К общему знаменателю

— Я никуда не поеду, — с порога заявил Магнус. — Что? Почему? — удивился Алек. — Потому что я не могу! — Не можешь что? — Не могу выйти из дома, — нервно сообщил Бейн, заламывая пальцы. — Нога разболелась? Мазь не помогает? — тут же забеспокоился брюнет, без лишних вопросов протискиваясь мимо азиата и затаскивая его следом. — Садись, я посмотрю. — Нет, Алек! Нога в порядке, правда, — спешно заверил его Магнус, с тревогой выдергивая забинтованную щиколотку из ловких рук Лайтвуда. — Уже почти не болит, я даже сам спокойно хожу — вот, гляди, — он демонстративно прошелся по коридору, припав на больную ногу всего пару раз. — Молодчина, — похвалил его Алек с улыбкой на лице. — Ещё дней пять и будешь как новенький. — Не уверен, что в этом есть хотя бы сотая часть моих заслуг, — заметил парень. — Это всё благодаря тебе. — «Как сказать всего одну фразу так, чтобы человек почувствовал одновременно и гордость, и стыд», — фыркнул Алек. — Серьёзно, тебе стоит написать справочник по психологии. Можешь даже оставить название. — Я не это имел… — Я даже куплю один экземпляр, только чур с твоим автографом. — Ну, прекрати, — поморщился Магнус. — Тебе тоже надо публиковаться параллельно мне. «Как заставить человека испытывать чувство вины за то, что заставил испытывать чувство вины тебя. Советы от бывалого манипулятора». — Я возьму тебя в соавторы, потому что именно это я сейчас и делаю — испытываю чувство вины, — рассмеялся Алек. — Шалость удалась, — заключил Магнус с хитрой улыбочкой и прошел на кухню. — Кофе? — Ты не отвлечешь меня своим гостеприимством и радушием, — недовольно сказал Алек. — Я всё ещё не слышу убедительных аргументов по поводу того, почему мы должны сегодня остаться дома. — Я не говорил «мы», — живо возразил Магнус. — Я сказал «я». Ты вполне можешь пойти и без меня. — Хватит нести чушь, — нетерпеливо бросил Лайтвуд. — Либо мы идём вместе, либо никто никуда не идёт. — Ты не оставляешь мне выбора, — предупредил Бейн и тут же разлëгся на полу «звёздочкой», раскинув руки и ноги в разные стороны. — И что это такое? — с интересом хмыкнул Алек. — Моё занятие на сегодняшний день, — отозвался он. — Любишь медитировать? Присоединяйся. — Я больше люблю гулять и дышать свежим воздухом, — решительно сказал Алек. — На улице, понимаешь? — Я тоже. — О, неужели? — Вообще-то да. Только сегодня я пас, — вздохнув, с сожалением признался Магнус. — Ну так почему? Я сегодня услышу вменяемый ответ? — Потому что… — Ну? — Мне нечего надеть. — Ты издеваешься?! — не поверил Алек. — А похоже? — лицо Магнуса выражало глубочайшее оскорбление. — Тебя что, Иззи покусала? В каком это смысле «нечего надеть»? — В том самом, Алек. У меня некоторые проблемы с гардеробом…       Лайтвуд встал и решительно направился к шкафу. Сколько раз он уже слышал эту фразу от своей сестры и столько же раз проблема оказывалась и на десятую часть не такой серьёзной, как она описывала. Он заглянул внутрь и удивлëнно присвистнул. — А… Где твоя обычная одежда? — Понятия не имею, — искренне ответил Бейн. — Как это? Это ведь твой шкаф? — Алек чувствовал себя по-идиотски. — Очевидно, что мой, — с сомнением протянул Магнус. — И ты не знаешь, куда из него подевалась значительная часть твоих вещей? — Я понимаю, как это звучит, — сокрушëнно сказал азиат, — и как выглядит — тоже. Просто… — Просто у тебя очень весёлые друзья. С юмором, — понимающе усмехнулся Алек и придирчиво оглядел содержимое шкафа. Все скучные и темные штаны-футболки-рубашки бесследно исчезли, являя взору лишь цветную половину, от знакомства с которой Магнус прямым текстом отрёкся ещё в прошлый раз. — Да, — Бейн облегчённо вздохнул, натягивая на лицо улыбку. — Так и есть. Эй, ты что там делаешь? — в лицо ему прилетели дизайнерские брюки насыщенно-хвойного цвета. Следом легли небесно-голубые джинсы с немыслимым количеством прорезей на штанинах. — Давай, не заставляй меня самостоятельно вытряхивать тебя из домашней одежды. Примерь! — Вот это вот?! — Магнус подскочил и приложил к своим ногам джинсы с разрезом. — Серьёзно? Ни в коем случае, Алек, блин! — он яростно засверлил глазами Лайтвуда. — Со стороны кажется, что размерчик немного не твой, — не обращая на него внимания, засомневался брюнет, но уже через секунду махнул рукой. — Ладно, посмотрим. В конце концов, как-то же эти вещи оказались в твоём гардеробе? — Лучше тебе не знать, — проворчал Магнус, с таким презрением глядя на светло-голубую ткань, что, будь она человеком, немедленно покончила бы жизнь самоубийством от осознания своей никчемности. — Никогда ещё так не жалел, что я не могу воспламенить их взглядом. — Абсолютно бездарная трата магических способностей. Я бы лучше телепорт выбрал, — осуждающе заявил Алек. — К тому же тогда тебе пришлось бы идти в этих растянутых спортивках, а фотовыставка — совершенно не то место, где можно появиться в таком виде. — Зачем выбирать, если можно иметь и то, и другое, — буркнул себе под нос азиат и поплелся в другую комнату переодеваться.       Алек терпеливо ждал, когда тот вернётся, и едва удержал челюсть, увидев смущенного парня в проходе. — Ого! Нет, размер явно твой, — с восторгом произнёс брюнет, подзывая к себе парня поближе. — Потрясно сидят. И чего ты нос воротил? — Они же рваные! — с непониманием посмотрел на него Бейн. — Это специальные дырки, а не случайные! Ангел правый, а я ещё думал, что это я ничего не смыслю в моде, — Лайтвуд покачал головой. — Повернись-ка.       Магнус медленно крутанулся вокруг своей оси. — Ты погляди-ка! Да у тебя и задница есть, — хихикнул Алек, с интересом скользнув по обтянутым джинсовой тканью ягодицам. — Это потому что светлое визуально увеличивает, — объяснил раскрасневшийся от комплимента азиат. — Начинаю понимать, почему ты их когда-то купил, — одобрительно хмыкнул брюнет. — Что? Реально горячо выглядишь. Все девчонки будут твои. — Какое счастье, — саркастически выронил Магнус. — И парни тоже, — игриво донёсся из-за дверцы шкафа голос брюнета, и азиат был готов поспорить: Алек недвусмысленно дернул бровями. — Ты что, заигрываешь со мной? — с подозрением спросил он, сложив руки на груди. — Я? — искренне удивился Лайтвуд. — Нет. — А вот и да. — Может, самую малость, — признался парень, виновато улыбаясь. — Как тебе это? — На фоне джинсов, при пошиве которых явно сэкономили на ткани, очень даже терпимо, — согласился Магнус, разглядывая темно-бордовую рубашку с вырезом до середины груди. — Терпимо? Даже несмотря на то, что она розовая? — прищурился Алек. — Она не розовая, — оскорбился Бейн, — а вишнёвая. А есть ещё что-нибудь? — Есть ещё вот такая… светло-зелёная. — «Светло-зелёная», — азиат закатил глаза, — это аквамарин. Давай сюда. — Ещё десять минут назад я всерьёз думал, что эти шмотки тебе подкинули, — удивленно сказал Алек. — Каюсь, маэстро — всемирно известный колорист Магнус Бейн. Ваш никуда не годный стилист преклоняется перед вашими познаниями. Откуда ты взялся такой прошаренный? — То, что я обычно не ношу такую одежду, не означает, что я не в курсе, как называются все эти цвета, — проворчал Магнус. — А ещё я могу отличить поло от лонгслива и хенли — в средневековье меня за такое сожгли бы на костре, как и за такие слова, в общем-то. — А теперь я начинаю тебя немного побаиваться. Но я всё равно впечатлён, — Лайтвуд посмотрел на него изумлённым взглядом. — Откуда ты всё это знаешь? — Жизнь заставила, — печально произнёс парень, стащил домашнюю футболку через голову и влез в парадную. — Терпимо, — вздохнул он, посмотрев на себя в зеркало. — Алек, ау?       Брюнет слегка завис на оголившемся на несколько секунд торсе, оценивающим взглядом скользнув по развитым бицепсам и милым ямочкам на пояснице. Он словно очнулся, когда обзор ему перекрыла опустившаяся светло-бирюзовая ткань. — Что? — переспросил он, со стыдом осознавая, что ужасно палится перед предметом своей симпатии. — Мы ещё куда-то едем или уже нет? — Магнус сразу заробел, не понимая, почему Алек перестал на него смотреть. — Конечно, едем! — Лайтвуд сразу засобирался. — Думаешь, я бы дал пройти тебе через такое унижение просто так? — поддразнил он и пропустил азиата вперёд.       Он бы ни за что не признался, что на пути к машине смотрел вовсе не на спину впереди идущего парня.

***

— Это потрясающе, — искренне произнес Бейн, переходя от одного стенда к другому.       Фотовыставка представляла собой работы малоизвестных фотографов, которые хотели бы показать своё творчество другим людям и, возможно, вызвать интерес профессионалов или какого-нибудь пиар-агентства.       Большую часть посетителей выставки составляли сами фотографы, судя по мощной аппаратуре, висевшей у них на шее. Были и критики — серьезные мужчины и женщины, что-то долго рассматривающие на холстах, после чего быстро строчащие на своих планшетах. — Кого они фотографируют? — поинтересовался Магнус, останавливаясь возле чёрно-белой фотографии молодой женщины в светлой сорочке, зависшей в воздухе. Скорее всего, съёмка производилась в процессе её падения. Лицо девушки не выражало совершенно никаких эмоций, а руки были направлены вверх, словно она пыталась за что-то ухватиться. «Исполненная мечта» гласило название, и азиат силился понять, что именно этим хотел сказать фотограф. — Родных, друзей, — пожал плечами Алек. — Просто незнакомых людей. Кого угодно. Мне нравится эта работа, точнее, то, как её видит автор. — Ты уже был здесь? — проницательно спросил Бейн, оглядываясь на него. — И да, и нет, — загадочно улыбнулся Лайтвуд, и парень не стал до него докапываться. — Почему исполненная мечта должна выглядеть именно так? — нахмурился Магнус. — Разве человек не начинает мечтать о чём-то другом, если исполняет прежнюю? — У тебя есть мечта? — спросил в ответ Алек. — Мечта? — Бейн задумался. — Наверное, нет, — с грустью сказал он. — Раньше была, но потом её заменили мелкие и эгоистичные желания.       Он вдруг понял, что находится в таком же падении, что и женщина на этой фотографии. Человек без мечты — неважно, исполнилась она или же потеряла право на существование. — Ты тоже потерял мечту? — внезапно поинтересовался он у Алека. — Нет, — улыбнулся брюнет. — Она где-то там, возможно, далеко. Может, она никогда и не исполнится. Но ведь никто не мешает мне попутно осуществлять свои мелкие и эгоистичные желания, — подколол он Магнуса.       Тот улыбнулся в ответ, проходя к следующей работе, и замер, приоткрыв рот. Томная и нежная роза густого винного цвета теряла один из своих лепестков. Подсыхающий лист, глубоко отклонившийся от плотного бутона, всё ещё цеплялся за него своим основанием, но Магнус ясно видел, что в следующую секунду он оторвётся от него и с легким шуршанием опустится на поверхность. Он почти увидел, как это происходит, и, только несколько раз моргнув, вернулся к тому, что было запечатлено на самом деле. «Скоротечность» сообщала надпись внизу, и азиату стало не по себе от того, как это было реалистично и… правдиво. — Ты привёл меня сюда порасстраиваться? — нахмурился Магнус. — Ангелы, Магнус, — Алек поражённо посмотрел на него. — Конечно, нет! — А зачем тогда? — Честно? — Лайтвуд вдруг засмущался. — Хотел немного похвастаться. — Похвастаться? — смутная догадка пронзила голову, и азиат забегал глазами по пространству вокруг подрамника.       «Фотограф: Александр Гидеон Лайтвуд» было напечатано тонким курсивом сразу под названием. Как это вообще можно было не заметить?! — Это… Это твои работы?! — ошарашанно выдохнул Магнус, круглыми глазами глядя на слегка порозовевшего Алека. — Это твоя выставка?! — Боже, почему-то мне ещё никогда не было так неловко, — парень засмеялся, прикрывая лицо руками. — Да, моя. Не смотри на меня так, я ужасно стесняюсь! — Тебе нечего стесняться! — с жаром заговорил Бейн, убирая его руки от лица. — То, что ты делаешь и то, как ты это видишь — у меня нет слов, правда. Это изумительно! Я даже не знал, что ты занимаешься фотографией. А будет какой-нибудь пресс-релиз? — Уже нет, — извиняющимся тоном сказал Алек. — Он был полторы недели назад — как раз накануне нашего знакомства. — Надо было сбить меня раньше, — упрекнул его Магнус, и брюнет засмеялся. — А кто эта девушка без мечты? — Это Изабель, — охотно пояснил Лайтвуд. — Я тебе про неё рассказывал. — Твоя сестра? — улыбнулся азиат. — Красивая. — Я же говорил, что она тебе понравится, — пожал плечами парень. — Почему твои работы выполнены в таком мрачном настроении? — осторожно поинтересовался Магнус. — Мрачном? Отнюдь, — не согласился Алек. —  Мне нравится фраза «Фотограф — это человек, останавливающий прекрасные мгновения жизни», — воодушевленно произнес он. — Каждая моя работа ставит жизнь на паузу, не давая свершиться чему-то глобальному. Ты видишь человека до его падения, цветок до его увядания, жизнь до её окончания. Всё в этом мире так или иначе заканчивается, и я всего лишь хочу показать, что каждый из нас состоит из этих бесконечных секунд бесценной жизни… Ты снова меня пугаешь, Магнус. Всё в порядке? — забеспокоился парень, глядя на его необъяснимое выражение лица. — А? Да, конечно, — спохватился Бейн, пытаясь унять дрожь в пальцах, появившуюся во время такой пылкой речи Алека. Человек перед ним делал восхитительные вещи и произносил красивые слова с таким огнём в глазах, что просто заживо горел сам и с легкостью поджигал окружающих. Магнус еле сдержался от чего-то… он и сам не понял, от чего именно. — Просто я немного странный. — Всего лишь немного? — усмехнулся Лайтвуд. — Больше уже будет обидно, — парировал азиат. — Не будет, — заверил брюнет. — Мне нравится твоя странность. Это… притягивает.       Магнус смущённо промолчал. — Значит, Александр? — неожиданно тепло улыбнулся он. — Приятно снова познакомиться. — Неееет, — недовольно сморщил нос Лайтвуд. — Не вздумай. — Ещё как вздумаю, — улыбка Бейна стала ещё шире. — Просто Алек. — Хорошо, Алек…сандр, — нахально покосился на него Магнус. — Я тебе это ещё припомню, — пригрозил Алек. — Интересно было бы посмотреть, — фыркнул азиат и демонстративно прошёл вперед, лениво качнув бедрами. — Ты невыносим, — устало закатил глаза парень, невольно заглядываясь на открывшийся вид.