Любовь в клетке

Ибо едва ли не рычал от раздражения и беспокойства, вдавливал педаль в пол и нарушал всевозможные правила дорожного движения. Несколько минут назад ему позвонили из учреждения, которое занималось продажей молодых вампиров. Ему учтиво сообщили, что его раб сбежал. Крепче сжав руль, Ибо тем не менее не терял равновесие на дороге и мастерски объезжал все препятствия. Он не должен был позволять Чжаню сбежать от него, не должен был так легко отпускать, ведь знал, чем всё закончится. Эти вампиры следили за всеми, у них глаза и уши были по всей стране. Неудивительно, что они нашли Чжаня так быстро. Вина осела где-то в районе лёгких давящим чувством. Это ведь только Ибо относился к Чжаню как к равному, а те вампиры церемониться с ним не желали. Никакого снисходительного отношения не будет, ведь это их «товар». Так как они продали его Ибо, они думают, что Чжань сбежал от своего хозяина, и вызвали его, намереваясь вернуть. В кратчайшие сроки Ибо добрался до нужного места. Машину он даже не припарковал, остановился у самой двери и забежал внутрь, забыв даже закрыть её. В его случае каждая секунда промедления отражалась на состоянии Чжаня. Он знал чувство юмора этих людей и ни на секунду не желал оставлять Чжаня вместе с ними. Беспокойство съедало его слишком сильно, а ведь он вообще не должен был беспокоиться о самочувствии Чжаня. Тот уже доказал, что готов сбежать от Ибо при любой попавшейся возможности, несмотря на то, что он удерживал его рядом с собой насильно, чтобы уберечь. И всё же Ибо не мог задавить в себе беспокойство и сомнительное чувство ответственности за Чжаня. Ворвавшись в подобие гостиной комнаты, Ибо первым делом заметил Чжаня, лежащего на высоком столе животом вниз. Его запястья были скованы наручниками за спиной, лодыжки тоже. Наручники выглядели тяжёлыми, явно были настоящими, а не подделкой из секс-шопа. Пару наручников на руках и ногах соединяла короткая цепь, которая вынуждала Чжаня держать ноги согнутыми в коленях и не давала их вытянуть. Более того, Чжаня лишили возможности говорить, вставив в рот кляп в виде большого красного шарика, чтобы вампир не мог сомкнуть губы. Единственное, что он мог — мычать и стонать через кляп. Всё его тело дрожало, он дёргал руками в неудачных попытках освободиться, но с наручниками ему было никак не справиться. Он был ещё слишком слаб для вампира, так как обратили его совсем недавно, поэтому он не мог разорвать цепь и был способен лишь покорно лежать на столе без возможности пошевелиться, словно украшение комнаты. Чжань не мог даже дёрнуться, так как стол был очень узким, и любое резкое движение могло отправить его на пол. Ни на секунду не останавливаясь, Ибо подбежал к Чжаню и руками разорвал цепь, скрепляющую двое наручников. Чжань с громким стоном распрямил ноги. Неизвестно, сколько он пролежал в таком положении, но мышцы определённо сильно затекли. В следующее мгновение он нащупал застёжку на пошлом красном кляпе и тут заметил слёзы на щеках Чжаня. Это ввело Ибо в ступор. Несмотря на то, как Чжань хотел сбежать от него и в каком стрессе пребывал из-за похищения и обращения в вампира, он ни разу не плакал при Ибо. А сейчас он едва ли был похож на себя — таким разбитым он никогда не выглядел. Похитители не просто его связали, но и постарались максимально унизить этим действием. Видеть его в таком уязвимом виде было невыносимо. Наконец справившись с застёжкой, Ибо вынул кляп изо рта Чжаня. Шарик был настолько большим, что Чжань даже не мог сомкнуть губы, а слюна едва ли не лилась изо рта. Челюсть у него свело настолько сильно, что он был не в состоянии даже что-то сказать. — Чжань-гэ, я заберу тебя отсюда, — растерянно произнёс Ибо, слабо представляя, как мог помочь. Повернувшись к двум присутствующим вампирам, которые, скорее всего, и связали Чжаня, Ибо, вновь ощутив в себе возрастающую злость, холодно потребовал: — Дайте мне ключи от наручников. Двое, что с удивлением наблюдали за происходящим на их глазах, не сдерживали смех, но один из них всё же достал ключи из кармана и подкинул их в воздух. — Он же ничего из себя не представляет. У него даже нет сил, чтобы справиться с наручниками, — усмехнулся второй. Поймав ключи, Ибо спешно расстегнул наручники сперва на руках, а после на ногах Чжаня. Больше всего ему сейчас хотелось разорвать этих вампиров в клочья, но он знал, что у него не хватит сил справиться со всеми, ведь здесь было полно охраны, а если его схватят, то Чжаню уже точно никто не поможет. Отшвырнув наручники в сторону, Ибо аккуратно перевернул Чжаня на спину. Тот продолжал плакать и всё ещё не мог сомкнуть губы. Несмотря на освобождение он не спешил подниматься на ноги. — Потерпи, я о тебе позабочусь, — сказал Ибо Чжань не был способен встать на ноги, поэтому Ибо, не задумываясь, поднял его на руки, крепко прижимая к себе. Даже не посмотрев на других вампиров и игнорируя их насмешливые и удивлённые взгляды, он вынес Чжаня из здания. Возле машины всё же пришлось поставить его на ноги, чтобы открыть её. — Почему они это сделали? — тихо спросил Чжань. Ибо придерживал его за плечи, позволяя опираться на себя, опасаясь, что Чжань мог не устоять на ногах самостоятельно. Он понимал, какими мыслями ориентировались его сородичи, но не мог объяснить это Чжаню. — Я больше не позволю им ничего с тобой сделать, — пообещал Ибо и рукавом вытер слюну с подбородка Чжаня. Ему вроде должно было стать легче после того, как он вытащил Чжаня из лап тех ублюдков, но его самого едва ли не трясло от увиденного. А Чжань вдруг обнял его, обхватил его талию, не в силах поднять руки выше и вжался носом в плечо. Ибо оставалось лишь притянуть его в ответ для объятий. — Поехали домой, поваляешься в ванне. Я приготовлю что-нибудь, — тихо произнёс он, но не спешил отпускать Чжаня. За критически короткое время Ибо привязался к Чжаню и уже не мог оставить его. Он понимал, что Чжань не желал такой жизни, не хотел быть запертым в золотой клетке несмотря на то, что Ибо создавал ему комфортные условия для проживания. И всё же это был единственный выход из их сложной ситуации, чтобы не рисковать физическим состоянием Чжаня. И Ибо собирался взять на себя ответственность за сохранность его жизни.