешь? Ёль склонился над правым ухом СеХуна, упираясь членом в правую ягодицу. Он получает лишь кивок. — И ты хочешь, чтобы я был груб? — ухмыляется ЧанЁль. Вновь получает в ответ кивок. Со всего размаху, ЧанЁль шлёпает сначала по правой, а после по левой ягодице. Он получает громкий вскрик. Пробка двигалась. Ягодицы окрасились розовым. Чан не собирался останавливаться. Он сильно шлёпал, заставляя СеХуна считать вслух. — Ты знаешь, — закончив, он снова склонился над ухом младшего, — я обожаю быть грубым. В ответ он получает лишь усмешку О. Он впивается в его губы, терзает, чувствует металлический привкус. Оба прокусили друг другу губы. Ёль выпрямляется, вытаскивает пробку. Растянутая дырочка СеХуна сжималась, требуя кого-то, а точнее именно ЧанЁля, внутрь. Пак сжимает ягодицы и входит языком. Он вылизывает анус возлюбленного, пока тот громко стонал. Ёль ухмылялся. Напоследок он плюнул на анус, введя два пальца. О вновь громко простонал. Он закатывал глаза. Пак грубо двигал пальцами. Попал по простате. Резко вытащив пальцы, он взял презерватив. Раскатал его по члену. Пока раскрывал пачку и раскатывал, смотрел на СеХуна. Тот тяжело дышал, его помада размазалась по лицу, а глаза были влажные. После посмотрел на ягодицы. Те были красные. ЧанЁлю нравилось. Он смазал пенис и резко полностью вошёл. СеХун вскрикнул. Вцепившись в бёдра возлюбленного, ЧанЁль стал резко двигаться, даже не дав младшему привыкнуть. Вся комната заполнилась криком, перемешанным с ругательствами. Сам Пак тихо стонал, насаживая младшего. Он наклонился и отбросил в сторону парик. Взял за волосы. Потянул. О поднял корпус. Ёль продолжал вдалбливаться, сжимая волосы на затылке младшего. Член младшего так же просил внимания. С него капала естественная смазка. Он хотел потянуться, двинул руками, поняв, что ничего не выйдет. Это не ускользнуло от Ёля. Он хмыкнул и взялся за цепочку, что соединяла браслеты наручников. Натянул их. СеХун просил быть жёстче, а Ёль выполнял просьбы своего маленького мальчика. Оба покрылись испариной. ЧанЁль перевернул СеХуна на спину. Снова вошёл, закинул его ноги себе на плечи. О кричал. — ЧанЁль, пожалуйста, скажи что-нибудь, я на пике! — выкрикнул СеХун. — Скажи, что я твоя шлюшка! — Ох, эта похотливая шлюха любит, когда ей говорят правду? — склоняется над ним Пак. Он продолжает грубо двигаться. — Тогда знай, О СеХун, такую блядь ещё поискать надо. А я-то думал ты совсем невинен! Но ты оказался самой настоящей шлюхой! Блядью! Давай, признай, что я не первый у такой бляди, как ты! Это всё так чертовски возбуждало младшего, что он кончил с громким криком. Он так и не притронулся к себе, но Ёль долбил по простате, а его слова сводили с ума. СеХун излился себе на грудь и даже попал на подбородок. Чан слизнул сперму. — Моя шлюшка такая вкусная, — ухмыляется он. СеХун с улыбкой тяжело дышал. Пак продолжал грубо вдалбливаться, но О нравилось. Из него вышли. Пак стянул презерватив и стал дрочить у лица СеХуна. — Давай, шлюшка, соберись и возьми папочкин член. О еле приподнимает голову. Начинает двигать ею, но Ёль не может ждать, он на пределе. Он начинает вдалбливаться в рот младшего, а после у второго в глотке разливается вязкая жидкость, которую он сразу же глотает. Пак валится рядом. Оба тяжело дышат. ЧанЁль смотрит на СеХуна. Помада размазана, тушь тоже. О выглядел как настоящая порноактриса. Но отчего-то даже в таком виде он считал его красивым. Достав салфетки, заботливо вытер животик малыша. Тот уже уснул. Пак лишь хмыкнул. Он взял мицеллярную воду сестры и аккуратно смыл размазанный мейк. Снял наручники. Приведя малыша в порядок, скинул ненужные вещи на пол, укрыл обоих и, обняв свою «похотливую шлюху», с улыбкой уснул.

***

СеХун просыпается от приглушённого звука пылесоса. Он садится, чувствует дискомфорт. Осматривает комнату. Его вещи были аккуратно сложены на кресле у рабочего стола. Смазка, пробка, наручники и костюм лежали на рабочем столе, так же аккуратно сложены и собраны в кучу. Сам СеХун был в большой футболке и обычных своих трусах. Жмурясь, младший встаёт. Шлёпает к звуку пылесоса. Открыв глаза, видит, как его парень слегка прибирается в гостиной. Завидя младшего, улыбается. Он выключает пылесос. — Это я тебя разбудил? — подходит к нему Пак. Он целует его в губы. СеХун по-детски трёт глазки. Его волосы взъерошены. — Неть, — по-детски отвечает О. Он зевает и жмурит после носик. — Ты как котик. Так как я мастер кухни, заказал нам ролы и пиццу. — Лядня, — продолжал по-детски отвечать СеХун. Он открыл глазки и улыбнулся. — А ты красивый. А ещё моя попа болит. — Я перестарался, да? — Нет! Мне нравится, она приятно болит. Мне нравится, когда больно. Наверное, поэтому я… то есть, мне так захотелось, чтобы ты стал меня оскорблять. Кто бы знал, что это так дико возбуждает, — СеХун уходит за зубной щёткой. — Я почищу зубы и буду лежать в твоей постели. О чистит зубы и валится в постель старшего. Достаёт телефон, проверяет социальные сети, а после рассматривает плакаты. Слышит звук пылесоса. Потом его заглушили. Кто-то пришёл. Слышится приглушённое «Спасибо» и хлопок двери. В комнату с коробками заходит Ёль. — Пицца и ролы! — он ставит всё на рабочий стол. — Подожди! Я за тарелками. Кстати, куда это? — Пак берёт смазку и пробку. Видит, как СеХун смущается. — Положи ко мне в рюкзак. ЧанЁль убирает полный костюм Хуна тому в рюкзак. Видит смущающегося парня. СеХуну так неловко. Он вспоминает то, что они делали ночью. СеХун накрылся с головой. Выглядывали лишь руки. Ёль навис сверху. О выглянул из-под одеяла, но после снова в него спрятался. — Ты чего? — хихикает старший. — Мне неловко за то, как я вёл себя ночью, — бормочет младший. — Но это нормально! Я люблю быть грубым в сексе, а ты узнал, что любишь, когда с тобой ведут себя грубыми. — Я был вчера так уверен. Но сейчас вся моя уверенность улетучилась! Боже, ЧанЁль, прости меня, — СеХун неуверенно выглянул. — Я не считаю тебя шлюхой, если ты об этом. Я просто слишком хорошо влился в эту игру, — Пак лезет к О под одеяло. — Мне понравилось быть твоей шлюхой, — СеХун опускает глаза. Ему неловко всё это говорить. Конечно, он и ЧанЁль уже достаточно близки. Но есть вещи, которыми О боится спугнуть ЧанЁля. — ЧанЁль, а ты можешь стать моим папочкой? Меня привлекает идея называть тебя своим папочкой наедине, а ты бы меня называл малышом? — Я думал после нашего первого раза я уже стал твоим папочкой, — ухмыляется Ёль. СеХун смущается. Он прячется в своих ладонях. Слышит хихиканье. Чувствует, как парень своими руками убирает его. Видит добрую улыбку ЧанЁля. В его сердце словно распускается цветок. О улыбается смущённо. — Я хочу свитер. С горлом. Чтобы в него прятаться от твоих пожирающих глаз, — СеХун прячется в футболку. — Зачем ты одел меня? Тебе не понравилось моё тело? — Я проявил заботу. Не хотел, чтобы ты проснулся голым. Это бы плохо сказалось на утренней ауре. На ауре беззаботного, доброго и милого утра. — А если бы я был голый? — прикусив губу, спросил О. — Я боюсь, что не сдержался бы, — ЧанЁль смотрит в глаза малыша. ЧанЁль страстно впивается в губы младшего. Они оба выдыхают, а Ёль уже ведёт пахом навстречу ягодицам О. СеХун прикусывает губу старшего. Выдыхает. Извивается. Тает в руках старшего. Он просит не останавливаться. Они переворачиваются, и СеХун уже сидит на бёдрах Ёля. Он начинает двигать ими. Оба томно выдыхают. — ЧанЁль-щи! — в комнату заглядывает сестра. — Оу, — она отворачивается. — Простите. Чан, вы когда закончите, я буду ждать тебя у себя. Она выходит. СеХун оглядывается назад. В смущении утыкается в грудь старшего парня. Когда они поднимаются, Ёль заходит к сестре. — Слушай, это было круто. Мне стоило для начала позвонить, — она переодевалась. — Подай футболку, на стуле, розовая. — Да всё окей, — ЧанЁль кидает сестре топ. — Не думаю, что второй раз он бы мне дал. — Она оборачивается к нему, натянув верхнюю часть гардероба. Её взгляд так и говорил: «А теперь поподробнее». — Да. Слушай, а чем мне ещё заниматься с парнем, когда дома нет никого? — Соседка опять придёт ругаться? — хмыкает она. ЧанЁлю сразу становится не по себе. Благодаря соседке мама Ли и прознала о половой жизни сына.

***

ЧанЁль был удивлён, насколько БоМи громкая девушка. Так с ним не стонала ни первая девушка, ни последующие два парня. Поэтому вечером, когда уже вся семья была в сборе, за их ужином в дверь раздался звонок. Всю семью Пак это удивило. Дверь открыла мать. — Послушай, ЯнМи, я понимаю, у твоего мальчика пубертатный возраст, ему интересно изучать женские интимные зоны. Ему интересна вся эта половая жизнь, но, ЯнМи, почему я должна это слышать? ЧанЁль выпучил глаза. Он видел негодование отца и ухмылку сестры. — ЧанЁр-я, подойди, пожалуйста, — позвала мать. ЧанЁль с силой сжимает палочки. Он встаёт, опустив голову. Кинув палочки, приходит к матери. — Да, мам, — всё ещё с опущенной головой, отзывается Пак младший. — Это правда? Ты водишь девочек? — Она получает кивок. — Смотри на меня, где твои манеры? — строго говорит она. ЧанЁль поднял глаза, в них читался страх. — Предохраняешься? Отвечай вслух. — Д… да, — еле выдавил Ёль. — Ну тогда что ты беспокоишься, МинДжу? Не волнуйся, дорогая, в свои 47 бабушкой я не стану, — улыбается женщина и гладит соседку по плечу. — Очень мило, что ты заглянула, пока. ЯнМи закрывает дверь перед лицом соседки. Молча проходит на кухню, рукой позвав сына за собой. Они усаживаются. Без капли возмущения или смятения, мама Ли продолжает есть. — Слышал? — спрашивает она отца. Тот лишь кивает головой, опустив взгляд. — Стыдно за сына? — Снова кивок. — А вот зря! В отличии от некоторых он хоть может девушку до приятных ощущений довести! — женщина привстаёт и даёт мужу подзатыльник. — Ещё и предохранялся! Теперь ему нужно больше карманных денег. — Женщина слышит смешок со стороны старшей дочери. — Ты знала? — Да, мамочка, — она кивает, продолжая улыбаться. — А сама уже спала с мальчиками? — спокойно спрашивает мать. — Нет! — она видит хитрый взгляд брата. Пока мама отворачивается, её взгляда хватает, чтобы понять младшему, лучше молчать, а лицо сделать проще. — Не удивлюсь, если ты врёшь.

***

— Тогда мама и тебя подозревать начала. — Да, — пожимает девушка плечами, — я не девственница. Но и что с того? Главное не больна и не родила! Она переодевается. Разворачивается и видит СеХуна в дверях. Машет рукой и тот смущается. — А теперь пошли вон из моей комнаты! — крикнула она. ЧанЁль передразнил сестру, выбежав после из комнаты. Он взял СеХуна за руку. После проводил его домой.