Сильнейшая фея

За окном слышен звон прекрасных птиц, доносится чарующий запах цветов и слышаться звон первых падающих капель утренней росы. С этими прекрасными природными явлениями пробуждается не менее прекрасная фея природы Сильвия. Хороший сон дал её заряд бодрости, и она готова вновь покарать вершины. Вот только, она просыпается на подозрительной мягкой кровати и запахи цветов кажутся такими знакомыми. Будто у мамы в оранжерее. Зевнув, девушка полноценно открывает глаза и впадает в ступор. Она просыпается в своей собственной комнате на родной планете Линфея. Эти розовые обои, эта удобная зелёная кровать, обилие цветов и растений… Она сразу же узнаёт свой дом. «Но как же так? Я же засыпала у папы на планете Земля! Как же я смогла очутиться на Линфее? Может, меня забрала мама?» ─ подумала про себя Сильвия, позвав свою мать. «О, милая, ты уже проснулась? Рано ведь ещё… С добрым утром! А я почти приготовила твои любимые бутерброды с корневищем цитона и лепестками азалии», ─ сразу же пришла Флора. «Мама, доброе утро. А почему я здесь? А как же папа? Я же была на планете…» ─ хотело было продолжить Лия, но вспомнила, что ничего не говорила маме. «Я узнала, что ты на Земле и забрала тебя домой. Советую забыть о том, что ты была на этой планете и видела своего отца», ─ улыбка спала с лица прекрасной феи природы. «Но как же? Я наконец-то узнала, кто мой папа! Получается, ты мне не рассказывала о нём, так как раньше он был преступником?» «Что значит «раньше»? Он и сейчас таковым является, поэтому не стоит никому о нём говорить, если ты не хочешь, чтобы его вновь заморозили во льдах Омеги». «Мама, он изменился! Я видела, как он работает, где живёт, с кем живёт, как покупает продукты и общается с людьми. Я бы в жизни не подумала, что он злодей. Он отрёкся от Чёрного Круга и уже не является злодеем. Почему ты забрала меня? Я же собиралась ночевать у папы». «Забудь об этом. Со своим отцом ты больше не увидишься». «ЧТО?!» ─ возмутилась Сильвия, встав с кровати. «Так будет лучше для всех. Кто знает, может он ночью начнёт на тебя засматриваться и сделает что-нибудь…» «Мам, тот факт, что он тебя изнасиловал не гарантирует, что он будет и на меня засматриваться. В конце концов я его ребёнок, не думаю, что он любитель подобного. Тем более, он искренне жалеет и винит себя за то, что поступил с тобой так много лет назад». «Откуда ты знаешь про это?! Неужели, у него хватило стыда такое рассказать тебе? О Великие природные духи, ты ведь даже не совершеннолетняя. Он никогда не понимал, что стоит говорить, а о чём следует умолчать», ─ прикрывая щёки от стыда, злилась на Анагана Флора. «Потому что я попросила, и он мне всё рассказал. В отличие от тебя, он от меня ничего не скрывает и говорит чистую правду. Я это очень ценю». «А с чего ты взяла, что он тебе говорил правду? Он же тёмный маг, мог легко запудрить тебе мозги и смог заставить тебя поверить, что он такой хороший». «У него на глазах всё было написано, я верю, что он не такой плохой. Мам, я понимаю, что у вас с папой произошла такая неприятная ситуация, но, если бы не она, меня бы сейчас не было. Ты не можешь забыть об этом, папа тоже себя винит. Вы бы могли поговорить и помириться. Когда я ему рассказала, как к нам тут относятся, он даже предложил переехать к нему. Мне кажется, это было бы замечательно для тебя. Ты бы избавилась от этого клейма и жила бы счастливо. На Земле твою оранжерею оценили бы гораздо лучше и прибыльнее». «Я к нему? Ты с ума сошла? После всего того, что он сделал? А что о нас с тобой линфейцы подумают? Как мы можем бросить родную планету? Как ты вообще можешь об этом думать?» «Мама, хватит думать о других, о прошлом! Хватит! Подумай о себе и о своём будущем! Здесь его нет! Я тоже люблю Линфею и не хочу отсюда уезжать. Но ещё сильнее я хочу, чтобы ты была счастлива. Я тебя очень люблю и хочу, чтобы ты прожила свою жизнь как можно лучше. Папа любит тебя, по нему это было видно. Я думаю, он сможет исправиться и сделать тебя счастливой. Ведь, в отличие от короля Гелии, он никого не любил кроме тебя». «Сильвия, а с чего ты взяла, что я захочу с ним жить? Я не собираюсь иметь с ним ничего общего и тебе запрещаю». «Нет, с папой ты мне видеться не запретишь. Я хочу и буду с ним видеться! Но почему ты с ним жить не хочешь? Из-за прошлого? Или ты его не любишь?» «Сильвия, что это за протесты?! Что за вопросы? Это Анаган тебя этому научил? И вообще…э, это взрослые темы и тебе в них не стоит лезть», ─ начала отводить в сторону глаза мать Сильвии. Девушку это сильно разозлило, и она подошла к маме, потянула её за руку и заставила смотреть прямо в глаза. «Смотри мне в глаза и скажи, что ты не любишь папу». Флора опешила. Именно так 17 лет назад Анаган требовал от неё ответа. Именно так, именно на этот вопрос. В своей дочери она на секунду увидела того мага, который не давал ей покоя. У неё стали набегать слёзы от воспоминаний, она отвела взгляд в сторону и пыталась не заплакать. «Кажется, я в некоторой степени начинаю понимать папу. Меня тоже бесит, когда ты не можешь дать чёткого ответа и пытаешься уйти от вопроса. Но зачем так делать? Зачем ты убегаешь от правды? Ты же сама себе делаешь только хуже!». «…» «Знаешь, мам. Делай, что хочешь. Если тебе нравится здесь жить, мучится и страдать живи так дальше, дело твоё. Я специально пошла в Алфею чтобы изменить свою судьбу и найти своё призвание. И я добьюсь славы и признания, я стану могущественной феей даже с этими наручниками. Я собираюсь изменить свою жизнь к лучшему, но ты, похоже, нет… Открой мне портал, мне нужно возвращаться в Алфею, скоро начнутся занятия». «М…может хотя бы бутерброды с собой возьмёшь?» ─ дрожащим голосом спросила Флора. «Хорошо, давай», ─ выдохнув, попросила Сильвия. Флора упаковала еду, положила туда сок и отдала дочери. Та поцеловала маму и поблагодарила. «Сильвия, я за тебя очень переживаю. Я боюсь, что из-за отца ты свяжешься с чёрной магией и у тебя появятся проблемы. А если кто узнает о нём…» «Не переживай за меня, мой отец останется в секрете. Но видеться я с ним буду, можешь даже не пытаться меня остановить. Мама, я понимаю, что ты пережила и я понимаю, как тебе не просто принять папу. Но ведь он тоже страдает от этого. Вы бы могли перестать мучать себя. Хотя, это ваше дело. Пока мам, люблю тебя», ─ сказала Сильвия и прошла через портал. Когда тот растравился, Флора тяжело вздохнула, и сама себе сказала: «Я знаю, тебя бесполезно переубеждать, упёртая, как и отец. Ах, Анаган, и что мне делать. Может, она права?» В Алфее Эмма собирала вещи и уже хотело было выходить из комнаты, как в неё неожиданно зашла Сильвия. Голубоглазая на секунду потеряла дар речи и выронила учебники из рук. Когда фея звука наконец-то сообразила, что к чему, она тут же с визгами кинулась на подругу: «Лия! Ты вернулась! Я так за тебя переживала! Где ты была? Я боялась, что ты уже не вернёшься!» «Эмма, ты как всегда излишне накручиваешься себя. Ничего со мной не случится. Сейчас я возьму учебники, мы пойдём в класс, и я тебе всё расскажу». Только девушки зашли в класс, феи тут же накинулись на Сильвию с вопросами о том, где она была. На ходу та придумала, что гналась за виновниками происшествия в Алфеи, те неожиданно открыли какой-то портал, она потеряла сознание, а проснулась уже дома в Линфеи. Все ей поверили. Только Элионора с Ребеккой не вставали с парт. Принцесса призналась, что надеялась, что фея природы не вернётся. Сильвия лишь посмеялась и не стала обращаться на эту стерву слишком много внимания. После уроков Сильвия с Эммой вернулись в свою комнату. На столе феи природы лежала какая-то записка. Прочитав её, она предупредила Эмму, что ей нужно будет уйти ненадолго, но она скоро вернётся. Ничего не понимающая фея звуков лишь успела кивнуть головой, прежде чем Лия исчезла с её поля зрения. В записке от неизвестного автора было сказано, чтобы она вышла за пределы Алфеи и проследовала за красной сферой. Убедившись, что никто ничего не видит, она сделала это. И правда, с боку от ворот её ждал красный шар, который повёл её лес. Сильвия сильно насторожилась, решила заранее перевоплотиться и полетела следом за ним. Она долго летела в глубь самого леса, пока не наткнулась на сгнившее дерево. Повертевшись, Сильвия никого не обнаружила. Она хотела было уйти, как вдруг сзади послышался звонкий мужской голос: «Ну привет, красотка».