Castle

I'm headed straight for the castle They wanna make me their queen And there's an old man sitting on the throne That's saying that I probably shouldn't be so mean Halsey — Castle

Он замер в ожидании посреди просторной и пустой гостиной, чьи огромные окна были закрыты плотными жалюзями с единственной целью защититься от репортёров. Все вещи уже перевезли, и лишь на красной голой стене висел большой экран, по которому без звука шли новости. Двое репортёров в торжественных нарядах вкратце пересказывали события последних трёх месяцев. Постучали о косяк двери. — Вы готовы? — спросил коммандер Фокс. Оби-Ван кивнул, затем выключил телевизор и вышел вслед за Фоксом в пустой коридор. В здании Республики 500 было пустынно, — все те, кто жил здесь, были приглашены на церемонию и отбыли заранее. Оби-Ван в белом мундире с длинным белым плащом, в плотном окружении отряда клонов в красно-белых доспехах, церемонно шагал в сторону открытого ангара, и звук их шагов тонул в плотном ковре. Здесь было так спокойно и тихо; в здание не пропускали никаких журналистов, которые порядком утомляли — за последнюю неделю Оби-Ван откровенно устал от них, и ему хотелось насладиться этим спокойствием в последний раз перед тем, как он окажется снаружи. Когда они дошли до двери, отделяющей их от ангара, Оби-Ван замедлился и остановился. — Сэр? Он замялся, хотя знал, что выбора у него сейчас нет. Тем не менее он желал ещё немного оттянуть этот момент, ещё чуть-чуть побыть в тишине и покое. Затем он глубоко вздохнул и кивнул. Дверь открылась; Оби-Ван на секунду был ослеплён ярким полуденным солнцем и торжественным гудением в Силе; однако он гордо выпрямился, поднял голову и ровным шагом направился в сторону готового ко взлёту шаттла новой модели. Его треугольные крылья были сложены вместе кверху; рядом же стояло четыре одноместных истребителя, что будут его сопровождать. Под шум ветра, щелчки затворов камер и гул зависших над ними журналистских дронов Оби-Ван вместе с частью солдат поднялся на шаттл, не позволяя себе расслабляться. Закрылась за ними рампа, пилоты заняли свои места, Оби-Ван сел в довольно мягкое пассажирское кресло. Завелись моторы, и их маленькая процессия поднялась в воздух и медленно направилась в сторону бывшего Храма Джедаев, что теперь стал Императорским дворцом. Три месяца назад, когда джедаи пришли арестовывать его, он едва не погиб. Однако Энакин спас его и успел хотя бы немного залечить его глубокую рану в боку, не давая ему умереть. И когда Оби-Ван, преодолевая боль, поднялся и увидел, что Палпатин был готов добить безоружного магистра Винду, он понял, что должен сделать хоть что-то. Три месяца назад он убедил ситха пощадить джедаев в обмен на собственную публичную поддержку в его пользу. И Палпатин согласился. Он знал, что победил в своей игре, и теперь нужно было думать о новых целях. Их с Оби-Ваном открытые разногласия по политическим вопросам всегда играли на руку им обоим. Сейчас же, если Оби-Ван публично встанет на его сторону, народу будет легко принять идею о том, что джедаи оказались предателями и что единственный выход из ситуации — создать Империю и обезопасить себя от любых посягательств на власть. Три месяца назад Оби-Вану показалось это хорошей идеей. Три месяца назад джедаям был дан выбор — уйти живыми или остаться, но отречься от учений Ордена и присягнуть на верность Императору и трону. Магистр Йода с великим трудом принял поражение, но согласился увести джедаев при условии, что они заберут с собой все архивы и накопленные знания, хранящиеся в Храме. Когда Оби-Ван попросил, Палпатин согласился и на это. Джедаи, за исключением тех немногих, кто решил остаться, постепенно покинули Корусант и территории Империи, где их немедленно объявили вне закона. Оби-Ван вступился и за Энакина. Он не хотел, чтобы юноша принимал Тёмную сторону и умолял его уйти вместе с джедаями, но тот отказался и принял предложение Палпатина стать его учеником. Оби-Вану это разбивало и согревало сердце одновременно; а каждый раз, когда они с Энакином виделись, юноша всегда счастливо улыбался и продолжал повторять ему, что всё будет хорошо и что он не жалеет о своём выборе. Оби-Ван выглянул в окно шаттла, вниз — на главных авеню собрались десятки тысяч корусканцев и прочих приезжих, что прибыли на церемонию. Они кричали и махали пролетающему мимо них шаттлу, и Оби-Ван чувствовал в Силе мощные волны восторга и восхищения, что резко контрастировали с его собственным, немного рассеянным настроением. Три месяца назад он убедил Шива пощадить джедаев. А немногим позже в народе и прессе начали зарождаться идеи о том, чтобы сделать его императором наравне с Палпатином. Очевидно, вдохновлённые примером Мелиды/Даан, где правителей было двое, а не один, как это было обычно принято, бывшие республиканцы решили, что было бы неплохо перенести их семейные узы на государственный строй. Когда Оби-Ван говорил о поддержке народа, он не ожидал, что она окажется настолько… Настолько большой. Палпатин не стал противиться идее, а даже наоборот. Они с Оби-Ваном вновь сели за стол переговоров и долго обсуждали ситуацию. И пришли к соглашению: технически у них будут равные права, и на всех государственных документах должны стоять подписи их обоих, но за Палпатином остаётся решающий голос в случае кризиса и командование армиями. Пока Шив Палпатин и Оби-Ван Кеноби будут находить компромиссы, система будет работать как часы. Здание бывшего Храма джедаев неумолимо приближалось. Оби-Ван уже мог видеть широкий проход к парадной лестнице, красный ковёр и ровные ряды клонов вдоль него, отделяющие центральную часть от несметной толпы наблюдателей. Когда они подлетели ближе, толпа зашевелилась, словно живое море, и волной повернулась сначала в его сторону; а затем наоборот, хлынула в сторону центрального входа, откуда показалась другая маленькая процессия. Палпатин, в таком же белом мундире с белым плащом, за ним чёрное высокое пятно Энакина и десять солдат в белых с красным доспехах. Все вместе они начали медленно спускаться по лестнице под ликующие возгласы толпы. Оби-Ван невольно усмехнулся — Энакин наотрез отказался надевать белое, но, пожалуй, это было даже к лучшему. Он не мог не признать, что эта процессия выглядела очень эффектно даже с высоты полёта. За долгие годы многое изменилось: прошла война, не стало Ордена джедаев, тысячелетиями служившего Республике; сама Республика стала Империей. Но любовь Палпатина к постановкам и церемониалу была всё так же сильна. Ему вдруг подумалось, что предстоящая церемония коронации будет очень похожа на их давнюю свадебную церемонию. Точно так же, как и много лет назад, им придётся, взявшись за руки, пройтись по ковровой дорожке до алтаря и принести клятвы верности друг другу и Империи. Шаттл Оби-Вана мягко приземлился. Оставалось всего несколько последних мгновений перед тем, как ему предстоит выйти наружу. Он сделал глубокий вдох, поднялся и оправил на себе свой мундир, который вскоре будет украшен красной лентой наискосок — символом императорской семьи. Когда опустилась рампа шаттла, он, оглушённый криками толпы и ослеплённый ярким сиянием полуденного солнца и вспышками фотокамер, улыбнулся и спустился на красную дорожку навстречу своему супругу и Императору.