Отработка

— У тебя отработка? Гермиона не винила Джинни за её скептицизм. Но простой ответ: «Снейп» — ставил всё по местам. Ведь профессор зельеварения имел обыкновение вычитать баллы и раздавать наказания, будто это конфеты. Гермиона не стала переодевать школьную форму, поэтому сидела готовая к этой отработке. Она всегда была пунктуальной, но Джинни никак не могла понять, почему Грейнджер так стремилась прийти вовремя на отработку. Однако сказать она ничего не решилась. Гермиона шла по подземельям, и её трусики уже стали мокрыми от соприкосновения бёдер. Очень хотелось просунуть туда пальчики и почувствовать, насколько мокрой она была. Но больше ей хотелось поскорее попасть на отработку в кабинет Северуса Снейпа. Она попыталась подавить улыбку и принять невинный или, по крайней мере, возмущённый вид, занося руку перед тем, как постучать. Он открыл дверь, и первым, на что она сразу посмотрела, была его рука. Гермиона ощутила нарастающее возбуждение между ног. — Я здесь для отбывания наказания, сэр. — Конечно, — пробормотал он скучающим тоном. Он отступил в сторону, чтобы дать ей пройти в кабинет. — Не стойте там просто так. Ваша отработка не должна проходить в коридоре. Гермиона выдохнула и быстро вошла внутрь. Она подавила дрожь на губах, когда услышала, как он прошипел заглушающее заклинание. — Вам не понадобится ваша мантия. Однако потребуется неограниченная ловкость ваших конечностей. Я надеюсь, что вы будете полезной. Ловкими пальцами Гермиона расстегнула мантию и, сняв её с себя, повесила на спинку стула. Она чувствовала взгляд профессора на своей укороченной юбке, когда тот обошел её, чтобы сесть за свой письменный стол. Даже несмотря на разделявший их широкий стол, который наполовину скрывал её от внимательного взгляда, Гермиона почувствовала себя открытой перед профессором. — Что ж, мисс Грейнджер, я должен сказать, что у меня почти не осталось идей, как вбить вам в голову, что на самом деле вам не обязательно быть самым умным человеком в комнате, — пронзил её его низкий голос. — Вы отвечаете на каждый вопрос, перебиваете одноклассников, поправляете преподавателя, читающего лекцию. Она старалась не ухмыляться его выдуманным претензиям. — Вы были весьма непослушны, — прошипел Северус, — и я вынужден перейти к последнему способу наказания, чтобы наконец исправить вас. От его следующих слов по её спине пробежали мурашки. — Подойдите сюда. Каблуки её туфель застучали по полу. Гермиона обошла стол и, встав перед ним, невинно спросила: — Что вы хотите, чтобы я сделала? — Дело не в том, что я хочу, чтобы вы сделали, — глубоко сказал он. — Речь идёт о вашей способности без вопросов выполнять инструкции. Он ничего больше не сказал. Его руки протянулись и подняли её форменную юбку, заткнули подол за пояс, так что его взгляду окрылись чёрные трусики и чулки. Гермиона продолжала стоять тихо. — Снимите галстук и рубашку, — приказал он, глядя на её грудь. Гермиона, не отрывая взгляда, развязала узел галстука и небрежно швырнула его на пол. Затем она расстегнула школьную рубашку и скинула её с плеч. При этом открывая вид на тонкий чёрный кружевной бюстгальтер, прикрывающий её небольшую грудь. Ей показалось, что она видела, как кадык Снейпа слегка приподнялся, но это могло быть игрой света. Почувствовав резкий рывок, полуобнажённая Гермиона внезапно оказалась между ног профессора. Она начала двигаться, полагая, что он хочет, чтобы она села к нему на колени, но руки Снейпа сжали её бёдра, останавливая на месте. Он слегка повернул её, а затем потянул вниз, чтобы она легла к нему на колени, выставив задницу вверх. Его руки подняли заднюю часть юбки, оголяя ягодицы. Затем заскользили по бледным полушариям, пока Гермиона не почувствовала внезапную острую боль. Он шлепнул её. — Не забывайте, это результат ваших же действий, — бормотал он, ударяя раскрытой ладонью, переходя от одной половинке к другой, наблюдая, как покачиваются ягодицы. Время от времени шлепки становились действительно болезненными, и Гермионе приходилось сдерживать крик боли, прикусывая нижнюю губу. Профессор продолжал, не обращая внимания на её дискомфорт. Но вскоре его шлепки замедлились. Он отстегнул её чулки и подтянул юбку выше по талии прежде, чем она успела что-либо почувствовать. — Перевернитесь. Гермиона глубоко вздохнула, её кожа сзади сильно покраснела и болела. Лёгкое прикосновение к ткани его брюк ощущалось как настоящий пожар. Она осторожно повернулась на спину, пока не оказалась лицом к лицу с ним. Это было неудобно: её голова свешивалась назад с его бедра, грудь вздымалась перед его лицом. С удивительно нежным взглядом он большим пальцем вытер слезу, скатившуюся из уголка её глаза. — Пока вы отлично справляетесь, мисс Грейнджер. Другим весьма грубым жестом он отвернул её бедра от себя, чтобы иметь к ним доступ, пока Гермиона всё ещё лежала на спине. Он перекинул одну её ногу через свою, и кружево натянулось на её складках. Она испуганно вздохнула, когда его рука грубо стянула трусики вниз по её бёдрам, поясок растянулся и впился в кожу. Теперь её киска была открыта холодному воздуху кабинета, и Гермиона задавалась вопросом, что он будет делать дальше. Ответ она поняла быстро, когда он без предупреждения проник в неё пальцами. Она вскрикнула: — Профессор! Что… Он прижал свободную руку к её губам, подавляя протесты. — Вы так хорошо справлялись, Грейнджер. Вы находите звук собственного голоса настолько неотразимым? Не можете с собой ничего поделать? Она запротестовала в его ладонь. Тогда его пальцы начали сгибаться внутри неё и растягивать её стенки. Она хныкала, становясь ещё более мокрой от прикосновений его грубых пальцев. Он убрал руку с её рта и ухмыльнулся. — Можете шуметь, но ничего не говорите. Он продолжал трахать её пальцами, пока она извивалась у него на коленях. Через мгновение он зарычал и выдернул из неё пальцы. Он поднял её со своих колен и наклонил над своим столом. Юбка упала обратно, но он не обратил на это внимания. Он снова вошёл в неё пальцами и стал вколачиваться ими всё быстрее. — О-ох!.. — Гермиона закричала, когда его пальцы коснулись того самого места внутри неё, из-за чего в глазах потемнело. Она с трудом могла подавить свои хныканья и стоны, покорно лёжа на столе. Ещё через минуту она почувствовала, как её влагалище сжало его пальцы и оттуда брызнула жидкость, капая на пол. Пока она тяжело дышала, он извлёк мокрые пальцы из её киски. Грейнджер ничего не сказала, выполняя его указания. Она едва могла двигаться, когда его руки стали ощупывать её тело. Ахнула, когда профессор полностью сорвал с неё юбку. Он так же бесцеремонно избавился и от бюстгальтера. Гермиона осталась обнажённой и мокрой, склонившейся над столом прямо перед Снейпом. В следующий раз она ахнула, когда почувствовала, как головка его набухшего члена скользит вдоль её складкок. Она оглянулась и увидела его полностью обнажённым. Её глаза расширились. «Когда он успел снять одежду?» Ей не удалось как следует разглядеть его, как он внезапно глубоко погрузился в неё. Она шокированно застонала при вторжении его члена. Он проскользнул внутрь с небольшим сопротивлением мокрых и подрагивающих стенок влагалища. Но всё же Гермиона попыталась отползти. Она не хотела думать о том, что сделает профессор, если она скажет слово против. Ватные ноги совсем подкосились, а рукам едва хватало силы, чтобы удержать тело на столе, пока он её трахал. — Вы, гриффиндорцы, недостаточно трахаетесь, — прорычал он позади неё. — Ты такая тугая, что можешь оторвать мой член. Полагаю, слухи о том, что Уизли и Поттер пользуются тобой и передают по кругу в общежитии, совершенно ложны. Гермиона покраснела от инсинуации и открыла рот, чтобы ответить, но быстро остановила себя. Она не хотела, чтобы он ругал её за разговоры; она также боялась, что он остановится, если она выразит своё недовольство. Она получала слишком много удовольствия, чтобы сейчас его оттолкнуть. Грейнджер была застигнута врасплох, когда он прижался к ней сзади. Она громко застонала, когда его руки вцепились ей в волосы и потянули голову назад, в то время как он углубил проникновение. Он крепко обнимал её тело, пока его бёдра вколачивались в неё сзади. — А-ах, — стонала Гермиона громче и громче с каждым толчком. Она отчаянно пыталась кончить, чувствуя, как киска ещё сильнее сжимается, почти на самом пике. Он зарычал: — Единственные слова, которые ты произнесёшь сейчас, это «Профессор». Я хочу слышать, как ты выкрикиваешь это, когда кончаешь. Она ответила тихим стоном: — Профессор… Его бёдра прижались к её, когда его рука крепко сжала её волосы; он покачивался взад и вперёд. — Ах, профессор! — Гермиона простонала одно слово, оставшееся в её словаре, как молитву, откинув голову назад и закрыв глаза от удовольствия. — Профессор! — и вскрикнула, почувствовав себя ближе к наслаждению, чем когда-либо прежде. Снейп точно знал, что ей было нужно — Продолжайте, мисс Грейнджер. Кончите. Гермиона болезненно медленно выгнула спину и завопила: — ПРОФЕССОР! — когда стенки сжались вокруг его члена, взорвавшись своими соками, которые быстро растекались по бёдрами. Он почти не мог двигаться в ней, она продолжала сжимать его изнутри. Профессор почти сразу же последовал за ней через край и вышел из неё. Он продолжал поступательные движения ладонью, пока из члена не вырывались струйки липкой белой спермы, забрызгав розовые пухлые губы и красные ягодицы. Он издал сдавленный стон. Вернувшись к своим мыслям, он с глубоким вздохом рухнул на стул. Он смотрел на её трепещущую киску, украшенную его спермой, пока она тяжело дышала на его столе. Не в силах помочь себе, он наклонился вперёд и начал чистить её языком. Гермиона взвизгнула, когда его язык скользнул по чувствительным губам. Закончив с этим, он отстранился и откинулся на стуле, облизывая губы. Как только Гермиона сориентировалась, она сползла со стола на его голые колени. Бедром она прикасалась к влажному и мягкому члену. Она положила голову ему на плечо и посмотрела на него с весёлой улыбкой: — Гарри и Рон? Серьёзно? Он пожал плечами: — Возможно, я немного увлёкся. — Немного, — хихикнула она, наклоняясь, чтобы сладко поцеловать его.