soul or destiny

      Ему чуть больше 17, как и всем его нынешним одноклассникам.       Это должна быть очередная поездка со всем классом, если не учитывать того, что Питер не знает и половины присутствующих в автобусе. Отсутствии сроком 5 лет — это не мелочи.       Нед сидел рядом и слушал свою музыку, а Питер пытался уснуть, потому что дорога была не близкой, а вчерашние прогулки по району в костюме казались вчера важнее сна. Крик. Пронзительный женский крик сквозь сон.       Нед дернулся от неожиданности, когда Питер подскочил со своего места. Первое, о чем подумал Паркер, услышав его, — что-то произошло в автобусе, пока он спал. Но поднявшись на ноги, увидел только удивленные взгляды школьников и никакой опасности.       Сердце колотилось как бешенное, ощущения, как будто кто-то пострадал по его вине.       — Эй, чувак, что с тобой? — беспокоился друг.       Паучок обвел ещё раз всех присутствующих оценивающим взглядом и присел на свое место.       — Что-то приснилось?       — Похоже на то. — пытаясь успокоится, ответил Питер.       «Это просто сон, тебе померещилось» — успокаивал сам себя парень, закрывая глаза — «Просто сон…»       «С меня хватит!» — снова женский громкий голос.       Паучье чутье работало во всю, Питер пытался понять, что вообще твориться. Он уже был на низком старте, пытаясь понять в какой стороне преступник, но лицо Неда не выражало страха, он, как и прежде кивал головой в такт музыке.       — Ты это слышал? — нервно спросил Паркер.       — Что?       — Ты это слышал? — повторил парень, пытаясь успокоить сердцебиение.       — Что именно?       — Крик! — всё больше нервничал Питер.       — Но никто не кричал, Питер. — не понимал парень. — Ты в порядке?       «Ты меня слышишь?!» — и снова крик и взгляд парня мечется по автобусу, но ничего.       — А сейчас?       — Никакого крика, — начал беспокоится друг, — ты уверен, что всё в порядке?       — Я слышу крик… голос… женский. — пытаясь отдышаться, говорил Питер.       — Что она говорит? — подскочил Нед, как будто Питер рассказывал очередную веселую историю, но Питеру не до смеха.       «Я потеряла абсолютно всё!», а после вой отчаяния, уж больно похож на волчий — услышал Питер и слёзы сами начали наворачиваться и мурашки побежали по коже.       Почему-то было четкое ощущение, что всё это происходит наяву, что этот голос не выдуманный им самим, после всего, что пришлось пережить. Как будто девушка сидела рядом и кричала.       Комплекс героя сработал на ура, подключив чувство вины и желание помочь. Но вот, никто, в зоне его досягаемости в помощи не нуждается. Сердце колотилось, а Нед только поглядывал обеспокоенным взглядом на друга, не понимая, что делать.       — Мне позвать медсестру? — суетился Нед, глядя на нервное состояние друга.       — Нет. — твердо ответил Питер, схватившись за руку друга, что пытался встать. — Не нужно.       Он пытался успокоится и понять, что же от него хочет этот голос, но ничего… больше никакого голоса за всю оставшуюся дорогу.       Оливия Вудлин была в отчаянии. Ей 22, а она потеряла всех, кого только можно.       Она прекрасно помнит день, когда на Нью-Йорк напали читаури. В тот день, она узнала, что такое потеря. В тот день, умер её лучший друг.       Она всё ещё помнит какого это. Часто видит картинку, что была в тот момент перед глазами: изодранное тело Джефа, от одной из тех глупых железяк с неба, в луже крови. Она хорошо помнит, ощущение от чужой крови на собственном теле, помнит ужас, которые охватил её тогда, помнит, как холодил метал в собственной раненой ноге.       В тот день она возненавидела Мстителей и всё, что с ними связанное.       Ей было сложно… сначала больница, а после похороны Джефа. Молодое тело в черном костюме в закрытом гробу.       Тогда погиб не только Джеф, погибло сотни людей, а Мстителям хоть бы что.       Она знала, что в отчаянии, но почему-то чувствовала, что станет только хуже. Именно поэтому, Питер не услышал её в тот день. Просто потому, что у неё ещё были силы жить.       А через несколько лет, их вовсе не стало.       Летающий пончик, о котором трубили все новости, забрал всё, что было.       И если бы всё её родные стали жертвами щелчка, в итоге, спустя 5 лет, всё было не так критично, но… Они стали пушечным мясом, напрасными жертвами, чья кровь на руках у Мстителей.       Маму сбила машина без водителя, когда та возвращалась с работы. Самолет с отцом вовсе не удачно приземлился на каком-то поле, после того, как почти все члены экипажа осыпались пеплом. Лучше бы её отец, думала Оливия, превратился в пепел, а не в кучку обгоревших костей, которые прислали ей и старшему брату для похорон. А он ведь просто летел на похороны своего старого друга детства, а приземлился на собственных.       Тогда девушка оказалась в больнице, но уже с нервным срывом. Это было начальной точкой её безумия. Тогда, она хотела поделиться своим горем со своим соулмейтом, который, скорее всего тоже пострадал из-за ситуации в мире. Но он не ответил… И у девушки теплила мысль, что у её человека всё же не всё так плохо. И первое время, это давало ей надежду.       Она вернулась домой, но не вернулась к прежней жизни, потому что, ничего из неё не осталось в настоящей. Друзья, или стали пеплом, или находились в таком же эмоциональном состоянии и просто не шли на контакт. Но рядом был брат, которому было сложно не меньше, чем Оливии.       Но спустя пару месяцев не стало и его. Ситуация в городе после всего этого была не из лучших, поэтому Томаса убили парни, которым уж очень хотелось поживится благосостоянием их дома. Оливия считает, что ей повезло, когда она отключилась, увидев тело брата, потому что не видела и не чувствовала того, что произошло после.       В тот вечер, когда она пришла в себя, её крик был слышен всему району, но не её Человеку, а в сторону всей команды прославленных Мстителей летели проклёны. Почему они это допустили?       После этого девушка больше месяца не выходила из дома, заколотив все окна и двери остатками соседского дома. Но есть что-то нужно было, потому что организм требовал. Она стала выбираться днём, на пару часов, на улицы. И так пока город не пришел в относительный порядок. 4 года относительно нормальной жизни — с паническими атаками, боязнью громких звуков и других людей. Каждую ночь крики в подушку и желание услышать голос в ответ, но ничего, даже ни малейшего намека. Она возненавидела Его, потому что или у него все отлично, или он стал пеплом, как и половина планеты.       Она тоже хотела бы стать пеплом в тот день, и не переживать всё то, что ей пришлось чувствовать. Хотелось легкого исхода, но не судьба…       Когда в новостях во всю говорили о смерти Тони Старка, ночью девушка впервые услышала своего соулмейта. Она чувствовала, как ему плохо, как он винит себя, как мечется из угла в угол. Но не ответила… Просто потому, что хотела, чтобы он хоть мгновение побыл в том состоянии, в котором находилась Оливия все эти 5 лет. Чтобы он понял, какого это…       И вот, спустя 5 лет, Тони Старк — мертв, а все вернулись к своим семьям, такими, какими были в последний день их встречи, но никто не вернулся к Оливии.       Она хотела бы стать такой как прежде, такой, как помнит её Джеф, мама, папа, даже если Томас. Она бы отдала всё, чтобы Томас был рядом с ней всё это время.       Она кричит, надрываясь потому что сил больше нет. Она потратила всю свою энергию, что была ей дана на долгую счастливую жизнь, на эти 5 лет одиночества и боли.       Она в последний раз обращается к соулмейту, ища хотя бы в этот раз поддержку.       Он ничего не отвечает, но она чувствует всё, что он ощущает в этот момент. Он просто напуган, бедный мальчик напуган, и Оливия заливается истерическим смехом, а после кричит так, как не кричала никогда в своей жизни теряя последние жизненные силы. Она выдохлась, у неё закончился заряд, села батарейка.       А Питер больше никогда не слышал голос в голове, как бы сильно пытался на него настроится. Он никогда не знал Оливию, да никогда бы и не узнал, потому что, не смотря на связь, которой их связала Душа, у них были разные судьбы.