Овощи, удирающие от кроликов.....

Дверь выбили смачным пинком. - Мне тут сказали, что ебанат из ордена Гусу Лань похитил славу Сяо Синченя! - Сюэ Ян увидел на стоящем к нему спиной Хуайсане белые одежды и возопил: - Это тыы-ы! Следом последовал град ударов, ибо Сюэ Ян нуждался в упражнении боевых навыков, а Сяо Синчень сегодня решил изобразить пельмешку. Дальнейшие события были описаны в летописях сорок, наблюдавших за действием в окошко, следующим образом: Сюэ Ян пиздит Хуайсана, Не Минцзюэ пиздит Сюэ Яна, стараясь не уронить головы и тем самым не упасть в пол лицом, Сяо Синчень, следующий за Сюэ Яном и доселе не отсвечивавший, не видит кого, но тоже пиздит - от него лично досталось всем. Цижень охуевает, и, по правде сказать, вхуеть обратно у него еще долгое время не получится. Его в пылу драки столкнули на кровать, та скрипнула вместе с Жоханем, которому стало тесно и который решился выползти на свет божий. - Сейчас я покажу тебе, как я умею заклинать, - оскалился Сюэ Ян, - и всю прелесть флешмоба покажу! С этими словами он приказал мертвецу что-то, и тот почувствовал в своем теле непривычное ощущение. Словно.... ну нет уж! Цижень вцепился в свой словарик и громко и быстро зачитывал его, продолжая лежать на кровати. А тем временем побитый ни за что Хуайсан выдал половину данной книжки экспромтом после очередного тумака от Синченя, пока Жохань, из последних усилий воли стараясь спрятаться под кровать обратно, вопил "я не хочу быть бабулей ордена Гусу Лань и подкатывать к Циженю!"... Жуткий рев за окном перекрыл все голоса в цзиньши. Это странная черно коричневая хрень бежала по только что убранной адептами дорожке, а вслед за ней стадо теряющих ошметки одежды и кожи страстных мертвячков. Цзиньи, только закончивший собирать грязь с той самой дорожки, глубокомысленно изрек: - Бляяяяять, ну сука да как так то! Что не день - то новое нашествие непонятного дерьма! А все этот Вэй Усянь виноват! Вэнь Нин, прекратив вопить, резко развернулся и побежал показывать мелколаню «кто это здесь дерьмо», мелколань взвизгнул и побежал со скоростью кролика-от-Циженя-со-сковородкой и с воплем "Я не то хотел сказа-а-ать!" Цижень не остался в стороне, высунувшись в окно до неприличия далеко и совсем уж несолидно заорав такую лексическую конструкцию (стр.словаря 312, второй абзац сверху), в которой цензурными были лишь слова "чистота", "дорожка" и предлоги. Впрочем, надолго он в цзиньши не остался и решил погулять... как можно дальше от Вэнь Жоханя, который явно намеревался посвятить благородного Лань Циженя в гомосексуалисты!! О небеса, вот почему Сюэ Ян так пакостно улыбался, творя заклинание! Лань Цижень убегал, стараясь выглядеть достойно и степенно, Жохань догонял, и Циженю пришлось ускориться... Вэнь Нин, чувствуя, что за ним бежит еще больше народа (ведь Цижень побежал за толпой мертвых), побежал еще быстрее, заставляя бедного Цзиньи лететь аки ракета, из-под ног летели камушки и трава, птички наблюдали за веселыми догонялками с веточек деревьев, а в цзиньши Лань Циженя произошёл забавный диалог. - Брат... а ты почему научился отборной юньмэньской брани, но не научился драться? - вопросил Не Минцзюэ, проводив долгим взглядом Жоханя и переключив внимание на младшего Не. - Аааа ээээ... зато я научился бегать, - выдал тот с милой улыбкой и, бочком добравшись до двери, развернулся и дунул прочь от приобалдевшего от такой наглости братца. Нет, ну форменное безобразие сегодня говорилось в ордене Гусу Лань!