Медовый пирог

      — Ты… Тебе принести вилку? — с недопониманием спросил Кастиэль, глядя на то, как Дин, не смея ждать, уже поглощал кусочек сладкого пирога. В попытках что-то выговорить с полностью набитым ртом Винчестер в первую очередь прожевал часть того, что было у него во рту и только затем едва разборчиво попросил принести воды, спешно возвращаясь к трапезе. Кас просто не мог отказать, потому отправился за стаканом.       Прошла, кажется, минута; Кастиэль возвращался уже с водой, однако тот кусок пирога, что был в тарелке Дина, будто исчез. Впрочем, удивляться подобному спустя практически год совместной жизни не стоит.       — Ты футболку испачкал, — с усмешкой сказал ангел и сел за стол с Дином, напротив него. — Могу взять твою, — играючи ответил Дин, протягивая руку к следующему куску пирога, — но только после того, как передашь какой-нибудь соус, — добавил он, кивая головой за спину Кастиэля, отчего-то только что глубоко вздохнувшего. Но ведь правда: прямо за Касом стояла часть столешницы, на которой было очень много различных соусов, специй, приправ и всего прочего. И это не странно. Дин, когда готовит, использует всё, что попадëтся под руку (удивительно, но его блюда, тем не менее, всегда вкусные) и потом оставляет ингредиенты и прочие вещи там, где нужно ему, а если что-нибудь передвинуть, то начинается целое представление о возможных способах казни. Но в целом Дин добрый.       «Раз уж не попросил что-то конкретное…», — промелькнуло в мыслях Каса прежде, чем он схватился за бутыль с мëдом и протянул её. Искра, буря, упрëк и смех: всë в одном взгляде Дина, что будто рассмеëтся прямо сейчас.       — «Мëд натуральный». Прям как ты, а? — с улыбкой пошутил Винчестер, забирая протянутый мëд. Но вместо смеха наступила краткая тишина. Тишина, которую разорвал Кастиэль: «Ангелы бесполые». Дин, не смея сдерживаться, тут же залился звонким смехом в ответ на столь одновременно серьëзное и курьëзное высказывание. — Ну уж мëд они точно любят. Нет, ты его больше меня любишь, уверяю тебя, — завершил Дин, почти успокаиваясь.       — Но, знаешь, — вдруг уже спокойно, заметив, как Кас поник, начал Дин, — я люблю пироги, — продолжал он, вставая со стула, — а ты мог бы стать моим пирогом, — закончил Винчестер с ехидной улыбкой на лице, восхищаясь своему великолепному флирту и сел на колени Каса, глядя при этом ему прямо в глаза. Возникло волнующее молчание, началась безмолвная борьба за право доминировать, однако… Кастиэль редко выигрывал. Он буквально растаял, когда крепкие мужские руки, лишь слегка холодные, залезли под футболку, запуская приятный холодок по горячему телу. Дин, нежно поцеловав Каса в губы, медленно стянул с него футболку, как если бы вытирал пыль с импалы, затем плавно опускаясь вниз, чтобы даровать каждой частичке своего возлюбленного своё тяжëлое пламенное дыхание. Руки, каскадом стекающие к ногам, двигались невероятно точно, они проходили по каждой чувствительной точке Каса, заставляя его вечно ëрзать, чего уж не говорить о его на самом деле слабом месте — внутренней части бëдер.       — Тебе нравится, мой пирожочек? — вновь улыбнулся Дин, необычно возбуждающе смотря снизу на Кастиэля, на что получил тихое «презервативы ещё вчера кончились». Некоторая обида и разочарование в глазах Винчестера определëнно была читаема, однако… Его это явно не остановило, он продолжил действовать, теперь стягивая с Каса достаточно свободные штаны, явно надетые по принципу «долой трусы, свободу…!». Хотя, с кем живëшь, того и наберëшь…       Понятно, что Кас перенял от Дина, но вот что перенял Дин? Каждый раз, ровно также, как и сейчас, его минет вызывает одновременно стыд и наслаждение. Кастиэль полностью опрокинулся на спинку стула, одной рукой сжимая деревянную ножку, а другой — свободную руку Дина, уже оказавшуюся на торсе ангела. Каждый чëртов раз всё то же чувство, будто сердце прямо сейчас выскочит из груди, а воздух вот-вот закончится из-за того обилия стонов, что исходили из горла Каса.       — Ох. Боже, Дин… Дин? Ты что творишь? — глотая воздух вымолвил Кастиэль, глядя на то, как Винчестер остановился и потянулся за мëдом. — Тебе обязательно понравится, — многозначительно ответил Дин, выливая густую холодную субстанцию на всё тело Каса и начал улыбаться с таким злорадством, будто он воплощает в жизнь свой самый лучший план. Его руки уже после пары секунд стали скользить по торсу возлюбленного, размазывая мëд. И, вроде, ничего не предвещало беды, однако…       — О. О-ох, боже! — неожиданно пролепетал Кастиэль сквозь громкий горловой стон, запрокидывая голову назад. «Хотите удивить своего партнëра, но не знаете как? Сделайте ему минет с мëдом!» — прочитал где-то Дин и счëл это очешуенной идеей наряду со страстью Каса как к мëду, так и к самому минету. Ангел не мог выговорить и слова, его шкала возбуждения уже лопнула хотя бы от скользящих по мëду пальцев, не говоря об остальном. — Просто возьми меня прямо здесь, — уже не сдержавшись прошипел Кас, отклоняя своим взглядом любые возможные подколы о сказанном несколькими минутами ранее. И как же Дин может отказать своему любимому, раз он сам просит?       Винчестер резво снимает с себя футболку и, крепко прижимаясь к Кастиэлю, страстно его целует до мурашек на спине. В такт сердцебиения Дин прижимает Каса к столу со звонким хлопком, не давая сделать и вздоха своими непрерывными поцелуями. — А ты… -вдруг хотел спросить Дин, резко прервавшись, — не завтракал, — поспешно ответил Кастиэль, обратно прижимая к себе Винчестера. Может быть и зря, потому что пальцы у Дина крепкие, большие, мëд дарует совершенно новые ощущения, а стоны во время поцелуев вынуждают дышать всё чаще и тяжелее. И в то время как руки Дина были заняты ублажением, Кас схватился своими за спину мужчины, несильно сжимая от невозможности как-то иначе выплеснуть наплыв эмоций.       — Ты готов, мой медовый пирог? — в попытке отдышаться хихикнул Винчестер, который, дождавшись хоть какого-нибудь сигнала согласия от партнëра, тут же вошёл, в порыве страсти используя вместо лубриканта мëд. Будь сейчас Кастиэль в здравом уме, то он, вероятно, отчитал бы даже за такие мысли, однако в данный момент ему, кажется, совершенно не до этого. В унисон с Дином простонав, Кас изогнулся. Ноги, находящиеся позади Винчестера, изгибались вместе с телом, а руки, что на его спине, прижались сильнее, до боли, оставляя за собой красные следы. Жадный глоток воздуха звучно раздался в комнате. Старый стол, хоть и кажется некрепким, пережил многое; слышны лишь слабые скрипы. Постепенно даже Дин, во время соития обычно не издающий громких звуков, в наслаждении расслабился, и нежные стенания заполнили небольшую кухню. Видимо, мëд и правда творит чудеса, он словно опьяняет, так, что Винчестер срывается на более быстрый темп, столь необычный для него. Тяжëлые прерывистые вздохи слились воедино, скрип стола, ранее кажущийся громким, оказался совсем не слышен. Не имея возможности иначе выразить всё своё возбуждение, Кастиэль стал нещадно царапать спину Дина. Нет, не намеренно. Он даже не думает об этом. Неконтролируемые блаженные конвульсии с той же силой охватывали обоих и, чем ближе конец, тем они становились чаще и сильнее. — Ди…н., — едва слышно пролепетал Кас, как бы предупреждая, что уже на пределе. Винчестер не растерялся, он в один момент переключился на «двойную» мастурбацию, как сказал бы Дин, «бутербродную». Максимально наклонившись над Кастиэлем, Дин посмотрел ему в глаза, томно дыша; хватило всего-то ещё нескольких секунд для того, чтобы сперма обоих буквально выстрелила, смешавшись на их телах. Уже не имея сил хотя бы стоять, Винчестер лёг на Каса, поцеловав его, несмотря на ужасную усталость.       — А ты сегодня стрелок, я погляжу? — наконец произнёс Дин, отдышавшись, тут же заливаясь смехом. — Я тогда чур снайпер, — мягко, с улыбкой, продолжил шутку Кастиэль, глядя в глаза своего мужчины, не смея прерваться ни на секунду. Хотя, конечно, прерваться стоит в любом случае, потому как если смесь мëда и спермы засохнет, то, пожалуй, отмыть это будет сложнее, чем позор с себя после, например, крайне неудачной яичницы (вовсе не намëк на Дина!). — А, и., — начал Кас, — больше без мëда в качестве смазки, — закончил свою фразу он же. Понять его можно, потому как мëд предназначен вовсе не для этого и является, скажем… Не лучшим лубрикантом.       — И сходи за презервативами. Сегодняшнее исключение на то и исключение: больше не позволю такого. А то мало ли, инфекции какие или ещё что-то… — вдруг начал вполголоса причитать Кас, возможно, даже и продолжив, если бы Дин не вставил короткое «ты ж ангел». И правда — ангелам нет дела до каких-либо заболеваний, так что бояться нечего. — А если это всё… — неожиданно выразил свою новую мысль Кастиэль, вспомнив, что, является ангелом, направляя палец на небо, как бы намекая на извращëнность Чака. — Я сейчас первее тебя в душ пойду, — негодует Дин, отдавая Касу его футболку, как бы подгоняя, — однако ж тему Чака оставим на потом, — дополнил он, целуя ангела в губы и отправляя по направлению к душу лëгким толчком в плечо.