Будет (не) больно

Утро пробиралось сквозь облака в розовых, золотисто-оранжевых и малиновых полосах. Тихонько поднимаясь, солнце купалось в тысячах маленьких луж. Влажная утренняя дымка стала рассеиваться, затрепетали умытые и слегка растрепанные деревья. Зазвучали птичьи голоса, разбудив светловолосого парня. Драко, потянувшись в кровати, застонал и перевернулся на живот, пряча лицо в подушках. -Меерлин, чего так рано,-пробубнил он. Перекатившись на край кровати, Драко встал и подошёл к окну, которое выходило в сад. Мир пробуждался, наливался теплом и светом. Свое утро он обычно начинал с пробежки по территории поместья. Вообще Драко не был любителем спорта, кроме квиддича, но бег помогал ему абстрагироваться от проблем и оставить всё позади. Натянув шорты и футболку, он надел кроссовки и вышел из поместья. Начав пробежку, молодой человек окунулся в воспоминания, которые ему услужливо подкинули окрестности Мэнора. Развернувшись, Драко увидел вдали дом, утопающий в зелени, и почувствовал острый укол в груди. Что-то глубоко заныло в нём, когда пред глазами предстала картина зала суда, где он наконец смог обнять плачущую после трех лет страха мать. Добежав до конца сада, волшебник побрёл к своему тису. Кусты тяжело замерли без ветра, прямая аллея, пересечённая корнями, напоминала другого Драко. Того Драко, который учился летать на метле и играл на лужайке с Крэббом, Гойлом и Ноттом. Потом в его дом пришёл Он. Война началась, когда он был пятнадцатилетним мальчишкой, в девяносто пятом году. Он был беспечным, видел в жизни только яркие пятна. Собственно говоря, Драко тогда ещё ни о чём не задумывался. Должно быть, потому, что был мал, самоуверен и не понимал границ отпущенного ему времени. Жизнь сделала его немногословным и жёстким. В конце концов война закончилась, а вместо того Драко вернулся прежний. Вдруг перед юношей появилась стена из тёмно-зелёного ельника. Он по-прежнему топорщился и загораживал всем путь к его тайному месту. Драко попробовал найти свою тайную лазейку, но не смог, и полез прямо в иглы. Кора тиса была исписана рунами, на тонком стволе располагается раскидистая "шевелюра". Юноша, протерев лоб от пота, опустился на траву и лёг лицом вверх — к небесной сини, раскинув руки. Его тис качал тяжёлыми ветвями с большими листьями над ним, а по стволу рыскали муравьи. Отдохнув ещё немного, Драко поднялся и побрёл к дому, решив пойти на опережение и написать письмо в министерство.

***

После полудня Драко сидел в кабинете, перебирая почту. Промучавшись несколько часов над нудной бумажной работой, он встал, чтобы размяться, и увидел в окне на синем небе чёрную точку, которая быстро росла. Сова летела прямо к Малфой-Мэнору. Красивая неясыть пошла на снижение и стало видно, что она несет большой квадратный конверт. Драко протиснулся мимо стола к окну и отворил раму. Сова спланировала в комнату и приземлилась на кофейный столик. Она подняла правую лапку. Юноша шагнул вперед. Послание, адресованное ему, было привязано к лапке, и он принялся неловко отвязывать письмо пальцами. У него так сильно дрожали руки, что вся сова тряслась. Наконец Драко кое-как отвязал конверт, быстро разорвал его и развернул пергамент, лежавший внутри. Сообщение, написанное мелким убористым почерком, было довольно коротким, примерно в четверть страницы. Уважаемый мистер Малфой! Перед тем как оформить опеку на ребёнка, вам необходимо пройти обследование у психолога в ближайшее время и получить свидетельство о том, что вы морально готовы к тому, чтобы принять в свою семью нового члена. Если вам удобно, то будьте добры прийти сегодня без четверти семь по адресу Гилфорд-стрит, 10, Лондон SW1A 2AA. Вас будет ждать доктор Амелия Энн Блэйк. С пожеланием доброго здоровья, Искренне Ваш Кингсли Бруствер. Министерство магии Великобритании. Драко, рвано выдохнув, подумал, зачем ему нужен психолог и какой, к дракклу, приёмный ребёнок, если его просили лишь предоставить девочке комнату. Как говорится, если много вопросов, то ответов ещё меньше. Но он не был бы Малфоем, если бы не пошёл и не решил эти мерлиновы загадки Кингсли, и не добился бы выполнения сделки, во что бы то ни стало. Спрятав лицо в ладони, Драко зарычал, спрашивая у высших сил, за что ему это всё. Прикинув, что он ещё успевает нанести визит мисс Блэйк, он вышел из кабинета, хлопнув дверью, как будто она была виновата во всех его бедах.

***

Драко подошёл к стойке худощавой привет-ведьмы - брюнетке, сидевшей за столом с табличкой «Справки». -Здравствуйте, сэр,-улыбнувшись, проворковала она,-вы записаны? -Эм,- замялся Драко,- меня ждёт доктор Блэйк через,-он бросил взгляд на часы Rolex на запястье,-через десять минут,-слабо улыбнувшись, сказал он. -Отлично, вам в ту дверь,- брюнетка указала ладонью на матовую стеклянную дверь,- и прямо по коридору в шестой кабинет,-смотря прямо в глаза, добавила она. Драко прошёл через двойную дверь, затем по узкому коридору, освещенному хрустальными шарами, полными свеч и плававшими под потолком, наподобие гигантских мыльных пузырей, к кабинету с табличкой «Психолог». Занеся кулак для удара, Драко замялся, но, плотно прикрыв сознание окклюменцией, вздохнул и постучал в кабинет и сразу же вошёл. Попав во внутрь, он на секунду остановился от удивления. Драко не знал, что в кабинете врачей бывает довольно мило. Комната представляла собой стандартное помещение, разделённое на несколько зон: зона первичного приема и беседы с клиентом, зона релаксации и снятия психолого-эмоционального напряжения и шкафчики для хранения картотеки. Сама комната была оформлена в одном стиле: в кабинете стоял маленький, но уютный голубой диванчик, а стены сделаны в светлых, успокаивающих тонах. Амелия Блэйк представляла собой девушку среднего роста и изящного телосложения. Док повернула своё овальное лицо, обрамлённое золотистыми прядями волос. Они спускались легкими волнами на плечи и спину. Миндалевидные, голубые глаза прищурились, рассматривая посетителя. На высоком лбу выделялись темные, изящно изогнутые брови. Высокие скулы и заостренный подбородок выдавали аристократическое происхождение девушки. -Здравствуйте, мистер Малфой,-доктор кивнула в знак приветствия,-проходите,-она махнула рукой в сторону зоны первичного приёма. Драко послушно плюхнулся на небольшой диванчик. В зону консультативной работы входил журнальный столик, два кресла, диван, а также лампы, которые горели неярким светом. -Не хотите воды?-её мягкий голос раздался из полутьмы. Дождавшись его кивка, она протянула Малфою стакан, а он в свою очередь, сделав большой глоток из него, откинулся на спинку стула, внимательно наблюдая за игрой пузырьков минералки. -Что ж не будем ходить вокруг да около,-начала мисс Блэйк,-мы должны убедиться, что вы имеете представление не только о том, с какими сложностями можно столкнуться в такой ситуации, но и о способах решения возможных проблем. Она села на диванчик напротив Драко, закинув ногу на ногу. - Вы небезызвестный человек и, понаблюдав за вами, я заметила, что вам свойственна ответственная позиция в принятии решений. Поэтому вы, с большой долей вероятности, сделаете все, чтобы обеспечить комфортные условия для проживания ребенка. Они непрерывно смотрели друг другу в глаза, создавая тонкую нить связи и доверия. -Я хочу, чтобы вы больше слушали, чем говорили,-Амелия призвала к себе папку-планшет с бумагами,- малыша нужно окутать заботой, но нельзя забывать, что каждый человек нуждается в личном пространстве,- она устремила взгляд на Драко,-не старайтесь все и всегда контролировать. Малфой поёрзал в кресле, стараясь не выдать волнения. -А сейчас я задам вам несколько вопросов,-она пробежала глазами по листам пергамента,-итак, склонны ли вы к жестокости, агрессии? -Титул пожирателя смерти и эти качества не могут быть несовместимы,-Драко печально усмехнулся, сжав хрустальный бокал в ладони. -Бывшего пожирателя, - с готовностью парировала она. Драко удивленно нахмурился. Она сейчас пытается его оправдать? Абсолютно незнакомый человек. Обычно Блейз брал на себя это бремя и с удовольствием произносил данное словосочетание, когда Малфой в очередной раз начинал вспоминать свои «подвиги». Но всё же она это сделала, как и он. Смотря на то, как Малфой ушёл в себя, Амелия продолжила: - Относится ли к вам суждение: «Я уверен, что нельзя любить чужого ребенка больше, чем родного, более этого, чтобы стать приемным родителем надо обладать определенными личными качествами.»? Драко, поморщившись, отставил стакан. -Для меня брак никогда не был продиктован любовью. Я с детства знал, что мне придётся жениться на богатенькой чистокровной ведьме с громким именем, да и родительским вниманием детей аристократов не балуют. -Что вы хотите этим сказать? - изогнув бровь, спросила психолог. Драко потёр переносицу пальцами, и, прикрыв глаза, начал говорить: -Меня фактически вырастил домовой эльф, а родители относились ко мне, как к будущему лорду и старались не проявлять нежности. Драко вздрогнул, так как Амелия положила руку на его плечо. Он снова закрыл сознание окклюменцией, категорически запрещая самому себе полностью открываться психологу. Док одобряюще улыбнулась. -Мистер Малфой, мы здесь, чтобы не дать вам повторить ошибок ваших родителей и в будущем создать крепкую и любящую семью,-она ободряюще сжала его предплечье и продолжила сеанс,- воспитание ребенка требует терпения, выдержки и веры в удачу. Взаимодействия с ребенком могут быть осложнены вашими представлениями о семье, личной семейной историей и страхами самого ребенка,-Амелия закусила губу,-особенный подход потребуется в самый важный период вашей совместной жизни - в период адаптации. Но, как правило, все новоиспечённые родители вместе с малышами проходят период адаптации без проблем. Это период от первичного знакомства родителей с ребенком до ощущения ребенком того, что он полноправный член семьи. Этот период самый травматичный для всех членов семьи и самого ребенка. Он длится от полугода до трех лет. Драко округлил глаза от изумления. -В этом нет ничего страшного, - мягко улыбнулась она,-что ж, я думаю, мы закончили, вам осталось лишь дождаться письма от министра и договориться о встрече с юной мисс. Драко судорожно вздохнул и облизнул внезапно пересохшие губы. Коротко попрощавшись с Амелией, он попятился к выходу. -Кстати,-бросила вслед мисс Блейк,- ваш дом снова считается одним из самых безопасных мест во всем магическом Лондоне,- она подарила ему вежливую улыбку.