Be mine

СеХун просыпается от солнечного света, что нашёл щелку меж задвинутых штор и упал на закрытые глаза О. Младший сел, почесав затылок. О посмотрел на громко сопевшего парня, что лежал на животе. Его рот был приоткрыт, а из него на подушку текли слюнки. Спина парня была оголена. Хун поднялся. Он натянул белую футболку ЧанЁля с названием баскетбольной команды и босиком пошлёпал на кухню. — Доброе утро! — с улыбкой пролепетала женщина, с утра стоявшая у плиты. — Доброе утро, — слегка смутился и поклонился матери парня О. — Уже проснулся? Удивительно. — Солнце нашло щелку меж штор и стало светить мне в глаза, — самый младший в квартире сел за стол. — Вы готовите завтрак? — удивился он. — Конечно! Сейчас все проглоты уже начнут потихоньку выползать из своих нор! СонДжин самый первый, но он таскать не будет. Наш папа не любитель перебивать аппетит. ЮРа ещё и поможет, а вот ЧанЁль накидается всяким, потом завтрак ещё съест, так и бутерброд себе в комнату сделает заберёт! — улыбалась госпожа Ли. СеХун слушал женщину и осознавал то, чего у него никогда не было. — Мама Ли, — неуверенно обратился Хун и повернулся к матушке Ли. Та же взглянула на молоденького парня. — Вы не считаете меня лишним? Я имею в виду. Почему Вы согласились приютить меня? — Ты не лишний в этом доме, СеХун. Тебя любит мой сын, и я ничего не могу с этим сделать. Я могу только поддержать и уважать его выбор. Это сделает далеко не каждый родитель. Я не стыжусь того, что мой сын встречается с мальчиками. Ведь с кем бы он не делил постель, его моральные качества не изменить. Да и толку его ненавидеть? Уничтожить морально? Я похожа на монстра? А, я строгая мать, но лишь потому, что не хочу, чтобы дети забывали — в первую очередь я их мать. — Вы отличная матушка, — улыбнулся О. — Ты в порядке? — взволнованная, она села напротив СеХуна. — Мне просто немного грустно, что я не знаю такой семьи. И, знаете, так благодарен Богу за то, что он свёл меня с ЧанЁлем. Потому что ЧанЁль показал, что даже меня можно любить просто за то, что я живой. Просто за моё существование. Вы даже представить не можете, насколько прекрасного человека воспитали. — ЧанЁль рассказывал мне твою историю. Именно поэтому я согласилась, чтобы ты жил у нас. Ведь судебное дело будет заведено в любом случае, — пожала женщина плечами. — Мне страшно, — прошептал парень. — Я не хочу оказаться в детском доме, — с глаз непроизвольно полились слёзы. — Ты не окажешься! Мы что-нибудь придумаем! Я попрошу подругу взять над тобой опеку! Поверь, СеХун, это не проблема! Ох, мальчик мой, ты только не плачь. Женщина встала, обошла стол и прижала О к своей груди. СеХун же был больше не в состоянии сдерживать себя. Он заплакал. ЯнМи гладила парня по голове, пока на плите остывал завтрак. — Может покушаешь? — улыбнулась она. — У тебя одни кожа да кости. — Я сам по себе такой, — шмыгнул носом Се. — Я, пожалуй, дождусь ЧанЁля. Спасибо Вам. СеХун встал. Он обнял женщину и ушёл умываться. После он аккуратно залезает под одеяло к возлюбленному, стянув предварительно всё бельё. Абсолютно обнажённый, он прижался к парню. Тот лишь продолжал громко сопеть, а СеХун наслаждаться.

***

Он абсолютно не знал, сколько пролежал в ожидании пробуждения старшего. Он запомнил его крепкие руки на своих бёдра, жаркие поцелуи и тихий утренний секс. Лежа на груди любимого, СеХун тихо заговорил. — Я с утра уже побеседовал с твоей матерью. — О чём же? — улыбнулся Пак. — О тебе, — хихикнул Хун. — Да брось! Обо мне? Небось она нахваливала меня, — самодовольно улыбнулся старший парень. — Она сказала ты много ешь, — хихикнул худощавый паренёк. — Ой, — ЧанЁль закатил глаза, — это совсем не удивительно. Ты меня видел? Я же здоровый! Конечно, я буду много есть. — Ты дуешься? — СеХун поднялся, облокотившись на локоть. ЧанЁль лишь чуть надул губы, сразу отвернувшись от возлюбленного. — Ты милый, когда дуешься. Кажется, я влюбился ещё сильнее. ЧанЁль недовольно хмыкает. Он встаёт, оставляя парня в постели. Натягивая вещи, даже не повернулся к О. Но, стоя у двери, мимолётно взглянул на СеХуна. ЧанЁль кратко улыбнулся ему, уходя к матери. А вот СеХун вновь остался со своими мыслями наедине. Он думал о ЧанЁле. О том, что этот парень сделал для него. Казалось, жизнь стала налаживаться. СеХун был среди людей, которые любили его таким, каким он являлся. О и позабыл о таблетках, хоть часто опасался, что зря это делает. Он часто задумывался, что было бы сильно с его стороны победить свою болезнь или что-то подобное, ведь врачи так убедили его, что она неизлечима. Так и хочется на зло им выздороветь. СеХун лежит в постели того, кто всегда поддержит его. Даже в случае, если болезнь начнёт прогрессировать. В случае, когда будет неожиданная усиленная вспышка. ЧанЁль пусть и может испугаться, растеряться, но СеХун знает, он не отвернётся. Он постарается как можно скорее взять себя в руки и помочь возлюбленному. СеХун улыбнулся. Он уткнулся в одеяло, что пахло старшим парнем. О слегка потянулся, тихо простонал и выпятил задницу, после снова свалившись на постель. — Вовремя я, — игриво подметил ЧанЁль. Он только зашёл в комнату и встречающий его вид, безусловно, радовал. — Я начал скучать, — хихикнул СеХун. Он перевернулся на спину, разглядывая возлюбленного. Тот что-то дожёвывал, стоя перед кроватью. СеХун же раздвинул ноги. Он игриво хихикал, прикусывал губу, закрывал изредка лицо руками от смущенья. А ЧанЁлю нравился такой О. Старший парень разглядывал худощавое тело, украшенное засосами. — Я, — начал неуверенно ЧанЁль, сев рядом на постель и положив руку на колено младшего, — у меня для тебя важная новость… — Что-то опять случилось? — СеХун сел, поджав колени к груди. Он сложил одну руку на руку Пака, а вторую на собственное колено. Он приблизился всем телом и положил голову парню на плечо. — Думаю, это что-то очень хорошее. — ЧанЁль медлил. Он не знал, как сказать это. — Я… я вскоре не смогу проводить с тобой так много времени, как сейчас. — Ну и пусть. Теперь мы живём вместе. — Мне страшно, — прошептал ЧанЁль. — Кажется, я ещё не готов. — К чему? Сердце начинало бешено колотиться. СеХун боялся, что сейчас всё разрушится. То, что они с ЧанЁлем так старательно, аккуратно, трепетно строили просто разрушится. — Я стал трейни SM Entertainment. — Это же… твоя мечта! — воскликнул СеХун. — Я рад! — Но я сомневаюсь, — помотал головой Пак. — Почему?! — СеХун сел, опираясь на колени и повернувшись к ЧанЁлю всем телом. — Я буду много времени посвящать практикам. Если я когда-нибудь дебютирую, я не смогу сохранить таких отношений. Я буду на вечных практиках и гастролях. — Не важно. Я стану твоей сумасшедшей фанаткой. Главное, чтобы со временем ты не забыл про меня. Я буду кататься за тобой. Твоя карьера артиста не помеха! — Но агентство… — У меня есть ЮнГи и ДжуХо, — тепло улыбается СеХун. — Я нравлюсь им как человек. Думаю, они не буду против, если я буду под их крылом, когда тебя не будет. ЧанЁль крепко обнимает СеХуна и валит на кровать. СеХун хихикает, выкрикивая «Дурак!». Прижавшись к любимому телу, СеХун выдохнул. Ему стало отчего-то так хорошо. Он испытывал подобные чувства только с ЧанЁлем. Это чувство удовлетворённости и спокойствия. Чувство, что всё, что сейчас происходит — так как надо. Чувство, когда понимаешь, что весь тобою надуманный идеальный мир чушь. Когда накрывает это чувство, кажется, что именно то, что происходит сейчас идеально. Именно это и чувствовал СеХун, находясь каждый раз в объятьях Пака. ЧанЁль же накрыл своего голого возлюбленного одеялом. В комнату заглянула сестра. — Лежите? — спросила она, заглянув и оглядев парней. — Эм… — ЧанЁль странно покосил на неё глаза. — Думали уединиться. — Ха-ха! — Я серьёзно, — нахмурился младший Пак и сел. Пока СеХун, слушая разговор, прищурил глаза и улыбался, закусывая губу. — Когда дома родители? А у тебя совести уже совсем не осталось? — удивилась сестра, войдя в комнату и спиной закрыв дверь, облокачиваясь после на неё. — Мы же уединились с утра, — самодовольно улыбался Чан. — Странно, было так тихо. Что, СеХун-и, — девушка слегка поддалась вперёд, — не очень в этот раз? Или, прикрываясь родителями, наконец-то всю правду тишиной вылил. — Эй, вообще-то его всё устраивает, — дует губки Ёль. СеХун выглядывает из-под одеяла. Из-за наэлектризованности, волосы стали плавать в воздухе, а не лежать на голове. Он с улыбкой посмотрел на ЮРу и оба залились громким смехом. Слегка оскорблённый, ЧанЁль выпучил на обоих глаза. — Нет, нуна не права. Всё было просто идеально, — О потрепал парня за крепкую руку. — Я думаю, я могу одеться… а ещё… ЮРа, хочу поговорить с ЧанЁлем, пока буду одеваться. Да и голый я. — Поняла, конечно. Девушка вышла из комнаты. Когда отдаляющиеся шаги затихли, СеХун вылез из-под одеяла. Находя одежду и натягивая её, он начал. — И что ты думаешь делать с нашей жизнью сейчас? — В плане? — облокотившись на выпрямленные руки, ЧанЁль наблюдал за СеХуном. — Я о том, что теперь будешь делать? Ты знаешь, я не смогу жить за счёт твоей матери. Да, «порн хаб» приносит достаточно денег мне, но смогу ли я снимать видео теперь? Так ещё и многие вещи, как и многую технику, надо забрать из дома. Ладно, перевезти вещи не проблема, ведь теперь я не один. У меня есть ты, ЮнГи, ДжуХо… ТэИль, надеюсь, поможет. Но где это всё мне хранить? Если твоя мама найдёт? Какая у неё будет реакция?! Или если она невовремя вернётся? А я в самом разгаре? Да и вообще, приятно ли тебе от того, что твой парень снимает своё тело для старых извращенцев? — Ты же не спишь с ними, — пожал плечами ЧанЁль. — Да и я фанат «Сладкого мальчика», хоть и не старый извращенец. — Ты смеёшься что ли? — удивляется О, разворачиваясь к Паку. — Просто скажи, что ты не соображаешь. — А что ты хочешь? — Ты считаешь, что мы уже выросли? Раз так, устройся хоть на неполный рабочий день! Съезжай со мной от родителей. Честное слово, ЧанЁль, жить с твоей мамой я не смогу. Не потому, что она злобная ведьма и попрекательная стерва. Она замечательная женщина! Но знать, что она тратит деньги ещё и на меня? Это наглость чистой воды! У меня ведь есть и свои желания! Я тоже иногда хочу развлечься. Может я хочу именно ночью заниматься со своим парнем жарким громким сексом. А если мы продолжим жить с твоими родителями, то это будет тихий секс, будто мы живём в коммуналке и в любой момент может зайти сосед. — Ну у тебя и запросы, — удивился ЧанЁль. — Хорошо, я тебя понял. Я буду снимать видео. Раз тебе так приятно от того, что твой парень трахает себя на камеру для старых похотливых мужиков, пожалуйста. Я заработаю и начну снимать квартиру. Сиди на жопе, стажёр хренов. Плюнув последней фразой, СеХун вышел из комнаты. Теперь пришло время ЧанЁля остаться со своими мыслями. Отчего-то после этого разговора парень не чувствовал себя спокойно и хорошо. Пак чувствовал себя более загружено обычного.

***

Так и не разобравшись самому, ЧанЁль стал собираться. Обиженный СеХун полностью игнорировал его. О просто сидел в инстаграме. — Ты куда? — удивилась ЮРа, застукав брата, обувающегося в коридоре. — С друзьями встретиться, — улыбнулся он. — А СеХун? — девушка указала в сторону комнаты младшего брата. — Пусть дальше дуется. ЧанЁль, не желая слышать последующих упрёков сестры, быстро вышел из квартиры. С него достаточно. Он уже написал ЮнГи и ДжуХо, и те ждали его в том самом кафе у школы, в котором у него с СеХуном было первое свидание. ЧанЁль просто хотел поговорить, попросить совета и вылить душу. Конечно, кажется, стоило обсуждать это с матерью и отцом, но желания не было. ЮнГи и ДжуХо так же готовы понять и дать совет. Попытаться найти выход из сложившейся ситуации и всё же тоже упрекнуть. — Привет, — улыбается ЧанЁль, присаживаясь за столик к парням. Те уже выпивали по чашке кофе. Он подозвал официанта и, как на зло, была смена Кая. И, как на зло, подошёл именно он. — Привет, друг, — улыбнулся Ким. — Вы знакомы? — удивился ЮнГи. — СеХун, — кивнул Кай. — Так что будет парень моего хорошего друга? — Я думаю, латте. Да, — Пак натянуто улыбался. ЮнГи же почувствовал эту напряжённую атмосферу, что исходила от Ёля. Он хмыкнул, взглянув в окно. Когда официант ушёл, ЧанЁль сразу же приступил к делу. — СеХун хочет, чтобы мы съехали. — Это, конечно, круто. Но где деньги брать будете? — Не знаю, — пожимает плечами старший. ЧанЁль не имеет понятия, в курсе ли ЮнГи о грязном заработке СеХуна. Во всяком случае, осуждать он бы не стал, даже если бы знал. Но ЧанЁль продолжает держать язык за зубами. — Я стал стажёром SM. Я загружен сильно. Теперь не только школа, но и уроки рэпа, уроки танцев. Я должен быть одним из лучших, если не самым лучшим. Это моя мечта! Я иду к ней! Но загружать себя ещё и мыслями о заработке? Чтобы прокормить себя и СеХуна? Так ещё и на снятие квартиры? — Я могу понять СеХуна, — выдыхает Мин. — Он не хочет жить с твоими родителями, потому что не хочет, чтобы они на него тратились. По этой причине я отказался жить с ДжуХо. — Ты нравишься моей маме вообще-то, — надулся Бэк. — Как итог мы всё равно живём с твоей матерью. Но я не чувствую, что сижу на её шее. Я и ДжуХо договорились поровну оплачивать квартиру. Продукты кто когда сможет покупает. В общем, не проблема. Да и какая проблема устроиться работать СеХуну? — удивился Юн. — Вы бы оба работали да платили за квартирку. Небольшую квартирку, думаю, можно снять легко. Мы же с ДжуХо смогли. Кстати, в нашем районе, вроде, однушка как раз сдаётся. Самое то молодой паре. — Ха-ха, ЮнГи. Я, может, тоже хочу жить с СеХуном? Без родителей. Только он и я. Идиллия. — Так что мешает? — выгибает бровь ДжуХо. — Готов ли я? — нахмурившись, нервно дёргая левым коленом и сложив руки на груди, ЧанЁль кусал губы, разглядывая кафе, друзей и остальных посетителей с официантами. Кай принёс заказ парней. Заметив такого напряжённого ЧанЁля, он повернулся к ЮнГи. — Чего это с ним? — спросил он. — Проблемы, хён, — пожал плечами Мин. — Хён?! — выпучил глаза на официанта и друга Пак. — Да, я и с ЮнГи неплохо общаюсь, — ухмыляется Кай. — Так что у тебя случилось? — Тебе какое дело? — огрызнулся младший парень. — Ему нужна работа, — злобно смотря на одноклассника, выпалил Юн. — Знаешь кого-нибудь, кто может предложить работу? — А ТэИль? — удивился Ким. — Разве он не ищет всё время новых людей? — Нет, — отрицательно покачал головой ЮнГи. — Ему сейчас не до этого. Ему бы старых сохранить. — Может тогда у нас в кафе поработать, — пожимает плечами ЧонИн. — У нас нехватка официантов, после того как ЮнА поругалась с Эмбер, её выпихнули. — Работать с тобой? Ещё чего, — фыркнул Ёль. — Как хочешь, моё дело предложить. Но если всё же разум перевесит гордыню, то подойди к Эмбер, она тебе всё объяснит. — Кай указывает на девушку за барной стойкой. — А я дальше работать пойду. На прощанье он подмигивает парням. ДжуХо и ЮнГи махнули рукой, а ЧанЁль, надувшись, в очередной раз фыркнул. Он стал разглядывать ту самую Эмбер, про которую сказал ЧонИн. Девушка общалась с кем-то из клиентов. Она мило улыбалась и даже иногда смеялась. Пака восхитил её внешний вид, особенно татуировки, короткие волосы. ЧанЁль с уверенностью мог сказать, что она стилем походила на парня. — Почему ты так не любишь ЧонИн-хёна? — удивились ЮнГи и ДжуХо. — Да потому, — Ёль развернулся к друзьям, — что СеХун был когда-то влюблён в него. Да-да, в прошлом. Я бы не реагировал так резко, если бы СеХун не продолжал краснеть перед этим смуглым, сексуально загорелым качком. — Слушай, ну у Кай-хёна девушка есть, — пожал плечами Мин. — А у ДжуХён есть парень. Тебе не очень-то это и помешало влюбиться в неё, — в изумлении Пак смотрел на младших парней. ЮнГи, опустив голову, не желая признаваться, был вынужден кивнуть. — И я и не против, что СеХун был когда-то в него влюблён. Я же не могу быть у него одним единственным. Но… когда последний раз, а я впервые, мы видели Кая, он вечно смотрел на него. — Теперь ты понимаешь, что чувствовал СеХун? Понимаешь, что он чувствовал, когда ты строил глазки СынВан? Когда переписывался с ней? СеХун тоже ревновал. — Я понимаю! — резко выкрикнул ЧанЁль. — Я ничего ему и не говорил на этот счёт! Что я могу ему сказать? Я не настолько лицемер и эгоист. ЧанЁль опустил голову. Он смотрел на свой латте. Его плечи опустились. Ему стало грустно. ЮнГи и ДжуХо не упустили и этого момента. Бэк положил руку на плечо друга-одноклассника. Ёль поднял на него глаза. И Хо сильно удивился, когда в глазах читались вопрос и мольба. — Я боюсь, — признался Пак. Он выпрямился, и ДжуХо убрал руку. — Чего? — в один голос спросили друзья. — Потерять СеХуна. Я осознал все свои ошибки. Для меня он сейчас как хрустальный шарик на ёлку. Знаете… такой дорогой и красивый, раскрашенный. Вы понимаете, да? — Получив в ответ кивок, самый старший парень продолжил. — И всегда неприятно такие игрушки разбивать. Помню, — хмыкнул Чан, — как сильно я расстроился, когда разбил игрушку такую. Я так сильно расстроился, что расплакался. Это была моя любимая игрушка! И я… знаете… это была моя любимая ёлочная игрушка, и тут я сам её разбил. Я не хочу подобного чувствовать с СеХуном. — Красиво описал, — удивлённо смотря на старшего друга, прищурив глаза, сказал ЮнГи. — Может тебе не айдолом быть, а писателем? — всерьёз спрашивает Бэк. — Ага, — хмыкнул Мин, откинувшись на спинку стула, — ты предлагаешь этому человеку, который, прочитав одну страницу книги, засыпает? — Точно, — разочарованно вздыхает Бэк. — Парни, расслабьтесь, среди нас уже есть один писатель. Зачем нам второй? — СеХун, — в один голос тянут друзья.

***

ЧанЁль не знал, сколько пробыл с друзьями. Просидев в кафе около двух часов, компания подростков направилась расхаживать по городу. На пороге дома, когда он вернулся, его встретила мать, а за её спиной стояла старшая сестра. — Я где-то накосячил? — выгнув бровь, он смотрел на женщин и стягивал кроссовки. — Нормально оставлять своего парня одного? — не выдержала ЮРа. — Ты же знаешь, несмотря на то что мы все ему тут рады, он чувствует себя лишним! — Где он? — тяжело выдыхает самый младший. — В твоей комнате. Где ему ещё быть?! Странный такой! — ЮРа повышала голос. — Он целый день там провёл? — парень встал на пороге, выпрямившись. — Нет, выходил покушать. Ко мне в комнату заходил. Но не важно! Иди и мирись с ним! — Я не ругался с СеХуном. Это он начал. Куда я ему сейчас перееду? Да и какой переехать? Нам по семнадцать, — ЧанЁль стал говорить тише, чтобы слышали только мать и старшая сестра. — Правильно, никуда вы мне не переедете, — выкрикнула ЯнМи, — но и оставлять его одного тут не надо. Вновь тяжело вздохнув, получив очередную порцию осуждения в свою сторону, Пак младший проследовал к себе в комнату. Зайдя, он увидел СеХуна лежащего на постели. Он лежал лицом в подушку и подрагивал. Вновь тяжело вздохнув, Ёль сел на край постели. — Я остыл, — натянув улыбку, Чан шлёпнул парня по икре. — Как погулял? — бормочет в подушку О. — Небось без СеХуна отлично. На мозг никто не капает. — Я вообще-то о тебе говорил с ДжуХо и ЮнГи, — старший парень ложится рядом. — И о чём же? — повернувшись лицом к ушастому, шмыгнул носом О. — О твоём желании переехать, — вновь тяжело вздыхает старший. — Знаешь, я слышал, что сказала твоя мама. Даже меня одного от вас переехать она мне не даст. — Да, — кивнул ЧанЁль. — Ты попал, малыш. Парень с каштановыми волосами разворачивается к брюнету и улыбается. В груди второго сразу разливается что-то тёплое. Он невольно сам улыбается. — Ты не плачь, тебе не идёт, — подмигивает Ёль. — А вот когда ты улыбаешься. Боже, это что, комната светлее стала? СеХун заливается смехом. Он разворачивается на спину, а после садится. О начинает громко смеяться. Младший пихнул своего возлюбленного, сказав «дурак». — А ты как день провёл? — Ёль укладывает ногу на ноги Хуна. — Ну, — начал младший, улёгшись поудобнее рядом, — сначала жутко злился на тебя. Потом стал плакать. Я чувствовал себя виноватым. Потом твоя мама позвала кушать. Я успокоился и этот обед… Он навсегда мне запомнится. Я понял, что чувствуешь ты. Я почувствовал себя частью твоей семьи. Мы много смеялись, делились разными новостями. Твоя мама действительно с заинтересованностью слушала меня. Даже спросила, как продвигаются мои дела в написании книги. Я сразу понял, что узнала она это от тебя. Было приятно. Она задавала вопросы по сюжету. Спрашивала, как пришло мне это всё в голову, и кто является прототипами моих героев. Спросила, откуда я черпаю вдохновения. Мы поговорили с твоей мамой и нуной о книгах. Оказывается, мы с ЮРой очень много книг похожих прочли. После обеда я помог твоей матери с посудой. ЮРа сегодня была весь день дома, так что мы посмотрели какой-то фильм. К вечеру, когда ты вернулся, я вспомнил ссору и расплакался. Мне так стыдно. Прости, я больше ни слова про переезд не скажу. Это правда глупо! Какой переезд, нам только по семнадцать. Да и тебе сейчас не до подобных глупостей. Тебе сейчас надо показать всего себя для SM. — Ради тебя и SM брошу, — абсолютно серьёзно говорит Ёль. — Я тебе брошу! А ну! Если мой парень не будет крутым айдолом великой тройки, то я с ним расстанусь. — Блеф! — выкрикивает Ёль, нависая над возлюбленным. — А ты смышлёный! Тепло улыбаясь, СеХун вовлекает своего парня в нежный поцелуй. ЧанЁль укладывает правую руку на бедро О и аккуратно сминает. В ответ он получает недовольное мычание. — Мама дома, — шепчет Хун. — Лучше, — он вскакивает с кровати, усаживаясь за компьютер старшего парня, — давай какой-нибудь фильм посмотрим! — А то, что ты смотрел с ЮРой тебе мало было? — удивился Пак. — Хочу ещё! Только ужасы. С ней я смотрел «Дорогой Джон». Фильм, снятый по книге Николаса Спаркса. А теперь хочу ужасы посмотреть. ЧанЁль ещё с минуту сомневается, хочет ли он смотреть с СеХуном кино. Старший считал, что лучше было бы, если бы парни пролежали в тёплой постели в объятьях друг друга. Но, подняв свою тушку, парень всё же плетётся и усаживается рядом на стул. СеХун просит выключить свет, занавесить окна, и Ёль беспрекословно всё выполняет. Снова оказавшись возле парня, кладёт ему голову на плечо. СеХун улыбается, смотря начало фильма. — Это «Пила»? — удивляется Ёль, морща носик. — Да, — довольно отвечает О. СеХун увлечённо смотрит на мучения людей. В какой-то момент Пака начинает это пугать. СеХун хихикает, когда двое мужчин, прикованные цепями по разные стороны комнаты в панике пытаются выбраться. Как после понимают, что им необходимо пилить ноги, чтобы выбраться. И как он внимательно наблюдал за процессом избавления от цепей. Досмотрев фильм, СеХун выдыхает. А у ЧанЁля на душе неприятный осадок. Всё, что хотелось подростку чуть посидеть и порассуждать над фильмом.