Консолидация

      Большинство выпускников начинает готовиться к Единому Государственному Экзамену только в одиннадцатом классе. Вообще-то, этого времени вполне достаточно. Просто не нужно затягивать. Иначе — замкнутый круг. Если не начнешь прямо сейчас, то и завтра тоже отложишь. Потом привыкнешь к безделью и уже не сможешь. Из-за страха недостатка времени, из-за разочарованности в себе, из-за уверенности в том, что экзамен — лотерея, и нет смысла. Так можно себе с десяток причин навыдумывать. Поэтому в любых делах есть только сейчас, только этот самый данный момент. — «Ис-Центр»? Ис, типа, ис-тория? — выдернув один наушник из уха, Варя обернулась к двери: показалось, мама звала. Вроде нет. В другом наушнике трещание подруги не прекращалось ни на секунду. Честно, она даже завидовала тому, как быстро и долго Алёна могла говорить, не затыкаясь. И ведь та даже окончания слов не глотала. — Ага, там если друга приведешь, то скидка и тебе и другу, вот я и подумала, что раз мы обе сдаем историю, то можем ходить вместе. Группа еще не набралась, осталось человека три. Думай быстрее, а? — Мы думали репетитора нанять, ты же знаешь. Родители думают, что лучше, когда учитель работает на одного. — Ну, а как же, эта, как её, «конкурентная среда»? И вообще, какая разница? Ты что, будешь хуже слушать? Всё, иди прямо сейчас поговори с ними, или сама заскочу, я тут недалеко, — не то чтобы отцу и матери не нравилась Алёнка, наоборот, они обычно с удовольствием общались с ней, когда та была в гостях или на ночевке. Однако не забывали напоминать дочери, чтобы та пример с подруги не брала ни в коем случае. Уж слишком инфантильная, совершенно не серьезная. Кто ж спорит… — Хорошо, хорошо, поговорю. — Прямо сейчас! — Да, да. Скинь мне ссылку на их сайт, — прежде чем «вот прямо сию секунду» говорить с родителями, стоило вначале хоть узнать расписание занятий, цены, формат обучения, сколько человек в группе всего, какой стаж у преподавателя или преподавательницы, какие баллы у учеников прошлых лет, где, в конце концов, находится офис.       Уговаривать не пришлось. Мама всегда понимала лишь язык фактов, и никогда не упрямилась попусту. Цена — приемлемая, офис — недалеко, результаты выпускников — хорошие, ссылки на их страницы в социальных сетях (чтобы можно было связаться и узнать, действительно ли у них такие баллы и благодаря ли этому центру подготовки) имеются. Отец тоже кивнул: «Главное чтобы сама училась, а где — не так важно». Он вообще считал, что научиться чему-то можно даже у плохого учителя. Сомнительно, считала Варя, но не спорила. Вдруг и правда?       Откладывать смысла не было. Практически сразу после разговора она позвонила Алёне, сказав, что идет сейчас в этот центр, чтобы взять договор и забронировать место. Мало ли, помедлит до завтра, а уже не будет. Такие более-менее выгодные предложения разбирают, как горячие пирожки. — Что сказать-то? Что от Алёны Рыжовой? — Подожди у входа! Мы быстренько, — в то, что она действительно придет быстро, Варя не верила. Но всё-таки решила подождать. И это «мы» тоже нисколько не смутило, потому что Алёнка вечно с кем-то ошивалась. Говорила же про три оставшихся места, так может еще одного человека уговорила ходить с ними за компанию. — А, это ты, — как в старой детской песне, Влад и Варя уже не помнили, когда поссорились и почему, но отношения у них с давних пор натянутые. Против друг друга они ничего не имели, но предпочитали не коммуницировать. Привыкли так. Иногда Варе думалось, что стоило бы повзрослеть, но они не виделись так уж часто, так что к моменту их следующей встречи мысль просто вылетала из головы. — Соблазнилась скидкой? — А ты — нет? Из любви к большой компании сюда попёрся? — Десять человек — большая компания? В твоем классе человек тридцать. Всех по именам помнишь? — Вспомню, если понадобится, твоя помощь не требуется, — никаких отрицательных эмоций такая перебранка не вызвала, как и перспектива учиться с Владом почти десять месяцев. Опыт был: он ведь учился в их классе, кажется, седьмой и восьмой год, или шестой и седьмой. Потом перешел в другую. Но с Алёной они до сих пор поддерживали связь, да и не только с ней. Каким-то чертом Влад до сих пор был в беседе класса в социальной сети. Ничего там не писал, но точно был.       В первый месяц, как сказал им менеджер, многие еще только определяются, и состав групп еще подвижен. Например, в прошлом году из «августовских» ребят до октября «дожили» шестеро из десяти. Предложил оплатить полмесяца, чтобы если вдруг планы изменятся, не пришлось ходить до конца месяца и занимать место. Варя согласилась, Влад тоже посчитал это логичным, но Алёна внесла сразу всю сумму: «Да я железобетонно тут буду заниматься». На не слишком довольные взгляды друзей она только рукой махнула: — Вы просто на пробном занятии не были, так что не в курсе, настолько Василиса Васильевна классная. И ребята тоже: Саша, Вася, Маша… — рыжая бросилась в описание внешности своих новых друзей, но из всего этого Варя уяснила лишь то, что Саша «симпатичный, но бесячий чуток», Вася низенький и светленький, а у Маши очень красивые густые каштановые волосы и очки такие прикольные, что Алёне самой захотелось носить очки. — Мне пойдут каштановые волосы, как думаете? — Нет, — Влад мотнул головой, а потом слегка наклонился к Варе: — с ней ты сидеть будешь. — Размечтался. Ты будешь.