Слепы, но связаны

Честно, плачут лишь те, кто ломает и строит, Я прошу — ведь сценарий писали вы, — Пообещайте, что наши герои В конце останутся счастливы!

Вся съёмочная площадка находилась в напряжённом состоянии. На сегодня оставалась одна сцена, снять которую не могли уже около полу часа. Начиналось все довольно успешно: они быстро отсняли эмоционально сложную сцену с разговором. Эти искры, которые летали между главными актёрами, это напряжение и отлично передаваемая нежность в глазах. Иногда казалось, что эта химия вовсе не между Брагиным и Нарочинской, а именно между Авериным и Куликовой. Но в момент, когда нужно было снять поцелуй, весь их профессионализм рассыпался прямо на глазах. Макс шутил и отвлекал Машу, а та не могла остановиться и кололась каждый дубль. И даже тот факт, что рабочий день затянулся на лишние полчаса не так сильно раздражал съёмочную группу. Больше всего их раздражала неспособность актёров увидеть то, что все видели уже давно. То притяжение и взаимную симпатию между артистами. После расставания со своим гражданским мужем, с которым Маша прожила более трёх лет, она очень сблизилась с Максом. Их шутки, совместные сцены, закадровые видео и так всегда порождали множество слухов, а сейчас стали ещё более откровенными. Спустя сорок минут и двенадцать дублей сцена была снята. Актёры извинились перед группой и удалились в приподнятом настроении. Съёмочная группа, выдохнув, засобиралась домой, ведь впереди их ждали ещё более напряжённые дни. Прошло пару недель, а атмосфера на съёмочной площадке накалилась до предела. С момента как начались съёмки каждый участник съёмочной процесса ощущал на себе состояние некоторого дискомфорта, что несомненно складывалось на работоспособности всей группы. Безуспешные попытки как-то намекнуть на то, чтобы пара таких родных, но таких туповатых актёров сошлись, раздражали всех. В последнее время в ход пошли совсем не гуманные способы. Так, вовремя подставленная подножка поспособствовала тому, что Макс, смотревший куда угодно, но не под ноги, запнулся и полетел в сторону главной актрисы. Места назначения, заранее «подготовленного» автором хулиганства, Макс, конечно достиг, и упал прямо в объятия Маши. Но вот то, что по пути Максим зацепит головой дверцу шкафчика, злоумышленник никак не ожидал, так что результата которого ждал, а именно, тесных объятий, может быть поцелуя и, в случае небывалой удачи, осознания крепкой любви друг к другу, он не увидел. Этот человек смог наблюдать лишь какую-то материнскую заботу и обработку небольшой ссадины. Они общались так, будто были женаты уже несколько десятков лет, и, казалось, всем было понятно, что они должны пожениться и жить душа в душу, радуя друг друга и окружающих. Всем, но не им самим. В кабинете главного сценариста сериала находились две главные женщины «Склифосовского». Юлия Краснова и Екатерина Тирдатова. Режиссёр и сценарист. Люди, от чьих решений зависели судьбы персонажей, находились в подавленном состоянии. Краснова пришла к подруге за советом. Главной темой на повестке их внепланового собрания были отношения двух всеми любимых актёров их сериала. Куликова и Аверин. Пара, полюбившаяся зрителям с первого взгляда. Армия поклонников данной пары иногда заходила за рамки приличия, оставляя неприличные комментарии на странице бывшего Маши и присылая разные картинки в direct. В последнее время Юлия готова сама была принести им их свидетельство о браке, если бы это смогло ей помочь. — Вот такие дела, Кать, — жаловалась подруге Краснова — я же не могу прямым текстом сказать им, чтобы они заканчивали глупить и, наконец, переспали. — Мда… Вообще, мне всегда казалось, что Макс не ровно дышит к Маше, но перед пятым сезоном у нас произошёл странный разговор, — увидев заинтересованные глаза режиссёра, Тирдатова продолжила, решив, что сейчас самое время поделиться этой историей: — У нас тогда почти всё было написано, и тут мне звонит Макс и просит о встрече. Он заехал в офис и с видом не сильно обрадованного человека попросил меня урезать им интимные сцены с Машей до минимума. Мне тогда показалось это странным, но он смог найти достаточно веский повод для такой просьбы. У Куликовой же тогда только начался этот роман, и Макс, как преданный друг, решил, что лучше будет, если они не будут так близки в кадре как раньше. Но, как я поняла по твоим рассказам, это не помогло. — Да уж. Макс как всегда. Все решил, всем вокруг, вроде как, хорошо, а он один страдает. Слушай, Катя, а может стоит добавить новых сцен в сценарий? Чего-то более пикантного, а то за восьмой сезон у них вообще совместных сцен минут на тридцать вышло. Тем более романа у Маши больше нет, так что ты больше не связана обещанием Аверину, — Краснова схватилась за эту мысль как за спасательный круг. Вдруг сценаристу удастся с помощью письма подтолкнуть их мысли в нужное русло. Может, хотя бы после этого они догадаются? — А что, это идея. Меня, знаешь ли, тоже беспокоит эта парочка. Уж больно смотрятся хорошо вместе. Я попробую что-то написать. Исправленный сценарий пришлю на почту. На следующей неделе будет читка, там как раз и опробуем. Поболтав ещё минут двадцать Краснова уехала, а Екатерина осталась в своём кабинете, не собираясь ни на минуту откладывать свое задание. Все-таки, в какой-то степени, от её работы теперь зависят судьбы не только её персонажей, но и реальных людей.