closer than you ever thought

      Он дернул за дверную ручку, резко открыл резную входную дверь и быстрыми шагами направился к лестнице.              - Оу, Эйч… Ты…здесь? – Зейн, подпрыгнувший с дивана от неожиданности, смотрел на брата, не до конца веря в то, что тот реален. Гарри мысленно понадеялся, что он не принимает ничего, что могло бы вызвать глюки, – Не знал, что ты вернешься так скоро.              - Ага, – вообще-то он всегда проводил вторую половину лета дома, не желая и дальше целыми днями валяться на пляже в компании родителей, но Зейн, очевидно, этого не знал, потому что во время своих летних каникул он напрочь забывал о существовании семьи. И нет, Гарри не винил его в этом. И даже не завидовал. Каждый из них проводил это время так, как ему хочется, и для младшего это было 50% - теплое море и 50% - сладкое домашнее одиночество.              - Может, хочешь посидеть с нами? – предложил брюнет, и Гарри увидел несколько ребят (буквально парочку, на самом деле. Странно. Он ожидал увидеть человек двадцать как минимум), сидящих в их огромной гостиной и с удивлением наблюдающих за происходящим.              Гарри усмехнулся про себя с их лиц и вежливо отказал, зная, что брат был бы рад его компании, но и настаивать он не будет. Он вновь направился к лестнице, на которой нос к носу столкнулся с невысоким парнем. Конечно, Гарри знал кто это. Каштановые волосы, челка набок, темный пуловер, обтягивающие джинсы, потертые вансы. Луи Томлинсон. Лучший друг Зейна с самого детства. Он не особо изменился за те пару лет, что Гарри практически не видел его. Вообще-то это было странно, что Гарри не видел его так давно, ведь раньше они виделись практически каждый день, но из-за того, что он отдалился от Зейна, его друг тоже пропал из жизни младшего. Луи смотрел на него с каким-то удивлением, и непонятно, то ли он не узнал его, то ли просто не ожидал увидеть его здесь (конечно, ведь очень необычно увидеть в доме человека, который тут вообще-то живет!). Гарри обошел застывшего парня и поднялся в свою комнату.       Уже ступив на второй этаж, он услышал тихий вопрос Луи «Это что, Гарри?».       Да, он определенно забыл, как выглядит кудрявый. Гарри усмехнулся, хотя, на самом деле, это не так уж и непредсказуемо, ведь за последние пару лет он действительно немного изменился. Но его это все не особо волновало, потому что все, чего ему хотелось, это залезть под горячий душ, а потом завалиться на любимую кровать.              Уже через пару мгновений он переступил порог своей комнаты и скинул тяжелый рюкзак с плеча, собираясь взять какие-нибудь чистые вещи из шкафа и смыть уже наконец с себя всю грязь и усталость, накопленные во время перелета и долгой дороги…              Что-то не так.              Определенно.              У Гарри ушло несколько секунд, чтобы понять, что именно. Это «что» - беспорядок. Не то чтобы у Гарри в комнате всегда был идеальный порядок – он ведь фактически еще подросток – но перед долгим отъездом он предпочитал привести свою комнату в хотя бы более-менее приличное состояние. Сейчас же повсюду валялась одежда, на полу какой-то мусор, на столе пару ручек и куча листочков. Здесь кто-то жил. В его комнате.              - Зеейн! Что за чертовщина!? - Гарри ненавидел, когда кто-то нарушал его личное пространство, и поэтому сейчас он начал свое превращение в огнедышащего дракона.              

Г***Л

      Если замедлить время и залезть в голову Луи, можно было буквально увидеть, как там крутятся шестеренки осознания: Гарри вернулся домой. В свой дом. Где у него определенно есть своя комната. Комната, в которой сейчас живет Луи. И Гарри поймет это через три, две, одну…              - Зеейн! Что за чертовщина!? – уже через мгновение парень спустился по лестнице, с гневом смотря на брата, - Неужели в нашем дома так мало гостевых комнат? – в следующее мгновение непонимание на лице Зейна сменяется не меньшим гневом, только теперь устремленным не на разъяренного брата, а на Луи.              На самом деле, в этом доме было даже несколько гостевых комнат. Чудесных, оснащенных всем необходимым гостевых комнат. Но когда Луи выбирал себе комнату (потому что было очевидно, что в этом доме он будет проводить бóльшую часть лета и логично ему иметь здесь свой уголок на этот период), он решил, что все эти гостевые комнаты уж слишком гостевые. В них нет ничего, что вызывало бы ощущение уюта. А Луи хотелось чего-то более приятного. Места, где есть большая мягкая кровать, где на стенах висят какие-то старые плакаты, где шкаф набит одеждой, где в ванной комнате стоит большая ванна, а не душевая кабина, и где, в конце концов, чувствуешь себя как дома. Комната Гарри стала идеальным вариантом. По крайней мере, Луи так считал. Зейн же говорил, что Гарри придет в ярость, если узнает. Так что, Луи решил, что Гарри просто не должен ничего узнать, на что брюнет лишь покачал головой со смесью неувренности и недовольства.              Проблемка в том, что вопреки ожиданиям, Гарри вернулся не в конце лета, а в середине. И он узнал. План провалился, и Луи необходимо было срочно что-то предпринять, иначе Зейн испепелит Луи взглядом, а потом Гарри испепелит взглядом Зейна, а потом Зейн воскреснет и снова испепелит Луи.              - Упс! Какое недоразумение! – шатен натянул улыбку и попытался превратить все это в шутку (безуспешно), похлопывая стоящего рядом Гарри по плечу, - Не волнуйся, приятель, сейчас я все быстренько исправлю.              Луи быстро поднялся наверх, стараясь не смотреть на Зейна и Гарри, до которого дошло, кто же является жильцом его комнаты, поэтому теперь обе пары яростных глаз были устремлены на него. Оказавшись в комнате, он начал поспешно собирать все свои вещи в свой рюкзак, который до этого валялся где-то в самом углу комнаты. Задача эта была довольно трудная, потому что вещи Луи скапливались здесь на протяжении полутора месяцев и поместиться могли разве что в магазинную тележку. Очевидно, собрав только то, что лежало «на поверхности», Луи обхватил двумя руками рюкзак, доверху набитый и из-за этого не закрывающийся, и направился на выход. Все это время Гарри стоял в дверном проеме, оперевшись на него, и недовольно наблюдал за действиями шатена.              - Что ж, еще раз прости, - натянув улбыку, произнес Луи, и Гарри молча сделал шаг назад, пропуская его в коридор, - Думаю, мы можем забыть это, да?              Гарри лишь демонстративно фыркнул и закатил глаза, направляясь в свою комнату. Луи направился прямо по коридору к наименее неуютной гостевой комнате, но не успел он пройти и половину пути, как Гарри окликнул его словами «Ты забыл» и, когда тот развернулся на пятках, швырнул ему что-то прямо в лицо. Луи аккуратно протянул одну руку, чтобы посмотреть, что это, стараясь при этом не уронить рюкзак. Боксеры. Класс! Он кинул злобный взгляд на Гарри, потому что ну какого хрена?! Но тот лишь уперся в Луи не менее злобными глазами.              И тут Луи понял, почему он не сразу узнал парня: он помнил Гарри – необычного (и внешне, и внутренне) паренька, который иногда тусовался с ними, в основном молчал и лишь мило улыбался. Его присутствие было важно скорее для Зейна, чем для кого-либо еще. На самом деле, многие его вообще не замечали. Но и раздражения к нему никто не испытывал, потому что 1) все понимали, что Зейн встанет на дыбы в случае чего, а 2) сам Гарри никогда не давал для этого поводов. Сейчас же перед Луи стоял Стайлс – высокий парень (какого фига он выше, чем Луи?) с татуировками на подкаченных руках, с более короткими, но все еще кудрявыми волосами - весь такой из себя бунтарь-недотрога, излучающий дерзость и презрение. Луи это не нравилось. А еще ему не нравилось, когда кто-то кидает ему трусы в лицо. Он уже хотел сказать, что-то вроде «Это война, да?», но Стайлс с раздраженным вздохом закатил глаза и снова скрылся в свой комнате, громко хлопнув дверью.              Еще пару мгновений Луи бессмысленно простоял в ожидании чего-то, но потом вновь направился в свое новое пристанище – небольшую комнату в постельных тонах с одноместной кроватью и маленькой тумбочкой.              

Л***Г

      Мудак. Кто вообще дал ему право жить в моей комнате?              Гарри наконец-то стоял под мощным поток воды, температуры которой было бы достаточно, чтобы сварить курицу. Идеально.       Вместо того, чтобы радоваться возвращению домой, он чувствовал лишь раздражение. Раньше такого не случалось. Они с Луи никогда толком не общались, и потому Гарри относился к нему абсолютно нейтрально. Ну ладно, может чуть лучше, чем нейтрально, потому что он знал, что Томлинсон хороший друг и он всегда рядом с Зейном, чтобы помочь ему. А это было важно для Гарри – знать, что кто-то еще заботится о его безбашенном братце.              Но это!!!              Он заметил несколько чужеродных бутылочек в шкафчике в ванной и злобно фыркнул, захлопнув дверцу. Выйдя из душа, Гарри оделся в какие-то домашние шорты и футболку, которые отыскал в шкафу, и снял постельное белье, надеясь, что спало на нем не очень много людей. Гарри мало что знал про личную жизнь Луи, но тот все-таки студент третьего курса, так что все возможно.       Открыв дверь комнаты с охапкой пахнущего вишней белья в руках, он направился на первый этаж, чтобы постирать его. Еще спускаясь по лестнице, он понял, что там совсем тихо. Прошло, наверное, минут сорок с его появления, но, кажется, сейчас дома никого не было, что было опять же очень странно.              Он быстро загрузил стиральную машинку и направился на кухню, чтобы найти что-нибудь пожевать, наслаждаясь таким желанным одиночеством.              Хах, ну конечно, мечтай больше. У открытого холодильника стоял Луи, явно не замечая его появление. Он уже хотел развернуться и уйти (не потому что не хотел мешать, а потому что Томлинсон уже успел изрядно достать его), но тут Луи повернулся с бутылкой минералки в руках и увидел Гарри, который решил не давать неловкой тишине даже возможности появится:              - Куда все делись? И где Зейн? – «И почему ты еще здесь?» хотел добавить Гарри, но все же смог промолчать, сохраняя нормы приличия и гостеприимства.              - Зейн поехал к Лиаму, поэтому все остальные тоже уехали, - сухо ответил Луи после небольшой паузы.              - Лиаму? – Гарри не понимал, о ком идет речь, и все еще продолжал сдерживаться, чтобы не спросить, почему же все уехали, а Томлинсон остался.              - Лиаму, - недоумевая повторил Луи, словно теперь все должно было стать понятно, но через мгновение его лицо окрасилось искренним удивлением, - Подожди, ты что, не знаешь, как зовут парня твоего брата?              Оу. Гарри не знал. Он даже не знал, что у Зейна есть парень. Это паршиво. Они были очень близки с Зейном с того самого момента, как его мама вышла замуж за Ясера. Два совсем разных ребенка с разницей в возрасте в два года, они быстро нашли общий язык, и, несмотря на то, что у них были еще более отличающиеся друг от друга друзья и интересы, их дружба оставалась чем-то особенным: они всегда были рядом, доверяя друг другу все самое сокровенное. Гарри узнал о том, что Зейну нравится мальчики, даже раньше, чем Луи. Только вот Гарри не смог доверить ему одну свою тайну, и из-за этого все пошло к чертям и они стали отдаляться. Точнее, Гарри стал отдаляться, потому что он не хотел говорить Зейну (или кому-либо вообще) о том, что произошло, а общаться как раньше и держать все в секрете было слишком сложно. А теперь у Зейна есть парень (что очень неожиданно, ведь раньше Зейн вообще не хотел серьезных отношений), и Гарри даже не знает об этом.              И он только что дал Луи понять это.              Постаравшись сделать совсем не удивленное лицо, он хмыкнул, взял со стола яблоко и направился обратно к себе в комнату, игнорируя непонимающее лицо шатена.              Вот дерьмо.              

Г***Л

      Луи не понимал.       Зейн, конечно, говорил, что Гарри мало с ним общается в последнее время, но чтобы настолько. Это уж слишком. Что должно было случиться с таким милым мальчишкой, чтобы он перестал общаться с, возможно, своим самым близким человеком и превратился в колючку? Переходный возраст? Или что-то еще? Нет, правда, как он мог не знать о Лиаме? Луи хорошо помнит тот день, когда впервые услышал о нем от Зейна…              

~~~

             …Он спокойно сидел на своей кровати в их снимаемой с Зейном квартире. Была середина апреля, и он уже начал готовиться к годовым экзаменам и зачетам. Ну или начал делать вид, что готовится.       Неожиданно брюнет ворвался в его комнату с двумя рубашками в руках и с вопросом о том, какая лучше. На ответ Луи «Не важно» он нахмурился, сказав, что вообще-то это «Очень важно!»              - Да? И почему же?              Брюнет немного помялся, но потом все-таки со вздохом сел на край кровати Луи и заговорил, рассматривая свои руки:              - В общем… Сегодня в универе я случайно сшиб с ног самого красивого парня на этой планете. Он даже не извинился, но-              - Ты его сшиб, - перебил его шатен, - И он должен был извиниться? - Луи положил руку на глаза и покачал головой, думая о том, что, похоже, уже поздно пытаться отучить Зейна от статуса короля, к которому он привык еще со школы.              - В том-то и дело, - восхищенно воскликнул брюнет, - Обычно все извиняются передо мной, ведь это я. Но он лишь посмотрел на меня с возмущением и ожиданием, потому что, да, окей, это я должен был извиниться. И вот в этот момент я понял, что смотрю на создание богов с невероятными карими глазами. Я начал быстро извиняться перед ним и, решив не упускать свой шанс, пригласил на свидание. И он согласился, представляешь? В смысле, любой бы согласился, но я был уверен, что он откажет. Потому что, Лиам, кажется, совсем другой… - Зейн упал на кровати на спину, раскидывая руки в стороны, а его карие глаза влюбленно уставились в потолок, но потом он снова подскочил, - Так что да, выбор рубашки – это действительно важно.              - Ага, значит Лиам, - подытожил Луи, - И рубашка. Тогда пусть будет синяя, в ней ты не настолько горячий, но зато более милый.              - Боже, спасибо, ты спас меня, - Зейн обнял его уж слишком радостно, быстро направился в свою комнату и уже в дверях развернулся снова к Луи, добавив, - И вообще-то, я всегда горячий.              Луи лишь закатил глаза и усмехнулся, возвращаясь к зубрежке бесконечных конспектов…              

~~~

             …С тех пор Зейн все чаще растекался по кровати Луи с широченной улыбкой, рассказывая о своем Солнышке (да, он серьезно называл его так). Со временем он слышал все меньше о красивых глазах и улыбке и все больше о чудесных душе и сердце парня, о том, какой он веселый и при этом чертовски умный, о том, каким прямолинейным он может быть с другими и нежным с Зейном. Они начали встречаться только в самом конце учебного года, и, если бы кто-нибудь сказал Луи, что его друг будет так долго добиваться одной цели, он бы засмеялся этому человек в лицо. Но дело было в том, что Лиам не был целью Зейна. Это было что-то гораздо большее: Луи видел, как его друг буквально тонул в любви, причем взаимной (конечно же, Луи познакомился с Лиамом и хорошенько присмотрелся к нему, чтобы удостовериться, что это Солнышко не разобьет сердце его лучшему другу).       Луи был счастлив за Зейна всей душой, хотя сам он не особо верил в любовь. Он видел слишком много фальши, слез и боли, чтобы верить в эту сказку. Даже его мама и Марк, которые, как ему всю жизнь казалось, беззаветно любили друг друга, развелись, и вывод у Луи был один: любовь либо штука совсем не такая долговечная, как говорят, либо ее вообще нет, а есть только секс, страсть и, в лучшем случае, привязанность и влюбленность. Но Зейн казался таким счастливым, что Луи не хотел даже думать о возможном печальном конце этой истории.              Из-за появления Лиама в их жизни многое изменилось. Во-первых, Зейн (а значит и Луи) стал вести более спокойную жизнь. Конечно, они продолжали устраивать и посещать всевозможные вечеринки, но теперь Зейн стал действительно королем, который по-хозяйски наблюдал за всем происходящим, а не шутом, который заводил всю толпу. Он вообще стал как будто старше и мудрее, что значительно упростило жизнь Луи, потому что сколько он себя помнит они с Зейном влипали во всякие проблемы (во основном по вине брюнета), и именно Луи приходилось искать из них выход. А во-вторых, они остались на лето в городе, а не уехали куда-нибудь, как делали это последние пару лет. Энн и Ясер никогда не ограничивали своих сыновей в финансах, поэтому Зейн (опять же вместе с Луи) все лето посещал различные пляжи в поисках самых веселых тусовок, а если не находил, то устраивал свои.       По правде говоря, Луи был совсем не против провести лето в городе, ведь так у него было время работать и видеться с матерью и сестрами, которые всегда обижались на него за постоянные исчезновения. Бóльшую часть времени Зейн проводил с Лиамом (с которым Луи быстро нашел общий язык, и действительно наслаждался его компанией, но он не хотел мешать их милой любовной атмосфере и чаще всего отказывался от предложений присоединиться), а шатен в это время работал в кафе, проводил время с семьей или же просто зависал в доме Зейна, играя в приставку, смотря фильмы и поглощая много калорий. А раз в несколько дней они устраивали вечеринку или же заваливались к кому-нибудь. Его вполне устраивала такая жизнь. Но был во всем этом один минус. Высокий, кудрявый, зеленоглазый минус, вернувшийся домой раньше ожидаемого срока…              Луи гонял все эти мысли в своей голове, пока шел домой, потому что в Стайлсе было слишком много всего непонятного и ему не очень нравилось находиться с ним наедине. Вообще-то его любопытству хотелось размотать клубок тайны, которая стояла за всеми этими изменениями зеленоглазого (если это все-таки не результат банального переходного возраста), но он твердо решил держаться подальше от Стайлса.              Держаться подальше.              Решено.              Не пересекайся с ним. Не разговаривай с ним. Не лезь к нему. План прост.              

***

      Ты, Луи, забыл всем известное правило – Ничего. Не. Планируй.