Красная шапочка

Рождество наступило для Римуса внезапно Вот, только что он был среди этих голодных, гадких рож, а теперь может спокойно слушать Селестину вместе с Гарри и семьей Уизли. Флер явно не нравилось пение Селестины и она во всю обсуждала какую-то тему с Джинни. Гарри говорил много, но мало что по делу. Среди всего этого шума Римус едва различал голос Гарри, как и свой собственный. Песня Селестины закончилась, и Римус наконец-то смог услышать Гарри. - А еще я слышал, что у Тонкс патронус изменился. Римус вздрогнул. При чем здесь Тонкс и что вообще с ней? Почему, еле засыпая в общине, он всегда представлял её лицо? Именно таким, каким оно было в последнюю их встречу. Патронус?Но патронус меняется только при очень сильном эмоциональном потрясении. Неужели это из-за него?.. - Я приглашала её на Рождество, но она отказалась. Мне почему-то кажется, что это Рождество она проведет одна, - сказала Молли. Одна? Как такое может быть? У неё наверняка полно друзей, которые её не бросят. Римус пытался убедить себя, что поступает правильно, пытаясь забыть ее Только это у него никак не получалось. Неужели она и правда будет одна? Молли предложила Римусу остаться, но тот не согласился и, выйдя из Норы, тут же трансгрессировал. Он не знал, где она, да и видеть её он не хотел. Он трансгрессировал совершенно в другое место, туда, где она вряд ли могла оказаться. Оказавшись на месте, Римус тут же проклял собственную глупость - ведь в прошлый раз она открыла замок лишь прикосновением своей руки. Но тут Римус понял, что калитка открыта, и медленно вошел внутрь. Колючие кусты сначала попытались схватить его, но Римус быстро обезвредил их. Тонкая тропка вела за дом семьи Тонкс, на ней виднелись следы. Римус медленно пошел вперед. Больше всего он боялся увидеть её... Она сидела на холодной земле прямо у двух одинаковых могилок, присыпанных легким пушистым снегом. Римус боялся потревожить её и тихо встал сзади - она не заметила. Стояла тишина, и он понял, что она тихо и с закрытыми глазами читает молитву. Его поразили ее слова. На могиле своих родителей она молилась за его жизнь... ­