Глава 5
***
Войдя в гостиную Гриффиндора, Гермиона осмотрелась. Там сидели Лили, Джеймс и Питер. — Джеймс, живо в комнату, зови Сириуса, — сказала взволнованная Гермиона. — Что, соскучилась? — не упустил возможность пошутить Джеймс. — Поттер! Живо! — прикрикнула девочка и Джеймс побежал за Сириусом. — Что-то случилось? — спросила встревоженная Лили. — Сейчас всё расскажу, — из комнат уже спускались Сириус и Джеймс. Мальчики сели на диван перед камином и Гермиона начала: — Римус — оборотень, — заявила девочка друзьям. Ребята переглянулись и уставились на Гермиону. — С чего ты так решила? — Сириус поёрзал на месте и взмахнул кудрями. — Он часто исчезает, потом ведёт себя отстранённо, а в последний раз вернулся с царапинами, от которых, скорее всего, останутся шрамы, — рассуждала Гермиона, ходя туда-сюда по гостиной. — Этому всему есть объяснения, — сказала Лили. — Мы все прекрасно знаем, что каждый месяц Дамблдор отпускает Римуса к семье, у него больная мать. Отстранённое поведение — это психологическое, он волнуется за мать. А царапины… Он ведь сказал, что получил их от веток. Вот и всё. — Я слышала его разговор с Помфри о какой-то тайне, — сказала Гермиона. — Да и где сейчас Римус? — Он пошёл к мадам Помфри, сегодня она везёт его к родителям, — сказал Питер и посмотрел на Гермиону. — За мной! — Гермиона поспешила к выходу из гостиной. Все последовали за ней. — По-моему, она сошла с ума, — сказал Джеймс. — А мне она такой даже больше нравится, — сказал Сириус и опередил друга. — Стойте! — Гермиона остановилась у приоткрытой двери в больничное крыло и они все слышали разговор. — Мадам Помфри, мне надоело лгать. Неужели нет никакого лекарства? — Римус, даже если лекарство от ликантропии уже создали, в твоём возрасте её вылечить не получится, — женщина погладила мальчика по голове. — А теперь нам пора, пойдём, — женщина взяла его за руку и повела в неизвестном направлении. — А я вам говорила, — Гермиона пошла за Помфри и Римусом. — Ты куда? — спросил Питер. — Хочу узнать, куда они идут, — Гермиона пошла дальше, следом побежал Сириус, а за ним Джеймс, Лили и Питер. Они увидели, как Помфри привела Люпина к тайному проходу, ведущему неизвестно куда.***
Все сидели в гостиной и молчали. Эта новость повергла всех в шок. Они всегда всё друг другу рассказывали, но никто даже подумать не мог, что Люпин скрывает такое. Римус — их тихий и иногда до ужаса спокойный друг — оказался оборотнем. — Одного не понимаю, почему он нам об этом до сих пор не рассказал — удивлённо спросил Сириус. Джеймс, сидевший рядом, подвинулся ближе к Лили и, посмотрев сначала на неё, а потом на Гермиону, сказал: — Лили, Гермиона, давайте, разъясните нам всё, вы тут самые умные. — Джеймс, успокойся для начала, — одёрнула друга Лили. — Во-первых, Римуса можно понять, не каждый бы смог рассказать, что он оборотень, даже друзьям. Когда я об этом догадалась, я очень удивилась, поэтому решила всё рассказать вам. Я не представляю, как ему тяжело быть оборотнем, при этом ходить в школу и врать всем, боясь осуждения, — девочка плюхнулась в кресло и устало потёрла глаза. — Мы можем ему чем-то помочь? — спросил Петтигрю. — Я думаю, мы можем это решить завтра, а сейчас лучше пойти спать, — сказал Блэк. — На свежую голову мысли будут лучше. Ребята разошлись по спальням, но никто так и не смог уснуть.***
После завтрака, во время которого все сидели молча, ребята пошли в библиотеку. Пока Лили и Гермиона рыскали по полкам в поисках нужной им книги, мальчики молча ждали. — Нашла! — послышался голос Грейнджер и мисс Пинс, приложив палец к губам, прошипела, тем самым оповещая о тишине. — Извините, — сказала Гермиона библиотекарю и положила большой том о волшебных существах. Открыв нужную страницу, она начала читать:«Оборотень — это человек, который после восхода полной луны превращается в свирепое животное, весьма напоминающее волка. В своей животной форме оборотень почти неотличим по внешнему виду от настоящего волка, хотя морда может быть немного короче, зрачки меньше (в любом случае более «человеческие»), а хвост имеет кисточку на конце. Оборотничество передаётся путём попадания в кровь жертвы слюны больного индивидуума в активной стадии, проще говоря, после укуса преобразованного оборотня. Однако, есть предположения, что болезнь не передаётся волшебнику в тот момент, когда оборотень кусает анимага в обличье животного.»
— Ну и? Что это нам даст? — спросил Питер. — Помолчи, Питер! Я думаю, — прикрикнула Гермиона на друга и вновь поймала гневный взгляд Пинс. Вновь подбежав к книжным полкам, она стала искать. Положив книгу по анимагии на стол, она открыла раздел «Способы превращений». — Что ты хочешь этим сказать? — Сириус смотрел на неё с хитростью в глазах. — Мы станем анимагами! Конечно, мы будем не зарегистрированы, но это до поры до времени, а пока об этом никто не узнает. Только так мы сможем помочь Римусу и поддержать его.«Анимаг — от лат. animal — «животное» и magus — «маг» — волшебник, который по своему желанию может превращаться в животное. Качество это не врождённое, ему можно научиться. Так как анимаг превращается всегда в одно и то же животное, существует специальный реестр анимагов, где указывается имя мага, животное, в которое он (или она) превращается, и особые приметы этого животного. Для превращения в анимага необходимо иметь талант и в трансфигурации, и в зельях. Данная инструкция не предполагает ни малейшей возможности делегировать любую физическую или психическую обязанность. 1. На протяжении целого месяца (от полнолуния до полнолуния) во рту должен находиться лист мандрагоры. Лист нельзя глотать или хотя бы раз вынимать изо рта. Если лист убран изо рта, процесс необходимо начать сначала. 2. В полнолуние вынуть лист и поместить его в небольшой, наполненный слюной, хрустальный фиал, поставив его под прямой лунный свет (если ночь выдастся облачной, придётся найти новый лист мандрагоры и начать всё сначала). В напитанный лунным светом хрустальный фиал добавить собственный волос, серебряную чайную ложку росы, собранной в месте, которого в течение семи дней не касались ни солнечный свет, ни человеческие ноги и куколку бабочки «Мёртвая голова». Поместить эту смесь в тихое тёмное место, и до ближайшей грозы на неё нельзя ни смотреть, ни беспокоить каким-либо иным образом. 3. В ожидании грозы, на восходе и на закате необходимо выполнить следующую процедуру: поместить кончик палочки напротив сердца и произнести следующее заклинание: «Amato Animo Animato Animagus». 4. Ожидание грозы может затянуться на несколько недель, месяцев или даже лет. В течение этого времени хрустальный фиал должен оставаться совершенно нетронутым и не подвергаться прикосновениям солнечного света. Поражение солнечным светом приведёт к наихудшим мутациям. Не поддавайтесь искушению посмотреть на своё зелье, пока не сверкнёт молния. Если продолжать повторять своё заклинание на рассвете и на закате, наступит момент, когда, прикасаясь кончиком палочки к груди, можно ощутить, что второй удар сердца становится порой сильнее, а порой слабее первого. Ничего нельзя менять. Заклятие обязательно необходимо произносить в нужное время, не пропуская ни одного раза. 5. Сразу же после вспышки молнии в небе идём туда, где спрятан хрустальный фиал. Если все предыдущие шаги выполнены верно, внутри обнаружится глоток кроваво-красного зелья. 6. Важно сразу же отправиться в просторное безопасное место, где трансформация не вызовет тревоги и не создаст для вас физической опасности. Нужно расположить кончик палочки напротив сердца, произнести заклинание: «Amato Animo Animato Animagus», а затем выпить зелье. 7. Если всё прошло правильно, появится ощущение обжигающей боли и сильного двойного сердцебиения. В голове появится форма существа, в которое в скором времени доведётся превратиться. Не следует выказывать ни малейшего страха. Уже слишком поздно, чтобы избежать вызванных изменений. 8. Первая трансформация, как правило, неудобна и пугающая. Одежда и вещи, такие как очки или драгоценности, сливаются с кожей и становятся единым целым с мехом, чешуёй или шипами. Не надо сопротивляться и паниковать, иначе разум животного может возобладать и реально совершить какую-нибудь глупость, например, попытаться сбежать через окно или врезаться в стену. 9. После завершения трансформации необходимо позаботиться о физических удобствах. Настоятельно рекомендуется немедленно забрать свою палочку и спрятать там, где её можно будет найти, когда потребуется вновь обрести человеческую форму. 10. Для того, чтобы вернуться к человеческой форме, необходимо максимально точно визуализировать свой человеческий вид. Этого должно быть достаточно, но не стоит паниковать, если не произойдёт немедленной трансформации. С практикой придёт возможность по желанию принимать и сбрасывать животную форму, просто визуализируя существо. Опытные анимаги способны трансформироваться без волшебных палочек.»
— Извините, конечно, я очень люблю Римуса, но не хочу становится анимагом. Это звучит очень опасно, — сказала Лили. — А вы что скажете? — посмотрела Гермиона на мальчиков. Джеймс, Сириус и Питер переглянулись и Сириус сказал: — Мы за любую шалость. — Прекрасно!***
На протяжении месяца ребята делали всё, что написано в книге: — Итак, завтра ночью должен быть дождь с грозой, поэтому в двенадцать, мы с вами проберёмся в Визжащую хижину.***
Выйдя из гостиной под мантией-невидимкой, ребята как можно тише шли по коридорам, чтобы не попасться Принглу. Почти подойдя к выходу из Хогвартса, послышались шаги: — Чёрт, кажется Прингл идет, — прошептал Сириус и достал из кармана палочку. Из-за угла вышел старый при старый волшебник. Он направился прямиком к тому месту, где стояли дети. Старик почти подошёл прямо к ребятам и слегка наступил на край полотна, из-за чего мантия съехала с одной стороны и можно было заметить руку Поттера и кудри Блэка. Гермиона уже подумала, что их плану пришёл конец, но их спас голос: — О, Аппалон, я как раз тебя искал, — из-за того же угла, откуда вышел завхоз, появился Дамблдор. — Есть парочка вопросов, которые стоит обсудить, — Прингл отошёл от ребят и побрел к Альбусу. — Директор, уже поздно, я думал вы уже спите, — криво улыбнулся завхоз. — Бессонница мучает, — Дамблдор положил одну руку на плечо старику и начал беседу, на миг ребятам показалось, что волшебник к ним повернулся и подмигнул. Натянув мантию обратно, они наконец выбрались за пределы школы. Добравшись до Визжащей хижины, дети сняли мантию и вошли в старое строение. Внутри было достаточно жутко: везде всё скрипит от ветра, пыль, куча пауков и паутины. На улице послышался звук грома, а затем полил дождь. Гермиона быстро достала из сумочки замотанные в чёрную толстую ткань фиалы и быстро все раздала: — А теперь быстро берите палочки и все вместе хором. Amato Animo Animato Animagus. Запомнили? — сказала приказным тоном Грейнджер. — А может всё-таки откажемся от этой идеи? — трусливо спросил Питер. — Назад путь закрыт, — сказал другу Сириус и толкнул в плечо. — Поехали! На счёт три. — Раз, — сказал Джеймс. — Два, — Сказала Гермиона. — Три! — уже почти крикнул Сириус и все хором заговорили.«Amato Animo Animato Animagus».
У всего квартета вдруг слегка помутнело в глазах, голова закружилась, появилось жжение по всему телу, билось уже не одно, а два сердца. В голове у каждого появился образ их анимагической сущности: Джеймс — олень, Сириус — собака, Питер — крыса и Гермиона — куница. Все дружно быстро положили палочки на запылившееся пианино и началось их превращение. Лица начали вытягиваться в животные мордочки, появились хвосты, сами ребята уменьшались в размере, и вот в хижине стояли не четверо Гриффиндорских студентов, а четверо разных животных. Они всю ночь пробегали по безопасным местам Запретного леса, чтобы быстрее привыкнуть к новой сущности.***
Следующее утро выдалось для ребят тяжёлым. Никто из них не выспался, да что там, никто вовсе не спал. Сидя за завтраком, они обсуждали вчерашний день: — Это было так странно, — сказал Питер. — Питер, ты не против, если я буду звать тебя мелкий? — усмехнулся Джеймс. — Это ещё почему? — возмутился Петтигрю. — Ну ты — мышь, самый мелкий из нас. — Во-первых, я — крыса, а во-вторых, если ты назовёшь меня мелким, я ночью прогрызу дыры во всех твоих вещах! — угрожающе посмотрев на друга, мальчик съел ложку каши. — Ребята, а что если нам всем дать прозвища? — сказал Сириус. —В каком смысле? — спросила Гермиона. — Ну, например, Джеймс — Сохатый, потому что он — олень, имеется ввиду в анимагической форме, я — Бродяга, сами понимаете почему, Римуса будем называть Лунатиком, Питер будет… Хвостом, а Гермиона… — Так, стоп, мне не нужно никаких кличек, извините, — остановила его Гермиона. — С тобой иногда так скучно, Грейнджер. — Завтра должен вернутся Римус, а через месяц наступит новое полнолуние, поэтому за это время мы с вами должны тренироваться, чтобы во время перевоплощения перед Римусом всё было в порядке и мы не остались людьми, иначе нам будет несладко.***
На следующий день вернулся Римус, в этот раз он не был таким отстранённым, а наоборот, пытался поддержать общение, но ребята постоянно говорили, что сейчас не время, а потом куда-то пропадали.***
Месяц спустя.
Всё это время, Римус думал, что друзья больше не хотят с ним дружить и был очень расстроен. Пару раз он общался с мадам Помфри на эту тему, на что ему женщина советовала не волноваться. И вот, когда наступило время и мадам Помфри вновь повела Люпина к неизвестному проходу, ребята проследили за ними, подождали, когда Помфри выйдет обратно и уйдёт, и только тогда подошли к проходу. — Интересно, куда он ведёт? — спросил Джеймс и посмотрел на Сириус. — Сейчас узнаем, — ответил Сириус. — Сириус прав, сейчас узнаем. Нам пора, — сказала Гермиона и вошла. Длинный коридор привёл ребят в… — Это что? Визжащая хижина? — удивлённо спросил Питер. —Как видишь, Хвост, — ответил ему Джеймс. —Кто здесь? — послышался испуганный голос Римуса. Люпин вышел на свет и увидел друзей. — Что вы тут делаете? А в общем не важно. Уходите, здесь опасно. — Нам — нет. Римус, мы знаем о твоей тайне. Не волнуйся, всё будет хорошо, — сказала Гермиона. — Мы теперь анимаги, — сказал Питтегрю. Блэк толкнул его локтем в бок и сказал: — Питер весь антураж испортил. — То, что вы анимаги не даёт вам гарантию безопасности. Оборотни могут напасть на любого, — глаза Люпина бегали, он боялся. Боялся за друзей. — Да, это так, изначально мы знали об этом, но недавно я вычитала в книге, что оборотень не станет нападать на анимага, к которому в человеческой форме у него есть эмоциональная привязанность, так что ты нам не опасен. У тебя же есть какие-то чувства к нам? — спросила Гермиона в конце своей речи. — Например, прямо сейчас вы меня очень бесите, — проворчал Римус. — Римус, сейчас не время для этого. Ответь на вопрос! — сказал Сириус. — Мерлин, да! Вы же мои друзья, я вас люблю. — Ну вот и хорошо, значит всё будет в порядке, — сказал Джеймс. — То есть вы стали анимагами ради меня? — грустно спросил Люпин. — Конечно ради тебя, Лунатик. Я пил свои собственные слюни. Кстати, Лунатик — твоё новое прозвище, — сказал Сириус и ухмыльнулся. — Мы с Питером и Гермионой обворовали склад Слагхорна, чтобы у нас были нужные ингредиенты, а потом Гермиона всё это провернула, — добавил Джеймс. — Римус, ты наш самый лучший друг, мы тебя очень любим, для тебя мы готовы на всё, — сказала Гермиона. — А сейчас пора, скоро появится луна. Мальчики, берите палочки, — ребята произнесли заклинание и через пару минут превратились в свои ипостаси. Ещё пару минут спустя вышла луна и Римус начал перевоплощаться.***
Теперь каждое полнолуние под покровом ночи по Запретному лесу бегают: оборотень, куница, пёс, олень и крыса.
