Как и должно быть

Вернувшись с очередной встречи с Налем, Ричард Окделл пребывал уже в привычном ему раздраженно-взвинченном состоянии. Все было до странности неправильным, отталкивающим. И эта последняя размолвка с эром Рокэ. Раньше он никогда с ним так не разговаривал. "Пригласите, вежливо пригласите...". Он ведь наказывал его, за то, что Дикон осмелился ему возражать. Да, в Октавианскую ночь эр резко оборвал его, заметив, что нет никаких "мы", но за почти два года, проведенных рядом с Вороном, юноша привык, что его выходки не несут за собой никаких серьезных последствий. - Соберано просит вас переодеться и придти в гостиную. - Хуан появился как всегда бесшумно. И смотрел он на Ричарда как-то странно. С осуждением? - Передайте монсеньору, что я скоро буду. - юноша постарался произнести это как можно более непринужденно. Получилось плохо. В гостиной эр Рокэ оказался не один. В креслах рядом расположились близнецы. Дику не хотелось сейчас видеть никого, даже Савиньяков, но пришлось изобразить вежливый поклон. Похоже, что те пришли не так давно, судя по малому количеству опустошенных всеми троими бутылок. - Раз явились, налейте нам вина. И себе тоже. - тон эра как раз был изысканно-небрежен. Нет, Ричарду никогда не научиться так владеть собой. Уже возвращаясь к столу и наполняя бокал эра, Дикон внезапно заметил белевшую на столе бумагу. Письмо. Его письмо младшему Арамоне, которое он так и не успел отправить. Его рука все же слегка дрогнула. Эр вскинул на него насмешливый взгляд. - В чем дело, юноша? Вы наконец решились меня отравить? - Да как вы ...- привычное "смеете" едва не сорвалось с губ, но дерзить эру при посторонних было бы самоубийством. - могли подумать. - А меня это бы не удивило. Мои приказы вы выполняете на редкость своеобразно. Насколько я помню вам было велено написать Герарду письмо и вежливо пригласить его в гвардию. И отнести его лично. Рука с сапфировыми перстнями небрежно подцепила злосчастный листок. - Возможно, вы сами зачитаете сие ...занимательное творение? - Письмо было у меня на столе. Ваши слуги принесли его вам. - начал было Ричард. - Разумеется. Я вправе знать чем занимается мой оруженосец в моем доме. Это вполне разумная предосторожность, особенно когда имеешь дело с Окделлами. - Рокэ! - все же Эмиль не смог дальше молчать. - Мальчишка виноват, но обвинять его в предательстве чрезмерно. - Я не хочу держать в своем доме того, кто способен мало того, что не исполнить приказ, но и трусливо попытаться за моей спиной вывернуть его наизнанку. Тем более, что мы это обсудили. - Что же...- Ли был холоден как всегда. - это твое право, как сеньора. Ты вполне можешь освободить его от присяги и отправить в Надор. - Именно так я и думаю поступить. - Ворон брезгливо поморщился. - Жаль, что ничего путного из него не вышло. Они говорят так спокойно и равнодушно, как будто его тут и вовсе нет. Все решено. Его позвали просто чтобы объявить уже вынесенный приговор. Нет, он не будет умолять и просить оставить его. Вечная ссылка в этот серый склеп это именно то, что он заслужил. Ричард молча поклонился. - Слушаю монсеньора. - прошептали внезапно пересохшие губы. - Рокэ, ты же понимаешь, что это не более чем ребяческая ревность! - все же младший Савиньяк собирался побороться с явно несправедливым решением. - Ты вправе наказать его, но вот так вышвыривать из-за первого проступка. - Первого? - Рокэ рассмеялся. Коротко. Зло. - Иногда я жалею о том, что не тебе досталось это сокровище. Думаю, что желания защищать его у тебя бы сразу поубавилось. - И все же я прошу. - Эмиль, мне хватило вашего с Вейзелем трогательного заступничества в Варасте, когда вы оба были уверены, что я расстреляю Окделла за дезертирство после побега в степь! - а вот теперь хваленое самообладание кажется начало покидать Кэналлийского Ворона. - Это действительно было так? - Лионель изогнул бровь как истинный Рафиано. - Роскошно. - И они явно вздохнули с облегчением, когда я сказал, что за эту ребяческую выходку того стоило лишь отшлепать. Предложил сделать это Курту как отцу семейства, но тот отказался от подобной чести. - Если подумать, то и нынешняя выходка особой взрослостью не отличается...так что, тебе решать. - Ли задумчиво провел пальцами по ножке бокала. Доселе молчавший Ричард невольно залился краской. Стоять и слушать как они вот так обсуждают его и его бывшие проступки было стыдно. Подумать только, Эмиль просил за него и генерал Вейзель тоже. А монсеньор...он ведь тогда даже не выбранил его, не посадил под арест или что похуже. Но то, что предлагает Лионель. Он же это не всерьез? Отшлепать как ребенка? Ему ведь уже семнадцать. Он герцог, Повелитель Скал, боевой офицер, наконец. - Вы еще здесь, юноша? Что скажете по поводу столь неожиданного очередного заступничества? - голос Рокэ был ленив, но в сапфировых глазах закружились искорки веселья. - Монсеньор, я покорно приму вашу волю. - Скалы могут нести ответ за свои поступки. Лучше вытерпеть несколько унизительных минут чем до конца своих дней прозябать в Надоре. - Прекрасно. Тогда снимайте все лишнее и ложитесь мне на колени. До этого мне не приходилось наказывать непослушных детей, но думаю, что собственный опыт мне подскажет, что делать. - Но...эр Ро...монсеньор...при ...них? - А что вас смущает, Ричард? - светски откликнулся Ли. - Я бы и сам не отказался вам добавить. Если Рокэ согласится. - Да и я тоже. - буркнул Эмиль, не отводя взгляда от ковра. - Дикон. - тонкая ладонь эра поймала юношу за подбородок, заставляя смотреть в глаза. - Тебя никто не собирается истязать или унижать. Оставить твой проступок без наказания я не могу. Но ты можешь отказаться и уехать. Как я и решил в самом начале. - Нет. - юноша нервно сглотнул. - Я согласен. Что было дальше, запомнилось плохо. В память врезалось только как эр неспешно и аккуратно снимал с руки многочисленные кольца. " Я не собираюсь причинять вам лишней боли, герцог". Помнил неудобную и унизительную позу на коленях эра, легкое поглаживание и первый резкий удар. Все же рука у опытного фехтовальщика и наездника была тяжелой. Десяток шлепков и Дикону пришлось перейти на колени Лионеля, который хоть и с недовольным вздохом, но под пристальным взглядом Рокэ демонстративно снял с руки фамильный перстень и в свою очередь наградил мальчишеские ягодицы десятком шлепков. У Эмиля рука оказалась не легче или это кожа наказанного уже порядком покраснела, но с колен младшего Савиньяка Ричард вставал уже едва сдерживая слезы. Подумать только, терпел боль от укуса крысы и лечения, а сейчас едва постыдно не разревелся. Но это было не только от боли, но и от унижения, а еще от мысли о том, что все закончилось...его простили, должны были простить. - Что нужно сказать, юноша? - сапфировые глаза смотрят требовательно и строго. - Спасибо за урок, монсеньор. - сконфуженно произносит Ричард и неожиданно для них обоих пытается поцеловать руку своего эра. Тот не позволяет, мягко качая головой. - Это лишнее. Пойдешь к себе? Или хочешь остаться? - Остаться. - шепчет Дик. Тепло камина. Мягкая подушка у кресла монсеньора, которую Дикону бросили со смехом, намекая, что в ближайшее время сидеть на полу ему будет не совсем удобно. Бокал подогретого вина. Уже засыпая после столь напряженного вечера герцог Окделл думает о том, что все так как и должно быть.