Марсианские приключения

POV Дианы Вот и прошло пятнадцать суток с той поры, как вшестером «кукуем» на Марсе.

***

А, к слову, сегодня проснулась я слишком рано. И не в удобной, пусть и прохладной, кроватке, а на зелёненькой травке. Сначала, оглядевшись вокруг, ничего не поняла. Потом, спустя пару минут, вспомнила, что вчера мы прилетели на Юпитер с экспедицией, состоящей из знакомых моего друга Эдмунда. И к вечеру, отправив их назад, остались тут ночевать. Так как сон уже «улетел в далёкие края», нежилась, лёжа в объятиях любимого. При этом, разумеется, слышала четыре храпа и едва заметное сопение.

***

Но через парочку часиков мужчины потихоньку и полегоньку начали просыпаться. Первым, конечно же, открыл голубые глазоньки самый обожаемый в мире человек, который сказал: — Доброе утро, «малышка». Как спалось на юпитерской травище? — Потеплее, чем в марсианском доме, — улыбнулась в ответ. — И Вам добренького утреца, Евгений. Правда, всё равно очень непривычно здесь проводить ночку. — Понимаю, «крошка», — на прекрасном лице тоже «появилась» улыбка. — Хочешь кушать? — Да, но… — удивилась, — Тут ведь не видно ни холодильников, ни продуктов. Ничего не найти… Как тогда приготовить завтрак? Кудрявый красавчик подмигнул: — Не волнуйся, «ребёночек». Придумаем что-нибудь. Действительно, в момент пробуждения музыкантов еда уже стояла на импровизированном подносе в виде камня. — Ух ты, Женёк раздобыл съестное! — обрадовался Дмитрий (который с волосами по плечи), в быстром темпе проглотив свою долю. Главный гитарист посмотрел на «стол» подозрительным взглядом, но делать было нечего. Как говорится, «голод — не тётка». И, съев часть, предназначенную ему, Юрий соизволил похвалить вокалиста: — Джуйс, да ты, оказывается, мастер на все руки! — Спасибо, Юрон, — чудесный, хихикнув тихонько в ладошку, поблагодарил лидера группы. Барабанщик, поев, спросил: — Ну, будем возвращаться обратно на Марс? — Да, Дмитрий Владимирович, — согласилась с ним, уточняя. — Вот только каким способом? Самолётокор улетел, а другие пути неведомы… Басист, в свою очередь, мечтательно вздохнул: — Эх, найти бы тут портальчик… Жаль, они не существуют… Я покачала головой, скрещивая руки на груди: — Наоборот, Илья Александрович. Гилтиас ведь говорил о том, прилетая к нам четыре денька назад. Да и Вы сами видели пещеру с порталом, закрытую на замок. — Хорошо, я не прав, — закивал господин Мамонтов. — Вот только непонятно, на самом деле там возможность попасть на Землю точно есть? Впрочем, даже если и да, речь о другом. Здесь-то, на другой планетке, перемещательных штук я не вижу. — А взгляните-ка на серо-буро-малиновое деревце, — обратила внимание и взгляды к точке, ярко полыхающей фиолетовым цветом. — Мелькает непонятное… И? — не понял ничего мужчина. Я подумала тихонечко: «Вдох-выдох… Спокойствие, Диана, только спокойствие…» Затем встала с нагретого места и направила шаг в сторону мерцающих теней. — «Детёныш», постой! Ты куда? — позвал изумительный, подскакивая следом и приближаясь. Я, продолжая двигаться, сообщила через плечо, не желая оборачиваться назад: — Идёмте, пожалуйста. Данная загадочность является средством перемещения. — Хм, — нахмурились все пятеро, но пошли до разноцветного дерева. И, «нырнув» в точечку, оказавшуюся порталищем, вмиг очутились у дома Энни. Там поджидал зеленоволосый друг, радостно поприветствовавший: — Привет, Дианка! Добрейшего утрища вам, Евгений, Юрий, Илья и два Дмитрия! Как прошла ночь? — О, Эд, — помахала ручкой в знак приветствия. — Всё супер. А что ты тут делаешь? — Забрёл узнать — вернулись вы или нет. Вижу, пришёл вовремя, — он немного засмеялся. — Ага, — фыркнула. И тут дружочек внезапно выдал просьбу: — Послушай, мама просила зайти к Антуанетте, моей младшей сестрёнке, на одно занятие и там побыть. Не знаю, зачем, но надо. Хотите поприсутствовать в классе, сидя на задних рядах? — А можно? — изумилась настолько, что брови поднялись наверх, чуть ли не до лба. — Естественно. Мисс Ребекка чуток удивится землянам, но ни словечка лишнего не проронит. Идёте? — Ясен пень! И таким странным образом всей шестёркой плюс зеленовласка «притопали» к школе. — Ну, куда нужно идти? — поинтересовалась у Эда, растерявшись и запутавшись. — В кабинет земного языка. Нетта сейчас там, — марсианин пояснил. Ответно хлопнула в ладоши: — Отлично! А, пока шли, сердечко захотело песню. И волшебный исполнил специально для меня кавер-композицию «Замыкая круг»(песню Криса Кельми). «Вот одна из тех историй, О которых люди спорят, И не день, не два, а много лет. Началась она так просто, Не с ответов, а с вопросов. До сих пор на них ответа нет. Почему стремятся к свету Все растения на свете? Отчего к морям спешит река? Как мы в этот мир приходим, В чем секрет простых мелодий, Нам хотелось знать наверняка. Замыкая круг, Ты назад посмотришь вдруг. Там увидишь в окнах свет, Сияющий нам вслед. Пусть идут дожди, Прошлых бед от них не жди. Камни пройденных дорог Сумел пробить росток. Открывались в утро двери, И тянулись вверх деревья, Обещал прогноз то снег, то зной. Но в садах рожденных песен Ветер легок был и весел, И в дорогу звал нас за собой. Замыкая круг, Ты назад посмотришь вдруг, Там увидишь в окнах свет, Сияющий нам вслед. Пусть идут дожди, Прошлых бед от них не жди, Камни пройденных дорог Сумел пробить росток. Если солнце на ладони, Если сердце в звуках тонет, Ты потерян для обычных дней. Для тебя сияет полночь, И звезда спешит на помощь, Возвращая в дом к тебе друзей. Замыкая круг, Ты назад посмотришь вдруг, Там увидишь в окнах свет, Сияющий нам вслед. Пусть идут дожди, Прошлых бед от них не жди, Камни пройденных дорог Сумел пробить росток. Свой мотив у каждой птицы, Свой мотив у каждой песни, Свой мотив у неба и земли. Пусть стирает время лица, Нас простая мысль утешит: Мы услышать музыку смогли. Замыкая круг, Ты назад посмотришь вдруг. Там увидишь в окнах свет, Сияющий нам вслед. Пусть идут дожди, Прежних бед от них не жди. Камни пройденных дорог Сумел пробить росток». Затем же — песню «Моя душа». Конечно, ее автор — Пётр Елфимов, но песенка у любимого получилась гораздо лучше и проникновенней. — «Где-то в тебе пробуждается солнце, После грозы оно часто смеётся, И согревает мои ожиданья Ласковой песней после молчанья. Ты устаёшь от расставленных точек, Ну же, взгляни и прочти между строчек: Разве не тот я, о ком ты мечтала? Нам этой жизни с тобой будет мало! Навсегда из сердца прочь тревоги Прогони. Мы на одной дороге. Я с тобой, и не отдам тебя. Ты — голос мой, любовь моя, моя душа. Сколько надежд разбивалось о скалы? Падая вниз, начинали сначала. Сердцу хватает порой только взгляда. Только скажи — я всегда буду рядом. Навсегда из сердца прочь тревоги Прогони. Мы на одной дороге. Я с тобой, и не отдам тебя. Ты — голос мой, любовь моя, моя душа. Навсегда из сердца прочь тревоги Прогони. Мы на одной дороге. Я с тобой, и не отдам тебя. Ты — голос мой, любовь моя, моя душа» Вот, спустя пару минуток, пришли в необходимое место. Стоило зайти в класс, учительница, у которой на голове синий цвет, глянула в нашу сторону и обратилась к подросткам. Как ни странно, на русском языке: — Здравствуйте, дорогие ребята. Сегодняшний день, судя по всему, будет не совсем обычным. Я смотрю, Эдмунд, ты привел гостей на открытый урок? С Земли, да? Мальчик просто согласился без слов, изобразив кивок.  — Они — особенные! — вдруг выкрикнула девочка с первой парты, которая у двери. — Мэлси, тише, — пожурила синеволосая ученицу. — Не кричи. Помним — всегда поднимаем руку, прежде чем сказать. А что в шестерых людях такого приметного? Другая девчушка, со второй парты в ряду у окна, вытянула ручонку наверх. — Да, Элен? Говори, — разрешила женщина ответить на вопрос. — Четверо мужчин играют на инструментах, а пятый — с кудрявыми волосами, — поёт в самой великолепнейшей во всём огромном мире группе «Эпидемия», — хмыкнула девчонка, разъясняя суть. И завершила она фразой: — Как, мисс Ребекка, Вы не знаете?! А класс дружно заморгал глазами, «впав» в шок. — Ни разу не слышала, — взрослая показала головой отрицательный жест. Марсиане умоляюще «уставились» на дорогого: — Евгений, спойте любую композицию для мисс Ребекки, чтобы она имела представление о Вашем таланте! — Без проблем, — лучезарный мигнул детишкам левым глазом. — Чего изволите? Девчушки одновременно захлопали: — «Романс о слезе»! А юноши принесли из соседнего кабинета гитары и один барабан вместе с установкой, протягивая их «эпидемцам». — Но только потом, — неожиданно сказал милый, — я исполню еще пару песенок на свой выбор, хорошо? — Ладно, — ответили ему. Моя любимейшая, прекраснейшая и великолепнейшая ария началась. — «Я видел сон — он был реален. Услышал птицы крик — он душу рвал. Твой облик ясен, но печален. Вслед за собою в неизвестность звал. Я понимал, что недостоин, Когда связала наши души нить. Я — не герой, не славный воин. Но что мне сможет запретить любить? Полечу я, словно птица, Чтобы сердце сжечь в огне. Я не дам слезе пролиться, За неё заплатят мне! В безлунную, глухую ночь твой взор Развеет мрак, разрушит Тьмы узор. Я спрятал душу от любви, Но как смогу остановить Себя? Я брошу вызов Небесам За то, что пролилась слеза Твоя. За то, что пролилась слеза!» Я подхватила второй куплет: — «Возможно, ты уже забыл Мой голос, цвет моих печальных глаз? Любовь в себе похоронил… А может, не было ее у нас?» В ответ: — «А ты зовёшь мой дух покорный, Как манит ночью корабли маяк. Я — на скале, в объятьях шторма. И я погибну, сделав этот шаг! Полечу я, словно птица, Чтобы сердце сжечь в огне. Я не дам слезе пролиться, За неё заплатят мне!» Вместе: — «В безлунную, глухую ночь твой взор Развеет мрак, разрушит Тьмы узор. Я спрячу душу от любви, Но как смогу остановить Себя? Я брошу вызов Небесам За то, что пролилась слеза Твоя. За то, что пролилась слеза!» После небольшой паузы — снова «женская» часть: — «Звёзды рисуют в ночи Имя твоё. Сердце быстрее стучит — Миг настаёт». Тут — громкий крик: — «Да! Мне не жить, Если ответ будет «нет»! Только скажи, Что не забудешь тех лет!» И «финал» исполняем вдвоём: — «В безлунную, глухую ночь твой взор Развеет мрак, разрушит Тьмы узор. Я спрячу душу от любви, Но как смогу остановить Себя? Я брошу вызов Небесам За то, что пролилась слеза Твоя. За то, что пролилась слеза… За то, что пролилась слеза… А-а-а-а-а-а… А-а-а-а-а-а…» — Браво! — закричала «ребятня», подпрыгивая на местах от счастья. Особенно верещала девчачья половина. Драгоценный продолжал: — А теперь я спою еще одну красивую песню. Называется «Художник». И композиция «включилась». — «В театре жил один художник, Любви истории писал. И, в сердце смешивая краски, Из них шедевры получал. Он верил — нет шагов случайных, Что жизнь даётся для любви. И в голубых глазах однажды Он свои кисти утопил. Он позабыл свои картины, Бесценный взгляд околдовал, И день за днём проходят мимо, Он многое не замечал. Но был недолгим путь их к счастью, С небес так больно вниз упал, Навечно тот запомнив вечер, Когда раскрылся весь обман. Красным цветом, словно кровь, Нарисован силуэт. Тех минут простой закат И последний мой рассвет. Мне не страшно уходить, Я ведь пламенем горел От одной простой искры, Ты смогла меня согреть. Я был неправ, я это знаю, Обида цепью давит грудь. Мгновенья в памяти остались, Но знаю я короткий путь. Придумал сам себе я сказку, Историю нарисовал, Мои старания напрасны, Зачем тебя я повстречал? Мы все — рисунки, лишь полотна, Нас отличают от других, Но грязью рисовать удобней, В моих руках последний лист. Остался шаг, он — трудный самый, Но должен я его пройти. И жизнь мелькает, словно кадры. И только крик… «Останови-и-и-ись»!!! Красным цветом, словно кровь, Нарисован силуэт. На земле лежал один Художник, словно тень. Мне не страшно уходить, Я ведь пламенем горел От одной простой искры, Ты смогла меня согреть. Красным цветом, словно кровь, Нарисован силуэт. Тех минут простой закат И последний мой рассвет. Мне не страшно уходить, Я ведь пламенем горел От одной простой искры, Ты смогла меня согреть. *пауза* Красным цветом, словно кровь, Нарисован силуэт. Тех минут простой закат И последний мой рассвет. Мне не страшно уходить, Я ведь пламенем горел От одной простой искры, Ты смогла меня согреть». — А, так как на нашей планете идет середина зимы, то нужно спеть и «Отпусти и забудь». Мой зимний кавер на Эльзу из диснеевского «Холодного Сердца». Вы же смотрите Дисней? — задал вопрос блестящий. «Мелкие» стали соглашаться. А лучший начал петь. — «Метель укроет склоны горных вершин, И белым-бела земля, Безмолвное королевство, Я — на троне короля… А ветер стонет, и на сердце ураган… Как его сдержать, я не знаю сам. Не открывай, храни секрет, И хорошим будь всегда для всех. Закрой все двери на замок, Но тщетно все! Отпусти и забудь, Что прошло — уже не вернуть. Отпусти и забудь, Новый день укажет путь. Не боюсь ничего уже, Пусть бушует шторм — Холод всегда мне был по душе. *пауза* А я бегу все выше, На ледяную гладь. И страхам дней минувших Меня уж не догнать. Пора узнать, что я могу — На службу призову пургу Свободу обрету во льдах, Навсегда! Отпусти и забудь, Этот мир из твоих грез. Отпусти и забудь, И не будет больше слез. Здесь мой дом, Мой снежный удел. Пусть бушует шторм… *пауза* Искрится воздух И земля от моих чар. Подвластны мне мороз и лед, О, что за дивный дар. И вот уже я знаю, Как мне дальше быть! Я не вернусь назад, Я должен всё забыть. Отпусти и забудь! И на небо лети зарей! Отпусти и забудь, Полярной сияй звездой! Встречу я Первый свой рассвет. Пусть бушует шторм — Холод всегда мне был по душе!» Потом наконец-то началось занятие, где дети изучали земную культуру. Когда «выползли» из кабинета и направились в сторону выхода, сказала зеленоволосому на марсианском: — Эдмунд, всё это очень любопытно! — Прекрасно, — фыркнул друг. — Пока, я пошел домой. — До новых встреч, — попрощалась. Вот, зайдя в дом Энни, у которой продолжали всё время жить, стали расходиться по кроваткам. Правда, лечь спать, не послушав песеночку, почему-то не смогла. Я состроила «щенячьи глазки»: — Евгений, хочу колыбельную на ночь. Споёте, плизь? — Хорошо, «крошка». Песня Карамона из «ПИ» подойдет? — улыбнулся кудряшка, но загрустил. Видимо, вспомнил Ростислава. Мне тоже сделалось грустно, потому что вспомнила о том, что мадмуазель Минина любит прекрасного мужчину, с которым тут нахожусь, и ждет — не дождется его возвращения домой. Но печаль временно ушла, когда зазвучали слова воина в исполнении чудесного Чёрного Мага. — «Ты помнишь клён у забора? Ты помнишь лапту и прятки? Всё это минуло так скоро… Так скоро и безвозвратно… Вольно забывать нам детство, Но детство нас не забыло. И нам никуда не деться От тех, кем мы раньше были. Пусть эта ночь минует нескоро, Пусть брату в моих объятьях Приснится наш клён у забора. Приснится, что мы — ещё братья, Неразлучные братья. *пауза* И вот ты — болезненный мальчик. А я — твой брат бестолковый. И мы бредём наудачу, Сбежав из муторной школы. Когда небеса рассветит, Когда затянутся раны, Мы вспомним, что мы — больше не дети. И это будет так странно… А-а-а-а-а… Спи спокойно, брат. Прощай. Прощай». А засыпание, напротив, пришло сюда. Зевнув, устроилась поудобнее. Потом — накрылась одеяльцем, «отбывая в царство Морфея», как и остальная пятерка. Луна светила ярко, освещая пространство с небес. Сны виделись хорошие да уютные.