Последний (визг) моды

Старейшина Илин жил несколько дольше, чем планировали некоторые сомнительные личности, и не то чтобы от этого были какие-то проблемы. На самом деле, проблем никаких и не было. Старейшина Илин выращивал редис и периодически обвинялся в каком-нибудь вселенском зле. Сам Илин из деревушки превратился в городок, и городок весьма богатый. Хотя бы потому что заклинатели, приезжавшие поглазеть, подраться или и поглазеть, и подраться с Вэй Усянем, почти всегда были платежеспособными. Поэтому этот самый вышеупомянутый Вяй Усянь превратился в кормильца Илина и местную достопримечательность. По крайней мере, с ним иногда делились едой. Впрочем, от обязанности выращивать редис это его не спасало. — Ты посмотри на него, расселся! — неизменно выкрикивала Вэнь Цин, хватая его за шкирку, и либо тащила трудиться, либо укладывала спать. В зависимости от того, насколько мертвее Вэнь Нина он выглядел. Впрочем, странности появлялись в совершенно других местах. Цзян Ваньинь угрюмо посмотрел на пленника и нахмурился. Возникали подозрения, что он просто-напросто сумасшедший, но не могло же всё быть так просто! Глава Цзян крутился и так, и сяк, но не мог найти ни смысла, ни художественного замысла, ни обмана зрения. — Глава ордена, — позвал ошивавшийся неподалёку уже минут пять адепт, и Цзян Ваньинь ощетинился. — Вас там ждут. — Кто?! — рявкнул Цзян Чэн, и оба — и пленник, и адепт, — синхронно дёрнулись, чтобы отползти куда-нибудь подальше. — Так глава орлена Лань... — икнул мальчик. Цзян Ваньинь раслабился. Глава Лань — это хорошо. Он хотя бы не бесит. Как некоторые! С главой Лань, к сожалению, был и его младший братец. Тот бесил, и как же умело! Сидел, молчал, как статуя. И вдруг — как зыркнет! Сердце в пятки уйдёт. И кто его знает, почему. — С торговым договором разобрались, как и собирались, — довольно выдохнул Лань Сичэнь и поинтересовался: — А что с вашим лицом, глава Цзян? Что-то не так? — Всё не так! — резво вырвалось у Ваньиня; он поспешно извинился. — Тёмные заклинатели нынче всё страннее. Последователи Вэй Усяня, тьфу на него! Лань Ванцзи снова страшно зыркнул, и Цзян Чэн грешным делом подумал, что как никогда близок к искажению ци. — А что с ними не так? — невинно поинтересовался Лань Сичэнь. — А то, — гневно ответил глава Цзян. — Что они повадились таскать туфли на голове! На манер шапки! Совсем того! Один, второй, десятый! Да из них можно собрать орден идиотов! Лань Хуань понимающе кивнул. — Да-да, я такое видел, — улыбнулся он. — А это последний писк моды. Говорят, придумал сам старейшина Илин. Цзян Ваньинь и Лань Ванцзи одновременно икнули. На горе было холодно и довольно сыро. Цзян Ваньинь потёр нос, высматривая знакомую фигуру в нестройном ряду покосившихся хижин. Он, конечно, сюда бы и не сунулся, но что это за явное неблагополучие? Какого хрена он носит обувь на своей дурной башке?! Это необходимо выяснить! Вэй Ин, выглядящий так, словно он извалялся в грязи, вырос посреди дороги, как какой-то призрак, и чуть было не попятился, завидев шиди. Но малыш на его руках радостно заметался, спрыгнул на землю и побежал к братьям Лань, будто не замечая общую неловкость. — Богач-гэгэ! Два Богача-гэгэ! — радостно запищал он, тем не менее, успешно определяя Лань Ванцзи и обвиваясь вокруг его ноги. — Папочка! 《Нет, — подумал Цзян Чэн, мотая головой. — Это не то, зачем я пришёл. Не мои дети — не мои проблемы. Дыши, дыши, дыши, ДЫШИИИИ...》 К тому времени, когда он открыл глаза и как следует рассмотрел растрёпанного и грязного Вэй Усяня, похожего на саму смерть, оказалось, что никаких предметов обуви на его голове не было. Была какая-то ветка, но это было гораздо менее удивительно. Сам Вэй Ин, кажется, хотел что-то сказать ребёнку, но, как и глава Лань, был совершенно не способен выдавить из себя ни звука, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Вместо него заговорил кое-кто другой. — Вэй Усянь! — проорала разъярённая женщина с другого конца поселения. — Кого ты сюда привёл?! Зачем ты отдаёшь А-Юаня незнакомцам?! Ты совсем страх потерял?! Рядом с женщиной испуганно вился Призрачный Генерал. Тем не менее, этот испуганный щенок мог только потянуть её за рукав, когда та залепила ему затрещину. Счёт пошёл на секунды. Женщина молниеносно сняла туфлю, замахнулась и запустила её в Вэй Усяня, попав с точностью профессионального стрелка. Туфля стукнулась о затылок старейшины Илин, заставив его ойкнуть, и... ...повисла в его грязных, нечёсанных волосах, словно так и было задумано. — Сестрица Ци-ин... — заныл Вэй Усянь и беспомощно обернулся к вторженцам. В тому времени Цзян Ваньинь уже развернулся, вышагивая на деревянных ногах мимо самого Вэй Усяня и братьев Лань, один из которых пребывал во внутреннем обмороке. — Это... — буркнул он. — Визг моды. Визг ужаса и страха.