Всё ради тебя

      Полумрак коридора, приглушённый шелест шагов. Ощутимый толчок в спину, и Антон оказывается лицом прижат к гладкой стене массивным телом. — Котёнок, а давай ты отсосёшь мне в демоническом облике? — сдавленный голос и горячее дыхание на шее заставляют невольно вздрогнуть.       Секундное замешательство, и прохладная ладонь невесомо оглаживает изящную шею и плечи, чуть надавливая на тонкую кожу острыми когтями. Последние несколько часов Шастун тренировался на футбольном поле, он весь в горячем поту, но от близости демона его ведёт и бросает в дрожь, колени подгибаются и не вымолвить словечка. — Арсений, я… — только и удаётся произнести, когда длинные пальцы накрыли грудь и с силой сжали сосок, проникнув за широкораспахнутый ворот тренировочной одежды. Светловолосый совершенно не умеет отказывать этому дьяволу, тот давным-давно подчинил его тело и забрал душу. Завлёк колдовскими насыщенно синими глазами, силой, что пахнет воздухом после грозы, и тёмным огнём, который теплится в душе. — Неужели, мальчик мой, ты хочешь отказать мне? — голос Попова вкрадчивый и обманчиво мягкий, но сам он давит всем телом и тёмной аурой всё сильнее, что, кажется, легче врасти в стену, чем оттолкнуть.       Слова Арса заставляют словно очнуться от мутного забытья, сглотнуть тяжело, чувствуя когтистые пальцы демона на своём горле и его губы на шее. — Я хочу. Очень. Ты же знаешь, — в голосе Антона нет страха, а дрожь и смятение лишь от неожиданности и такой тяжёлой, но такой сладкой близости любимого посланника Ада.       Брюнет удовлетворённо усмехается, дёргая прядку пшеничных волос, подхватывает парня под руку и ведёт куда-то. Шаги демона быстрые и бесшумные, и зеленоглазый чувствует себя рядом с ним таким неуклюжим, неловко шаркая уставшими ногами.       Антону кажется, что не прошло и минуты, когда они останавливаются около знакомой ему двери. Именно за ней много месяцев назад он, стоя на коленях, вымаливал свой первый раз.       Кабинет Арсения встречает их приятным полумраком и прохладой. В воздухе витает аромат вина, грёбаный дьявол редко когда бывает кристально трезвым, оттого и запах этот почти прирос к нему, его вещам и комнатам.       Щелчок дверного замка, горячие губы, быстрый поцелуй. Первый за сегодня, если не считать тот, что Тоша украдкой сорвал перед рассветом, выскальзывая из спальни. — Не смотри, ладно? — будто бы просит Попов, ласково вылизывая губы и щёки своего парня. И не успевает тот покорно прикрыть глаза, как их накрывает большая ладонь, погружая его во тьму.       Пусть он и видел истинную форму Арса много раз, его недоверчивый демон отчего-то всё пытается скрыть сам процесс перехода. Будто боится. А у Антона сердце сжимается и руки дрожат, потому что так горько видеть, что глупый и холодный демон страшится потерять его — никчёмного человечишку. И хочется кричать тому прямо в лицо, что он, Шастун, никогда никуда не уйдёт и всегда будет рядом, даже после смерти, и что Арсений может даже забрать его душу прямо сейчас, вырвать её из центра груди вместе с плотью, привязать к себе или даже сожрать, прямо как в сказах, какими пугают непослушных детей.       Но парниша знает, его слова вызовут лишь только горькую усмешку и нежелание разговаривать с ним пару дней. И поэтому сейчас он лишь покорно стоит, давая демону вылизывать свой приоткрытый рот и вслушиваясь в шум, что густым треском стоял вокруг.       И в один момент всё стихает, комната наполняется запахом послегрозового воздуха, такой всегда сопровождает брюнета, но в истинной форме ещё больше усиливается, перебивая винный. Демон убирает руку и выпрямляется. В обычной форме они почти одного роста, но теперь Антон едва ли достаёт тому до плеча и ему приходится задирать голову, чтобы встретиться с ярко-красными глазищами.       Арс делает несколько шагов назад, плавно опускаясь в массивное кожаное кресло рядом с письменным столом и не глядя складывая чёрные крылья за спиной, чтобы не переломать половину кабинета шириной их размаха.       Последнее чего хочет Шаст — это нервировать своего и так не слишком спокойного любовника, поэтому быстро сокращает расстояние между ними, падая на колени прямо между разведённых в стороны длинных ног. Тонкий хвост тут же обвивает его ногу, словно намекая, что для зеленоглазого пути назад нет, только если без этой самой ноги.       Немного подрагивающими руками парень тянется к застежкам на штанах возлюбленного, украдкой смотря на него снизу вверх. Попов выглядит задумчивым, склонив голову набок, будто витые рога, выглядывающие из смолянистых волос настолько тяжелы, что невольно клонят голову хозяина к земле. Хотя Антон знает, что это не так, демону просто нравится наблюдать за ним, его усердными потугами угодить.       Застежки на брюках до ужаса старомодные и неудобные, но он уже привык к ним, ловко освобождая полувставший член из плена одежды. Орган и в человеческой форме был внушительных размеров, а сейчас и вовсе поражает воображение. Шастун не решается думать о длине, но ствол у основания был шириной чуть меньше его запястья, заставляя невольно подрагивать изнутри.       Иногда, особенно в такие моменты, как сейчас, паренька начинают посещать мысли о том, как этот член вообще помещается в нём. В задумчивости светловолосый и не замечает, как нежные поглаживания заставляют его встать полностью, налиться тяжестью, а самого демона грубо впиться когтями в подлокотники несчастного кресла.       Арсений гулко дышит, невольно ёрзая. Его безумно заводит вид коленопреклоненного создания перед ним, что сам никогда в жизни не поймёт собственной сексуальности. Его любовнику всегда кажется, что он выглядит глупо в своих желаниях и рвениях, и старается скрыть их. Глупый человечек думает, что дьявол не видит восторженных взглядов его изумрудных глаз, что так и сияют щенячьей преданностью и любовью, стоит им только оказаться в одном помещении.       А Арса, тем временем, ведёт с этого всё больше, ещё немного, и он будет не в силах представить свою постель и даже свою жизнь без Антона.       И в своих раздумьях он даже не замечает, как его возлюбленный сильнее обхватывает член рукой, ведёт чувствительной головкой по губам, слизывая терпкую капельку смазки, и берёт её в свой рот, нежно и аккуратно. И только после этого сильная рука зарывается в пшеничные волосы, с силой насаживая, заставляя принимать его член полностью. Парень практически давится, на его глазах выступают слёзы и становится тяжело дышать, но он и не думает просить о пощаде. В его голове густой туман возбуждения, лишь с одной яркой мыслью — сделать так, как хочет это рогатое существо. Нужно только отдышаться полминуты, вдохнуть воздух носом, и почувствовав как демон, и так проявляющий сегодня чудеса терпения, раздражённо дёргает его за короткие прядки волос, начать наконец двигать головой в привычно быстром и резком темпе. Ровно в таком, какой любит Попов.       В этот раз член непривычно большой, и уже через пару минут у Тоши ноет челюсть, а и без того уставшее после тренировки тело, буквально молит о пощаде болью в мышцах. Он знает, что тот может сдерживаться очень долго, растягивая удовольствие и поощрительно поглаживая своего человека по голове. Но в этот раз Шастуну кажется, что не проходит и десяти минут, как демон крепче сжимает ладонью его волосы, а плоть у него во рту становится горячее и твёрже.       Неожиданно, демон тянет голову зеленоглазого назад, и из его рта невольно вылетает сдавленный звук полный жадного разочарования. Он безумно любит, когда старший кончает ему в рот, заполняя его горячим семенем. Но Арсению он перечить не в силах, поэтому покорно отстраняется, обессиленно прикрыв глаза и оставив рот открытым.       Не проходит и секунды, как тот кончает, издавая хриплый гортанный стон от которого Антона пробирает на болезненную дрожь. Арс дышит тяжело, выпутывая когтистую ладонь из влажных от пота волос, большая часть его семени всё равно попадает пареньку на язык, но несколько белёсых капель оказывается на светлой коже лба и щёк. — Моя сперма на твоём лице… Тебе идёт, — хрипло усмехается брюнет, осторожно стирая капли и поднося пальцы к пухлым губам, чтобы их обладатель покорно вылизал всё. — Но мне больше нравится, когда она внутри.       Закончив с этим, демон с ухмылкой отмечает влажное пятно на уровне паха любовника. Конечно, он ни секунды и не сомневается, что Шаст и сам получает удовольствие, отсасывая ему, но увидеть доказательства этого своими глазками куда приятнее.       У Антоши тяжёлое дыхание и немного подрагивают руки. Он устал, но всё равно упрямо стоял на коленях, преданно бегая взглядом по лицу любовника, будто бы ждёт нового приказа. Это забавляет демона и тот мягко дёргает человечка за пшеничную прядку волос на себя, позволяя уткнуться лицом в своё бедро, чтобы немного перевести дух. Конечно, одного раза за ночь ему будет маловато, но сегодня Арс постарается быть помягче.       Вопреки слухам о его садизме, брюнету вовсе не нравится делать больно своему парню. Разве что чуть-чуть, собственнически покусывая того во всех местах, куда может дотянуться. Да изредка затрахивая до изнеможения, но такова уж его природа.       Наконец, дыхание младшего успокаивается, с первого взгляда может показаться, что он вовсе уснул. Но демон прекрасно видит, как милое создание бросает на него мимолётные взгляды, будто боясь пропустить какой-нибудь знак или приказ. И правильно делает, вскоре дьявольский член снова начинает твердеть, взбудораженный тёплым дыханием и податливой близостью зеленоглазика. — Ты же понимаешь, что одного раза мне мало? — будто бы лениво и невзначай интересуется внеземное существо, когда головка члена упирается в щеку Антона, а ему самому уже становится до смешного скучно сидеть на одном месте. Помогает только обеспокоенная мордашка его драгоценного возлюбленного, который тут же подрывается чтобы вновь угодить неутомимому демону. Он словно боится, что стоит ему промедлить хоть раз, как Арсений тут же уйдёт прочь, сношать по углам более сговорчивых и активных партнёров, а он сам окажется выкинут на помойку.       А рогатый как-то не спешит рассказывать ему, что раньше он мог воздерживаться от плотских удовольствий не то что днями, но и десятилетиями. Попову вовсе не хочется потерять из памяти картину этого взволнованного человеческого мальчика, что так рьяно желает ему угодить. Пусть старается, раз так хочет. Демон всё равно уже вряд ли куда-то его отпустит, даже если он сам захочет уйти.       Слишком хорош. Его ладное, податливое, но без намёка на мягкость, тело, идеальное как не посмотри. Пухлые губы и горячий рот, которые так нравятся демону. Но лучше всего это его жадное нутро, что принадлежит лишь одному ему, и невозможно-зелёные, словно ведьменские глаза, наполненные преданностью, любовью и отсутствием всякого стыда.       Этот паренёк слишком любит своего демона, отчего у него приятно щемит в центре груди. Арс слышал, что там обычно живёт душа. Пусть так. Не хватало только стать сентиментальным, когда шаловливые пальчики уже вовсю поглаживают его член.       Мысленно усмехаясь такому раскладу, брюнет поднимается на ноги, одновременно с этим хватая мальчишку за шкирку и закидывая себе на плечо. Сегодня он, так и быть, будет милостивым демоном, даже самому смешно, и постарается не слишком затрахать своего смертного любовника. Даже будет нежным, аккуратным и всё сделает сам. Потом ещё попросит друга поменьше гонять Тошу на их дурных тренировках, иначе совсем загоняет ему любовника.       Но это потом, всё потом. Сейчас значение имеет только их кровать, благо, что спальня всего лишь за дверью, и сам Антон, что покорно висит у Арсения на плече, в ожидании своей участи. Разве что легонько, почти незаметно, потирается пахом о его плечо, дразня и себя, и демона.       Несносный мальчишка, он обязательно получит своё.