Полюби меня, разгадай меня

Поцелуй болезненный, жгучий, горький. У Кинга внутри все беснуется и рвётся. Тянется вперёд, ближе, теснее. Если бы мог - вплавился в Рама, проник в каждую клеточку запутанного сознания, заполнил собой целиком. И так больно внутри от этого. Так хорошо, до боли счастливо, но не-п-ра-виль-но. Хочется отстраниться, уйти, дать столь необходимое Раму пространство, но. Его рука крепко держит за голову, давая сделать лишь один вздох, чтобы потом вновь слиться воедино. Чтобы чужие губы, руки, ноги. Чтобы жгучими поцелуями по ключицам и трясущимися пальцами по плоскому животу. Языком по давно манящей татуировке за ухом, а мыслями так далеко, чтобы позволить сладкому моменту единения продолжаться настолько долго, насколько возможно. Кингу так хорошо и так больно. Рам стирает слезинки с уголков глаз и обнимает крепко, пряча, обещая позаботиться и защитить. Кинг едва не воет, комкая в руках чужую водолазку. Ему так. Сильно. Нужно. Нужен. И он рядом - только руку протяни, но собственное сознание будто играется, предостерегая, останавливая, лишая столь необходимых крох уверенности сделать последний шаг. — Я просил тебя уйти, - шепчет едва успокоившись Кинг в широкую теплую грудь, - я просил. Кингу интересно. Так интересно, так невозможно сильно. И потому страшно до безумия, что поломает собой, разгадает, оставит ни с чем. И выбросит. А ведь Рам прекрасный. Милый, чудесный, наивный Рам, в котором безграничная забота переплетается с прорвой смущения и застенчивости. И Кингу страшно. Ведь ему так сильно хочется. Всего и сразу. Рама. Целиком. В безграничное пользование и с доступом к разгадыванию головоломок в его разуме двадцать четыре на семь. Рам не знает на что соглашается. Кинг больше не может найти сил, чтобы прошептать "БЕГИ".