Волосы цвета яркого солнца.

Альбедо внимателен. Он следит за каждой пробиркой, что медленно нагревается от пламени огня. Альбедо осторожен. С час назад он отправил путешественницу вместе с Паймон на другой конец Драконьего хребта с просьбой добыть парочку необычных трав для нового эксперимента. Если быть честным, Альбедо не спит последнее время из-за любопытства, что за способностями обладает хрупкая, словно лилия Глазурька, но при этом сильная и отважная девушка, которая сражается наравне с сильнейшими мужчинами Мондштата. — Я обязан провести этот эксперимент до конца, — голос главного алхимика в первый раз за его множественное количество опытов подрагивает. Он сонно хлопает глазами и делает глоток лекарственного чая, сделанного собственноручно, не давая голове так не вовремя перестать функционировать. Альбедо зевает и поворачивается в сторону пробирки, замечая, что жидкость, ранее имевшая изумрудно-зелёный цвет, превратилась в чёрную. Выключив спиртовку, он аккуратно поднимает и взбалтывает содержимое, внимательно изучая. Выглядит вполне неплохо. Цвет, конечно, не тот, который планировался изначально, но ничего не поделаешь. Альбедо слегка хмурится, при помощи руки направляя запах подобного творения в свою сторону. В данный момент он чувствует скошенную утром траву вперемешку с мятными пряниками. Довольно приятный аромат для довольно опасной затеи. Ещё одна причина, по которой принц Мела отправил Люмин и Паймон подальше от себя — самостоятельная проба жидкости. Если раньше Альбедо давал юной деве задания, будучи полностью уверенным в том, что она вернётся живой и невредимой; то сейчас он не уверен абсолютно во всём. — Суть данного эксперимента, — самому себе рассказывает парень, круговыми движениями взбалтывая жидкость, — состоит в том, что я хочу временно передать свои силы путешественнице, посмотрев на то, как будет реагировать её организм на изменения. Если всё пройдёт удачно, то через время я верну силы назад. Альбедо лишь надеется, что всё пойдёт по плану. Ему не хочется причинять Люмин боль. Она стала для него вполне хорошим собеседником, хотя, нет, даже другом. Принц опирается левой рукой о стол, наклоняется, и залпом выпивает жидкость, обжигая горло только что снятым с огня «напитком». И Альбедо чувствует лишь странные ощущения на вкусовых рецепторах, причмокивая и пытаясь проанализировать, происходят в его организме изменения или нет. — Хм, стоит подкрепить свои мысли чем-то, — и принц хватает со стола свой любимый блокнот, открывает его, быстро записывая подробности о своём состоянии. (А вдруг пригодится.) Если в колбе оказалась провальная смесь, то силы глаза бога должны остаться на месте, поэтому Абогинез, который Альбедо хочет поставить на земле, точно появится. Но парень, сделав ровно два шага для свершения задуманного, моментально теряет равновесие, чувствуя ужасную слабость во всём теле, которая сковывает движения, не позволяя двигаться. — Довольно странная... реакция организма, — Альбедо больно, в области груди что-то колет и сдавливает, не позволяя воздуху полноценно дойти до лёгких. Он напрягается, укладывая дрожащую левую руку себе на правую и измеряя пульс. Если обычная норма это 100-125 ударов, то сейчас... двадцать, тридцать, пятьдесят, восемьдесят... — Необычно, — голос главного алхимика в ситуации, которая кишит для него одними минусами, звучит довольно-таки спокойно и холодно. Даже не пытаясь встать, Альбедо прикрывает глаза, вспоминая все ингредиенты, что умудрился поместить в свой напиток, забирающий, видимо, не способности, а лишь жизненные силы. — Так, жемчужина аксолотля, мята, волчий крюк, полуночный нефрит, валяшка, трава-светяшка и кор ляпис. Кор ляпис? Ох, наверное, случайно положил. Принц Мела аккуратно укладывает левую руку на землю и держится за неё, пытаясь перенести весь свой вес на кисти, чтобы наконец-то подняться с места и приготовить некий антидот. Но... открыв глаза, Альбедо видит перед собой лишь темноту, густую, непросветную, пытающуюся поглотить всё на своём пути. — Это... невозможно, — несколько раз проморгавшись, парень моментально леденеет, убеждаясь в том, что он абсолютно ничего не видит. Альбедо теряется в своих собственных воспоминаниях и теориях, не понимая, что именно стоит сейчас делать из имеющихся ингредиентов, чтобы вернуть всё на свои места. «Главное, чтобы Люмин не застала меня в столь жалком виде.», — проносится в голове короткой вспышкой. Иронично, конечно, что главного алхимика всего Мондштата волнует сейчас больше всего столь маленькая деталь, а не потеря зрения, которая, на минуточку, грозит разрушением имеющейся карьеры и репутации. Альбедо горько усмехается, кое-как в полнейшей темноте поднимаясь и, ориентируясь по воспоминаниям, подходит к столу с пробирками и колбами. Он что-то случайно роняет и разбивает, пока шарит руками, пытаясь найти хотя бы один полезный предмет. Для человека, что полагается сейчас только на свой слух, звук разбитой алхимической посуды настолько громкий, что хочется закрыть уши, настолько больно громко. — Привет-привет, а вот и мы! — Альбедо слышит позади себя звонкий и радостный голос Паймон, но не оборачивается. Его лицо сейчас настолько бледное, что девушкам хватит одной секунды, чтобы понять — парень на грани. Принц внутри себя паникует, из-за чего ускоряется, пытаясь на ощупь отыскать хотя бы туманный цветок, чтобы зажевать его чашелистик, возвращая тем самым розовый цвет лица. — Прости, некоторые из ингредиентов мы по пути из-за хиличурлов потеряли. Ничего ведь в этом страшного не будет? — Люмин наклоняет голову в сторону, пытаясь хотя бы краем глаза увидеть, что именно делает сейчас отвернувшийся от неё Альбедо. — Мы не отвлекаем? — Всё, ммм... — алхимик не хочет врать, нет, только не этой девушке, но приходится. — В порядке. — так и не найдя нужного растения, Альбедо делает вдох-выдох и на свой страх и риск поворачивается, беря в руки блокнот. Он не знает, где именно стоит Люмин, чтобы смотреть ей в глаза, поэтому предпочитает концентрировать внимание на книжке, делая вид, что занят. — На этом пока всё, приходите завтра. Мне нужно время обдумать, что именно с чем следует смешать. — Паймон, ты лети, а я тебя через время догоню, — дождавшись, когда спутница покинет её, блондинка подходит к принцу мела ближе, укладывая ладонь на плечо. Люмин не чувствует, но по телу Альбедо будто бы проходит электрический разряд от Лизы. Он незаметно для себя вздрагивает, покрываясь мурашками. — Ты точно в порядке? — Да. К чему этот вопрос? — Ты... — путешественница вздыхает, чуть сильнее сжимая чужое плечо. — Ты до сих пор держишь свой блокнот кверху ногами. Это сложно назвать явной ошибкой. Рассказывай. — Люмин поворачивает друга к себе лицом, ужасаясь. Альбедо этого не дано видеть, но его лицо, словно фарфоровое, трескается, маленькими осколками падая на промёрзшую землю. — Всё так плохо? — алхимик, слыша не многообещающие звуки, опускает пустые глаза вниз, чувствуя, как тело постепенно немеет, не давая возможности уже и полноценно двигаться. Люмин молчит, не зная, что сказать. Она лишь, всхлипывая, прижимается к другу ближе, обнимая его настолько сильно, насколько может. Альбедо чувствует, как солёные слёзы девушки падают ему на щёку, но лишь молча принимает чужую заботу. Парень рассыпается на осколки, словно фарфор от одного удара по нему молотком, но терпит, пытаясь не доводить путешественницу до высшей степени истерии. Вся душераздирающая боль становится не такой важной, когда Люмин переводит свои руки Альбедо на плечи, медленно и с нежностью перебирая его волосы. — Я могу как-то помочь? — Да. Пожалуйста, не плачь... Люмин. Если я и покину этот мир, то, прошу, стань моим ангелом с белыми крыльями и проводи до ворот рая или, если не повезло, преисподней.