А ты... Скучаешь?

       В небольшой комнате стоит дорогое кожаное кресло, стены выкрашены в темно-серый, а тяжёлый дубовый стол придавал серьёзности и даже мрачности. Солнечные лучи слабо проникают в комнату через длинные тёмные шторы.        Покорный слуга прибирался в кабинете, пока его Господин сидел в бержере, наполняя комнату дымом от сигареты. Мужчина с белыми волосами, длинной чёлкой и выбритыми висками, сидел в очках, затемняя ярко-алые радужки, держал в руках фотографии. На них был совсем юный мальчишка с высокой женщиной. На другой фотографии уже повзрослевший альбинос в спортзале. Между этими фото разница десять лет. За это время произошло так много. — Вы скучаете по ней? — раздался тихий голосок Кая, тихо подметающего деревянный пол. Дитрих сделал затяжку, выпустив дым, прикрыл глаза. В ответ — молчание. — Что вы чувствуете? — обеспокоенный взгляд упал на Господина. — Я не могу поверить, что её нет, — негромко сказал альбинос. — Мы всегда были вместе. Она вырастила меня, когда мои, слишком верующие, родители посчитали меня за дьявола, бросили меня. Она нашла мужество воспитать меня. Я её… Очень любил. Её не стало слишком рано. Мне стукнуло 14 лет, как после нового года её увезли в больницу. Она была на тот момент стара, лекарства стоили больших денег. Я брался за любую работу, лишь бы… Её спасли. — на секунду он замолчал, к горлу поступил ком, но он продолжил. — Я так мало говорил «я тебя люблю», звонил тоже редко… Она так любила, когда я рисовал. Ненавижу себя за это. На тот момент я ещё не понимал, что значит утрата. Просто не представлял, что делать дальше. Друзья с улыбкой рассказывали о своей семье. Я отвечал улыбкой, на в груди отдавалось болью. Тогда я думал:"хочу так же», но… Что поделать. Я жил, улучшал себя, выучился на модель, экономиста и сейчас… Я здесь, — тяжёлый выдох. — Зависть, штука плохая. Но это так круто иметь любящих родственников, — ухмылка.       Дитрих встал с кресла, направляясь к окну, открывая его и высовываясь, чтоб вдохнуть свежий воздух. Постояв так, он увидел внизу фигуру. — «Ох, точно, сегодня же в кино,» — вспомнилось немцу. Он подошёл к шкафу. — Значит, вы очень скучаете по ней? — Кай похлопал белесыми ресницами и поправил круглые очки. — Да, очень. Но… Жизнь такова, что… Люди уходят и приходят, главное не забывать их. И ещё. Надо иметь мужество жить, — он застегнул черную сорочку, накидывая сверху ветровку. Пройдя к двери, он посмотрел на рамку. — Я люблю тебя, спасибо за все, — тихо прошептал Кёллер, уходя за дверь.

Сегодня у него будет хороший день

.