Регги Чень. История.

      Итак… стоит, наверное, начать с того, что я ничего не помню о себе вплоть до возраста восьми лет. Точнее, помню лишь отрывки. Холод. Голод. Пустота. Я не знаю, кто был моими родителями или родственниками — но я чувствую, что был Сиротой и выживал сам.       Моё самое первое и самое раннее воспоминание — это холодная ночь на северном полюсе, и я, в одной шубке и не кушавший три дня, иду в сторону города, с пустыми руками и желудком. Но силы покидают меня… и, постепенно, я засыпаю, падая в снег… Следующее моё воспоминание — синяя палатка и сидящая со мной рядом Девочка — с золотыми и очень красивыми волосами. Она была не многим старше меня — ей было лет одиннадцать или двенадцать. Но она, как я ещё узнаю, гораздо, гораздо старше меня. Не смотря на то, что палатка без сомнения была на северном полюсе, и я был под двумя одеялами и шкурой северного медеведеволка, сама Девочка была в одной футболке.       «Лежи, — произнесла она резко, когда я попытался встать, — у тебя обморожение, и ты едва не помер там, в снегу. Судя по твоему телу, ты ещё и питаешься одним снегом.» «… Что… Что произошло? — спросил я слабым голосом». «Я увидела тебя во время своей ночной прогулки, — просто сказала она, — ты лежал лицом вниз в снег, и, если бы я пришла парочкой минут позже, ты был бы уже с праотцами.»       Ну..... можно сказать, что в тот момент я понял, кому обязан своей жизнью. _____________________________________________________________       Следующие несколько дней она провела рядом со мной. Она кормила меня с ложки продуктами, которые покупала в северном племени, поскольку руки меня почти не слушались. Она делала массаж, разминая уже почти неживые руки и ноги. Она сама почти не спала — вся была в заботе обо мне. В определённый момент я спросил:       «Почему… Почему ты так нянчишься со мной? Я ведь никто… и у меня ничего нет».       «Ничего нет? — спросила она, — у тебя есть твоя жизнь. И я не хотела бы, что бы холод забрал её».       «Он должен был забрать, — прошептал я, — но благодаря тебе… благодаря тебе он это не сделал. Значит, моя жизнь принадлежит тебе!»       Она усмехнулась. Не восприняла меня всерьёз. Даже сейчас, когда я говорю тебе это, Нур, это звучит слишком… я даже не могу слова найти как. Но вспомни — мне было восемь и я был спасён из лап холодной смерти. Я был счастлив этому факту — любой был бы! А через время… я дал ей понять, что это не просто фраза мальца, а вполне себе серьёзное заявление, от которого я не отступлюсь… и не отступаюсь до сих пор.       Через неделю я начал есть сам. Через ещё половину — встал и смог ходить. У девочки, которую звали Син Чен, не было особо много тёплых вещей — и ни одна из них не шла мальчику. По этому — выходя на улицу, я был укутан всю в ту же шубку Медведеволка.       «Тебе нужно научиться разгонять свою кровь, — посоветовала она, — давай я тебе покажу. Колдовать умеешь?»       «Колдовать?»       «Подчинять воду, — стала она говорить, — если не выйдет — то тут уж извиняй, Регги. Не судьба».       Конечно же, я не умел. И очень боялся, что у меня не поучится. Но Син Чен была терпеливой… и хорошо учила.       Не передать словами, как я был счастлив, когда спустя три дня, вода в ведёрке, с помощью которого я тренировался, зашевелилась. Была довольна и Син Чен. Слегка усмехнулась и сказала:       «Значит, больше ты не помрёшь» _____________________________________________________________       «Уверен, что не хочешь уйти? — спросила она через месяц. Я не начал ей надоедать, но для меня был сложен образ её жизни — особенно медитации, которые она совершала с пяти утра до восьми, сидя чуть ли не голой попой на снегу.… А может и голой. У меня они никогда не получались так, как у неё, — не переживай, я пойму. Ты уже знаешь начальную магию воды — поступишь в академию при…»       «Нет, — покачал я головой, — я уже дал обещание. Моя жизнь принадлежит тебе. И если будет твоя воля, я уйду… но если хочешь услышать меня — я бы остался с тобой! Я всему научусь и буду тебе помощником!»       »… Да будет так, — сказала она, а потом подошла ко мне и поцеловала в лоб, — только ты всегда будешь выполнять то, что я скажу. И если даже не будет выходить — будешь стараться изо всех сил. Таков уговор между нами — согласен?»       »… Клянусь своей жизнью, — сказал я». _____________________________________________________________       Прошло несколько лет… и мои навыки стали и в самом деле лучше. «Разгонять кровь» она учила меня только по ночам, и тогда я не понимал почему. Медитации мне даже начали даваться — я стал выносливее. Мой рекорд — В одних Трусах я просидел в медитации два часа, с двух до четырёх ночи. Два часа в ночи, это как восемь часов днём по усилиям… но Син Чен была способна на большее во всех смыслах этих слов. Да, Нур, она была беспардонной при мне — но уж такова её природа.       Был вполне себе обычный день. Утренняя медитация — с пяти до восьми. Потом Рыбалка — она научила меня ловить рыбу с помощью Игл… хотя вода, в те времена, да и в нынешнее, давалась мне чуточку сложнее. После рыбалки — тренировка, во время которой она меня похвалила. Но обычный день кончился, и вечером меня ожидало торжественное событие. Я должен был стать мужчиной. Не в том смысле, Нур, в котором ты могла подумать — для того я был мал. Нет — я должен был впервые поохотиться. Тюленекабан — толстый, вкусный зверь… Син Чен без труда охотилась на них, но для меня это был первый раз. В одиннадцать вечера я вышел на Охоту… и, как оказалось позже, это была не лучшая идея. Эм… Точнее — не лучшее время. Но давай… давай расскажу тебе по порядку, ладно?       Итак, вооружённый её наставлениями, в футболке, свитере, длинных штанах и тёплых сапогах, которые она сделала самостоятельно на меня, я вышел один в ночь. Одет был тепло — хоть я и храбрился, что справлюсь с холодом сам и не нужно меня так одевать тепло, Син Чен рассмеялась и сказала:       «Даже не думай, Регги. Ты хищник — и силы тратить должен на убийство, а не на поддержание жизни в себе самом. Задачу понял? Как убьёшь зверя — возвращайся» _____________________________________________________________       Я тогда не знал, но она шла за мной. Не могла же она пропустить момент моего триумфа, становления мужчиной. На поясе у меня был бурдюк с водой и острый кинжал, на всякий случай… а в глазах желание оправдать ожидания той, кто была ко мне так добра, и кого я уже считал своей семьёй.       Итак, через полчаса топанья, я добрался до места их обитания. Зверей было немного — и важно было выманить ровно одного, потому что от стада отбиваться ночью… ну, я вряд ли бы смог. Я определил самого одинокого тюленекабана и осознал — вот она, моя цель.       На небе сияла полная луна, и я ощущал себя так, как не ощущал никогда. Сила бурлила во мне и стучала в голове — нужно было действовать. Я бросил в Тюленекабана комок со снегом, разбудил его, и мигом понёсся прочь. Всё шло как надо.       Когда я отвёл его, я поднял руки и взмахнул ими — создав острую иглу длинной под метр. И остановился, анализируя. Да… всё было правильно. Остальные звери уже не услышат звук, который прозвучал бы после того, как я использовал магию по назначению. _____________________________________________________________       Я повернулся к зверю и посмотрел ему в глаза. В его холодные, грустные глаза. Он был обычным зверем, но он понимал — против ледяного штыря он ничего не сможет сделать. Он понимал, что это конец.       Мне оставалось лишь опустить руку вниз, взмахнуть ею, что бы лишить его этого взгляда, а завтра утром позавтракать кашей с мясом… но я замешкался. Я ощущал в себе мощь, силу и, с какой-то стороны даже желание убийства… но я не мог. Я понимал, что должен стать мужчиной, должен показать, что я чего-то стою в этом мире… но глаза зверя смотрели на меня слишком грустно.       Я опустил руку, игла упала вниз, а Тюленекабан, понимая, что спасся унёсся прочь. Син Чен выскочила из кустов, посмотрела на меня таким взглядом… с таким разочарованием — я никогда его не забуду. В дальнейшем я буду стараться сделать всё, что бы никогда не видеть его более… но в тот момент я почувствовал стыд.       «Регги, — спросила она, — позволь мне сказать тебе кое-что. Возможно, ты когда-то и слышал это выражение, но я повторю его тебе. В этом мире мешкать никогда нельзя. И, если когда-то ради выживания тебе нужно будет кого-то убить… ты должен быть готов.»       »… Я… про…»       «Не извиняйся. Это лишь значит, что я недостаточно подготовила тебя. Твоё время ещё не пришло».       И она создала такой же штырь, как у меня, и, не моргнув и глазом послала вслед кабану. Стоя лишь в футболке и в штанах, на босую ногу при температуре -25° в темноте — она не дрожала. Рука её была тверда и решительна… и даже не оборачиваясь в его сторону, она попала в него, хотя расстояние было уже внушительным — такие звери быстро бегают.       «Домой тащишь его ты», — просто и легко сказала она. Я не имел права возражать. _____________________________________________________________       Я был опозорен и опечален — но сделанного не воротишь и время вспять не повернёшь. А в тот момент, даже если бы меня вернули назад во времени каким-то образом… не уверен я, Нур, что смог бы поразить зверя. Его взгляд… я до сих пор его помню — хотя после него ещё многое в жизни было. Но, если ты думаешь, что этим этот день кончился, ты ошибаешься. Я же говорил тебе, верно? Это был не самое лучшее время для охоты.       Она, Син Чен, услышала людей куда раньше, чем я. Остановила меня рукой и показала — «тихо». Потом пошла немного вперёд — проверить, что это было, и оставляя меня сзади.       «Не знал, что тут кто-то живёт… Эй, Лорд Борро, палатка занята. Но хозяев нет…», — прозвучал какой-то мужской голос. «Нет? Лучше бы их вообще не было, — ответил неприятный, мерзкий голос, принадлежащий этому Лорду, — наша кампания провалится, если нас обнаружат раньше времени. Всем быть начеку»       В следующий момент мне затянули рот рукой и толкнули вперёд. Туша Тюленекабана осталась позади, но она интересовала меня в самую, самую крайнюю очередь.       «Мы нашли жильца! Мальчишку!» — прозвучал голос над моим ухом. Женский — но не самый приятный, тоже. Быть может, Нур, это мне кажется, потому что они были нашими врагами… но я не буду себя поправлять. Какая сейчас разница…       «Мальчишка? — в голосе Борро прозвучала садистская усмешка и интонация, словно он был рад и мне… и той участи, что будет мне уготовлена, — веди его сюда» _____________________________________________________________       В красивых доспехах страны огня, лорд Борро смотрел на меня своими маленькими, почти свиными глазками и усмехался. Глазки… Скажем так, у Тюленекабана были они человечнее, чем у него. Лорда действительно радовало то, что вместо взрослого мага воды он наткнулся на меня.       «Рассказывай», — приказал он. Я молчал — не понимал, что он хочет.       «Повторяю в последний раз — рассказывай. Ты тут живёшь? Один? И…»       «Да, один, — сразу же сказал я, — я живу тут один. Охочусь и снимаю шкуры с животных, так и живу»       Лорд Борро мне поверил. Ведь, по большому счёту, соврал я только на счёт количества людей — ну… меня поймали с тушей животного, которого я тащил в сторону палатки. Тут любой бы поверил.       «Каковы ваши указания, Лорд Борро?» — спросил один из солдат. В процессе паники думаешь о всякой ерунде, вот и я подумал о том, что… странно, что солдаты обращаются к командиру так. Представляешь, Нур, это была моя единственная мысль тогда… мда.       «Пацана убить. Дом сравнять с землёй. Эта земля прекрасный плацдарм для нашей второй базы», — абсолютно холодно и слишком спокойно, будто отдавал приказ о чашке чая на ужин, говорил лорд Борро. _____________________________________________________________       Когда я услышал, то сперва не поверил своим ушам. Может, мне послышалось! Но нет — лорд отвернулся, а та девушка достала из ножен меч. Без каких-либо эмоций — холодно и усмехаясь.       Возможно, более взрослого человека они бы взяли в плен и в рабство под какие-то работы. Но что было взять с меня — я щуплый, напуганный, и просто оказавшийся не в том месте и не в то время пацан. Меч сверкнул во тьме и…       Ну, не буду напрягать интригу — если бы она убила меня тогда, сейчас я бы с тобой не говорил, Нур. Меня спасли — Син Чен заблокировала удар, бросив в меч ледяную иглу и заморозив ноги девушки.       «Какого… Так ты не один, — Разозлился Лорд, — Внимание, боевая готовность! Найти противника!»       Искать не пришлось. Она сама показалась. _____________________________________________________________       «Если вы достаточно жестоки, что бы отправить к праотцам парня просто за то, что он шёл к себе домой, то и я сдерживаться не буду».       Она резвым прыжком прыгнула ко мне — напуганному, шокированному и не понимающему, что происходит. Что же — она довольно быстро сообразила, как прекратить это моё состояние и вернуть меня в норму.       Я получил удар ладошкой по щеке — оплеуху, да такую сильную, что у меня пошли слезы из глаз. Не от обиды, а просто от силы удара. Протирая щеку, я удивлённо посмотрел на неё.       «С возвращением. А теперь будь паинькой, либо помоги мне, либо не мешай, стоя тут столбом», — произнесла она.       «Чего встали как вкопанные, — заорал лорд, — убить их!»       Он мог позволить себе поорать. В конце концов, в ближайших пяти или десяти километрах от нашего жилища не было ни единой живой души, и не было врагов кроме нас двоих. Его воины услышали приказ. Их руки засияли огнём… и они разом ударили по девушке. _____________________________________________________________       Какая это была битва… тогда я впервые увидел Син Чен, свою спасительницу и наставницу в деле. До этого были тренировки и охота… и они, конечно же, не шли ни в какое сравнение.       Она увернулась от атаки — присела, словно бегун перед забегом… хотя нет. Более удачная аналогия, Нур — как Хищное животное. Хищница, самка, которое защищала своё гнездо и меня в нем. Хех, конечно, она тоже была ребёнком… но я ведь уже говорил, что она была по всем параметрам взрослее меня, верно?       А потом она прыгнула вперёд. Она могла поиграть с магией льда — убить их иглами, но… она предпочла ближний бой. Так она выглядела более опасной и более угрожающей. Потому — Син Чен создала клинки — я не знаю их названия… но выглядели они опасными. Они шли не вперёд, как меч, а вдоль руки и до локтя — смотрели чуть назад. Кажется неудобным, но… как же она орудовала ими.       Двое магов упали замертво почти сразу. Ещё один выстрелил пламенем по ногам — но Син Чен прыгнула в воздух и поразила его ещё до своего приземления. Она приближалась к Лорду.       «Дрянь… пошла прочь!» — заорал он и создал шар из пламени. Создал, а потом послал его в неё. Ей не впервые было уворачиваться… но лишь после уворота, она, да и я поняли — атака была с подвохом.       Шар не попал в неё — но попал в нашу палатку, что вспыхнула как спичка. Всё, что мы имели, а мы имели не слишком многое… сгорело секунд за пять. При нас осталось лишь то, что было на нас. Тёплая одежда у меня — и не слишком тёплая у Син Чен. _____________________________________________________________       «Огненное ты отродье! Бездушная зараза», — злобно ругнулась Син Чен и ускорилась. Теперь стало ясно — она точно не отпустит лорда Живым. Хотя… хотя и до этого шансов мало было, Нур.       «Что, нравится? — спросил он, окружая себя пламенем. Этакий забор сделал, что бы Син Чен не прошла, — сейчас будет больнее!»       Уже потом я узнаю, что это специальная техника магов огня — этим забором они ограждают себя от опасности, а потом используют его для атаки. Но тогда до атаки не дошло. Син Чен удивила всех — вступила в пламя, и, не смотря на явные ожоги, не останавливаясь, подошла к Лорду и занесла над ним руку.       «Мой приговор, Огневик, — прошипела она, — смерть»       «Мой тоже», — усмехнулся лорд. За спиной у Син Чен тихо стояла та, что ранее подняла руку на меня. В суматохе выбралась изо льда и вновь готовилась нанести яростный удар. И я видел — Син Чен среагировать не успеет. Потому…       Я почти не думал в тот момент, понимаешь, Нур? Не задавался моральными или какими-то ещё вопросами. Лишь взмахнул руками, создал две иглы за один раз… и отправил в подлую девушку с мечом. Те пролетели сквозь пламя, не останавливаясь, и проткнули её. Не насквозь… но… ты понимаешь. На смерть, Нур.       Я… я убил её. С того момента… я стал убийцей. _____________________________________________________________       Та девушка, в которую я попал… она удивлённо обернулась и посмотрела на меня. Та девушка… потом дотронулась до своей раны, увидела кровь… и глаза её закатились наверх. Она свалилась бездыханной тушей — и, честно… звук этого падения я запомнил до конца жизни.       «Так о чем я говорила? — спросила Син Чен лорда, — ах, да. Приговор»       «Нет! Уйди», — услышал я голос… а потом звук рвущейся плоти. Лорд забулькал, а потом… потом затих. Син Чен встала, улыбнулась грустно и сказала:       «У тебя всё-таки есть зубки, Регги. Хищник ты по своей натуре, хоть и маленький. Пойдём, я отведу тебя в город»       Сперва мне показалось, что она хочет меня бросить. Ну, знаешь… что-то вроде того, что я исчерпал свою полезность. Она спасла меня, я Спас её, а теперь всё… долг отдан. Глупые мысли… но… такие страшные. Единственное, что я мог спросить:       «А… ты? Ты со мной…?»       «Да. Но сперва ты должен прийти в себя, — успокоила она меня, но лишь частично, — это нелегко и этот момент тебе запомнится на всю жизнь… но я останусь с тобой. Мы справимся. Мы выстоим».       И, оставив всё здесь — и палатку, что догорала, и ещё тёплые трупы, она взяла меня за руку и повела в ночь. Сделав несколько шагов, она остановилась, посмотрела мне в глаза… и, мягко улыбнувшись, произнесла:       «И спасибо, Регги. Теперь и ты спас мою жизнь… и я этого никогда не забуду». _____________________________________________________________       Дальше я плохо помню, Нур. Всё было как в тумане — мы дошли до города, не забыв взять тушу зверя. Она, вроде бы, договорилась — две ночи, включая эту, в дешёвой гостинице за шкурку и мясо тюленекабана.       А потом я вырубился… как мне казалось. Перед глазами вновь и вновь была та девушка и её взгляд… Син Чен была права на все сто — я не забыл её. Как видишь, до сих пор.       Син Чен оставила меня спать, а сама ушла… и пришла днём. Выглядела устало — глаза мутные, пахло гарью, кашляла… но, не смотря на всю жуть — она была победительницей. Око за око, Нур. Зуб за Зуб — она свершила свою месть. _____________________________________________________________       «Они лишили нас дома, Регги, — произнесла она, пока была в ванной. Я тёр ей спинку мочалкой и вымывал от сажи и копоти её золотистые волосы, — потому я тоже их лишила. Мы уничтожили отряд разведки и их главу, но этого не достаточно»       Слушая её, я пытался отвлечься от мысли и осознания того, что был убийцей. Пусть я защищался сам и защищал её… мне этого было не достаточно. До сих пор не достаточно.       «Я вернулась к палатке… к тому, что от неё осталось. Разрушающее пламя не пожалело ни её, ни сбережений — не пожалела и я тех, кто это сделал. У Главы нашла координаты и добралась до базы… всего 2 здания и корабль. Они не успели развернуться»       «И, ты…?»       «Я сожгла их, — просто ответила она, — нашла канистры с горючим, разлила его, пока все спали… а потом небольшая искра все сделала за меня. Они успели проснуться, забить тревогу и погнаться за мной — но тщетно, я быстрее. И более легко одета»       Она упомянула потом, что никого не убила… но для меня было ясно, что от этих слов мало толку. Да, горло врагам она не перерезала, но ночь, дикие животные и отсутствие провизии, которая наверняка сгорела вместе с их жилищами, могли сделать своё дело. Тех же, кто выжил, взяли в плен местные — за вторжение на территорию без спроса. _____________________________________________________________       Следующие несколько месяцев мы провели в городе, копя капитал, а потом вновь купили палатку и стали жить отдельно от остальных. Потом, когда прошло ещё некоторое время, Син Чен сделала нам паспорта, и я получил фамилию Чень, с мягким знаком на конце. Она сразу же сказала, как бы ненароком, что Ченами рождаются, а не становятся — её семейная традиция. Но и я заслужил место в её родословной… так что она дала мне очень похожую фамилию. Я был не против — для меня и так это была большая честь. Можно сказать, что с получением паспортов я стал её мужем — нам поставили печать, ну и… как-то так у нас это произошло. Не как у других людей, да… но мы никогда на других и не равнялись.       Ещё спустя месяца, она упомянула, тоже как бы просто так, что когда у нас будут дети, то они будут носить фамилию Чен — по праву рождения. Моё сердце забилось сильнее, когда она сказала это — сама понимаешь, о чем я тогда думал. Она усмехнулась, подошла ко мне и погладила меня по скуле, сказав: «Кто, если не ты, Регги Чень? Ты показал себя достойно и по праву заслужил моё доверие и моё сердце. Только сперва подрасти — а то ты сам ещё ребёнок».       Она не говорила, что любит меня… но это подразумевалось как само собой разумеющееся.