Марсианские приключения

POV Дианы И вот прошло уже шестеро суток с тех пор, как мы попали на Марс.

***

А сегодня меня, дремлющую в этой удобной кроватке, собственный плач заставил открыть глазоньки. Просто приснился кошмарный сон, что мы на веки вечные остались тут и не смогли вернуться на Землю. Конечно, с одной стороны это — хорошо, ведь я могла быть с Евгением и творить с ним всё, что захочется моей душеньке. А вот с другой… Очень-преочень хотелось домой — увидеть своих родных и обнять их, плюс похвастаться близким подружкам из универа о своих марсианских приключениях. Нет-нет, я вовсе не хотела зависти девчонок, хотя Анжелика, мечтающая о личной встрече с Ярославом, точно стала бы хмуриться и обиженно фыркать. Но ведь никто из остальных совершенно не представляет, какой же я ощущаю кайф, когда брожу по этой планете вместе с любимой группой, исследуя новые и незнакомые территории. Волей-неволей вспоминаются Бард и Изгои. Тут почему-то в мою рыжую головушку пришла странная мысль, которая незамедлительно стала тихонько высказанной: — Хм, а Антону Анатольевичу понравилось бы изучать эту местность? И тут вдруг с другой стороны спального местечка сонным голосом раздался ответ: — Круглов никогда не против новшеств. Уж поверь мне, Диана. Кстати, почему ты плакала только что? — Евгений? — я повернулась вправо, затем перевела взгляд на окно, потом — обратно. — Доброе утро. Да так, мне приснился ужас. Не вдавайтесь в подробности. — Ну уж нет, — нахмурился кудряшка, окончательно просыпаясь. — Раз начала, то договаривай. — А что тут говорить? — вздохнула я. — Этот кошмарик, надеюсь, никогда не сбудется. Ведь мы все вернёмся по домам и разойдемся навсегда. Я никогда не пообщаюсь тесно с Вами, Юрием, Дмитриями и Ильёй, разве что только на концертах «Эпидемии». Это я говорю о плюсе в моем сне, но минусе для реальной жизни. А наоборот — невозможность встречи с родственниками и друзьями. То есть, когда мы попадем обратно на нашу старую-знакомую и родную планету, я вернусь в ритм прежней жизни, к людям, что дороги для меня, и которых я не хочу терять, навечно оставаясь здесь. Но и остаться я хочу, потому что тут — Вы. И эта двойственность сна, дилемма — незнание того, что лучше выбрать — заставляет мой организм проливать слёзки из зелёных глазок. Мой русоволосый собеседник тоже печально вздохнул, кивнув своими кудрями: — М-да, задачка… Теперь и я затрудняюсь дать правильный, положительный ответ… Оля и Даня, моя семья, по-любому, по мне скучают… Да и сны с Леной Бахтияровой, говорящей о моей второй напарнице и «братике» по «ПИ», даны Мирозданием не просто так… А в пользу другого факта говорит то, что такую хорошую девушку, как ты, наша команда на Земле вряд ли найдёт… Да и не думаю, что мои коллеги захотят расстаться так быстро. Не-е-ет, они обязательно пригласят тебя на ближайшее мероприятие, за это точно ручаюсь. Можно сказать, кудри даю. Я слегка сощурила глаза и брови, попытавшись нахмуриться: — Вы серьёзно? Не нужно никому и никуда давать Ваши кудряшки! Это Ваша уникальная особенность, и без них Вы — не тот. Вот честно, мне даже на Дезмонда, который с прямыми волосами, смотреть как-то странно. Внезапно с кровати у окна, зевая, ответил мужской голос: — А мы за десять лет «Эльфийской Рукописи» уже давно привыкли к этому. — Доброе утро, Юрий, — я улыбнулась, поворачивая голову в ту сторону. — Не знаю, чем сегодня Вы хотите заняться, но я бы поискала тут какие-нибудь магазины одежды. Никто не против обновления гардероба? — Хм, почему бы и нет, — ответил барабанщик, тоже открывая свои глаза и пробуждаясь ото сна. — Куда пойдём, «малышка» наша? Я фыркнула, пожав плечами: — Я — не ребёнок! И абсолютно не знаю, куда стоит сходить… Давайте найдём нашего друга Эдмунда и у него спросим. — Отличная идея, — сказал второй Дмитрий. — А ты хоть знаешь, где этот подросток-марсианин сейчас находится? — Нет, — я вновь мотнула плечом. — Но это всегда возможно узнать, если посмотреть на мою яндекс-карту. Я её в прошлый раз совершенно случайно обнаружила в своей фиолетовой сумочке. Теперь могу постоянно пользоваться, потому что она уже испытана и показывает все верно. — Ну, в таком случае веди нас, Сусанин, — съязвил этот темноволосый мужчина. Я на подколку не повелась. А вместо ответа достала карту из сумочки и раскрыла её. Наш зеленоволосый объект находился возле своего дома. Да, прямо рядом с точкой было написано местоположение «Дом, Вверх Дном». Почему именно так? Не знаю. Это нам как раз и предстояло выяснить в скором времени. А, когда пятёрка моих спутников встала и оделась, мы выдвинулись в путь. Конечно, спустя десять минут после начала ходьбы я, естественно, устала и начала вертеться возле дорогого кудрявого красавчика, умоляющим взглядом упрашивая взять меня на ручки. И потом, когда желание, загадываемое мысленно, сбылось, то сразу, как и всегда, захотела что-нибудь услышать. — Давайте споём… — плаксиво начала тянуть фразу прямо на ухо. — А то мне ску-у-учно… Мужчины переглянулись и вчетвером посмотрели на вокалиста: — Джуйс, успокой «крошечку», пой для неё. Иначе Диана начнёт реветь, а мы этого не хотим. Так ведь? — Ну вы и хитрые, — якобы обиженным тоном сказал мой любимый человек. Но, вопреки словам, он наклонился прямо ко мне, уточняя: — Дианочка, что же ты хочешь услышать? Я просияла: — Может, мы споём дуэтом, как тогда? — Я не против, — кивнул он в ответ. — А какую же ты желаешь арию? — «Нити» из «Орфея». Точно знаю, что эта песня получается у Вас прекрасно. Подпевайте же мне, — сказала я. И, действительно, начала петь. «В нашей жизни нет места слабости, Скажет и человек, и бог, Только сильные у судьбы в чести, Но, как правило, есть подвох, И терзают сердца сомнения, Продолжается вечный спор, Где различные точки зрения Составляют один узор. Составляют один узор. Там нити переплетаются, Попробуй найди свою, Одна за другою тянутся, Друг друга не узнают, Меж мелкого и весомого Ведут бесконечный бой, А выбор пути знакомого Так часто зовут судьбой. Мы воюем за право выбора На крутых поворотах дней, По законам, увы, невыгодным, Для богов, как и для людей. И пугает сердца забвение. Всем хотелось бы обрести Веру в лучшее продолжение Незаконченной повести. Там нити переплетаются, Попробуй найди свою, Одна за другою тянутся, Друг друга не узнают, Меж мелкого и весомого Ведут бесконечный бой, А выбор пути знакомого Так часто зовут судьбой» А мой кудряш тоже вставил свою партию в третьем куплете: «Историю эту я знаю лучше всех, Вот как свои пять пальцев, Но, сколько ни проходит лет, Никогда не перестаю удивляться, Я вёл его проверенным путём, К богам, вершине славы и почёта, Что до черты за миг увидел он? Или кого-то?» Затем мы вместе запели припев: «Там нити переплетаются, Попробуй найди свою, Одна за другою тянутся, Друг друга не узнают, Меж мелкого и весомого Ведут бесконечный бой, А выбор пути знакомого Так часто зовут судьбой». Вот так, с пением, вшестером мы быстро добрались до указанного домика. Он, и вправду, был расположен снизу вверх, то есть перевёрнут. А Эдмунд, стоящий на пороге, который выглядел, как потолок, заметил нас и помахал руками: — Привет, Диана! Добрый день, Юрий, Дмитрий, Дмитрий, Илья и Евгений! Как дела? Чем сегодня хотите заняться? Я улыбнулась: — Приветик! Всё хорошо. Но мы хотели бы поискать на вашей планете что-нибудь, связанное с одеждой и обувью. Какие-то магазинчики или супермаркеты. Тут такое водится? — Конечно. Если пойти двести шагов прямо, потом — четыреста шагов влево, шестьсот — вправо и восемьсот — назад, то вы придете в нужное место. Это магазин «Венера». Мы там покупаем себе всегда новые вещи. — Хорошо, спасибо, — кивнула я. — Но будьте осторожнее, прошу! Там водятся огромные ямы. И вам не стоит в них падать. Так как мне рассказывали, что те, кто туда свалился, вывихивали себе части тела. — Ой, спасибки за предостережение, — ахнула я, прикрыв ладошкой рот. — Прощай же. Надеюсь, ещё увидимся. — Конечно, это явно не последняя наша встреча, — махнул рукой на прощание мальчик. — Пока! Но, зная собственную неудачливость, притягивавшуюся к моему облику, как магнит, я могла смело утверждать, что обязательно попаду в ямищу. И, конечно же, так оно и вышло. Ведь, когда мы дошли до опасного места, Евгений потихоньку поставил меня рядом с собой на ноги, чтобы сперва самому пройти по хрупкому мостику, испытав его, а потом взять меня и утащить на другую сторону. Но я, не став никого дожидаться, побежала вперёд, и, не заметив трещину под ногами, грохнулась вниз. Благо, что было невысоко. А, когда Илья это заметил, он заорал: — Юра, ты ближе всего! Не стой столбом, помоги Диане взобраться назад на мост! Лидер, увидев недостачу одного человека в нашем недо-отряде, спустился по камням за мной и вытянул наверх. А, когда я попыталась встать и пойти дальше, то вдруг охнула от боли в правой ноге. — Что с тобой, «ребёночек»? — спросил гитарист (который с волосами по плечи). Я шмыгнула носом: — Дмитрий, кажется, я ногу вывихнула… Хотя Эдмунд ведь предупреждал, а я не послушала. И вот мне урок преподнесла судьба-злодейка. — Детёныш, ну что же ты такая неловкая, — покачал головой Юрий. — Да, я — растяпа, — кивнула я. — Но что же тут поделать? А делать-то и нечего… Естественно, пришлось поход до магазина одежды и обуви временно, до заживления ноги, отменить и в скорейшем порядке возвращаться в наше обиталище. А там уж я внезапно отключилась, погрузившись в сон и не слыша ничего, что происходило вокруг. Правда, не было-то ровным счётом ничего… Потому что остальные пятеро человек сперва сидели полукругом возле сонной меня, а затем разошлись по своим кроватям (кроме русоволосого кудряшки, он остался рядом со мной, но тоже уснул) и ушли в «царство Морфея».