Побег

— Твой Олег оставил, — бросила Тина и впервые за последние минуты посмотрела Балану в глаза. Тина видела, что Дан явно смутился от её слов. От этого в ней прибавилась уверенность, и она решила идти до конца своим острым языком. — Или ты думал, что он от большой любви меня ищет? А может я должна ему что-то? Так ты подумал? — наступала Кароль. Её напору можно было позавидовать, она говорила уверенно, хотя внутри разрывалась на кусочки. — Не думаю, что такой человек, как Олег, будет марать руки, — Балан не хотел верить её словам. Это было очень странно, он беспокоился за девушку. Такого раньше не было, и это его пугало. — С тобой бесполезно разговаривать. Думай как хочешь, — бросила Кароль и попыталась дёрнуть ручку двери, но та была заблокирована. Балан схватил её руки в свои, сильно сжал их, отчего Тина сморщила нос. Он посмотрел ей в глаза, в них было столько страха и ярости, злости на всё вокруг. Он неожиданно для себя ослабил хватку и смягчил взгляд. Но эту идиллию прервала Тина. — Что ты так пялишься на меня. Отпусти немедленно! — крикнула девушка и стала вырываться из его рук. — Я отпущу тогда, когда посчитаю нужным. Перестань дергаться! — Отвали! — Я могу вырубить тебя за пару секунд, ты точно хочешь ехать к своему любимому без сознания? — Он мне не любимый! — Кароль очень сильно разозлилась. — Да знаю я вас. Молодые, красивые, вы находите богатых мужиков, развозите их, а потом бегаете и прячетесь, чтобы они вас не достали. — Я тебя услышала. В твоих глазах я в любом случае буду шлюхой. Хотя мне плевать, что ты там думаешь, делай свою работу и не говори больше со мной,придурок, — Тина не понимала, почему ей так обидно из-за того, что про неё думает Дан. Она знала его чуть больше суток, а уже переживала за то, как он к ней относится. Её это даже начало раздражать. — Малыш, не злись. Нам находиться вместе как минимум 13 часов. И это, если ехать без остановок, а плюс отдых. Не хочу убивать тебя раньше времени, — Балан натянул свою ухмылку. — Можешь не тянуть время. Убей сейчас, я даже скажу тебе спасибо, — слеза снова скатилась по её щеке. — Нет уж, мы так не договаривались. Я к тому, что не хочу вырубать тебя каждый раз, когда ты очнёшься и ругаться с тобой мне не очень охото. Давай ты просто будешь послушной, и мы спокойно доедем к твоему Олегу, — Балан пытался сгладить углы в их общении. Всё-таки ехать им довольно долго. И на удивление самому себе он не хотел причинять девушке боль. Вёл он себя больше как телохранитель, а не наёмник. Он посмеялся с этого у себя в голове. Тина ничего не ответила, а лишь отвернулась к окошку и стала смотреть на лес. Балан завел машину, и они снова двинулись в путь. Уже прошло полчаса. Тина молчала. Дан обычно любил ехать в тишине, но тут эта тишина просто губила его. Он чувствовал себя так паршиво, как раньше чувствовал себя только во время первых заданий… Первых убийств. Но теперь просто поездка вызвала такие эмоции. Дан прервал тишину. — Знаю, что ты умеешь петь. — Все люди умеют петь, — Тина даже не повернулась к нему. — Но я слышал, что твой голос он… он особенный. — Что же ты ещё слышал? Много тебе Олег рассказал? — Тина снова начала заводиться. Дан это почувствовал и решил попытаться сгладить ситуацию. — Может хочешь спеть. Выплеснуть все свои эмоции. Тебе ведь станет легче. — С каких пор тебя волнует то, что я чувствую? — Я хочу тебе помочь. Ну и послушать твой голос,  — Дан сделал небольшую паузу и сказал: — И вообще, Олег мне мало что сказал. Мне пришлось искать все самому, если тебя это так волнует. — Меня-то не волнует, — Тина опустила взгляд на колени, — а про то, что я проститутка ты тоже сам нашёл? — Тина подняла глаза и взглянула на него. — На самом деле, — выдержал паузу, — об этом мне яро кричал Олег. Такой информации о тебе я нигде не нашёл. — Действия Олега так и плещут любовью ко мне, которой он вечно клялся, — Тина снова опустила взгляд. Дан понял, что напряжение явно выросло. — Ну так что, споёшь? — не терял надежды Дан. Кароль молчала, а Балан перестал предпринимать попытки её уговорить. Он смотрел на дорогу: закатное солнце застилало его взгляд, оно сегодня было необычайно яркое… Малиновое. Прошло 5 минут, и он услышал голос. Её голос Она стала петь что-то на украинском. Дан не понимал, о чём она поет, но был заворожен её голосом. Он, словно мёд, стекал по его ушам. Тина закрыла глаза и робко двигала головой, поддаваясь эмоциям. Она сжимала колени, оставляя на них красные следы. Она выгнулась в спине от того, насколько эмоционально и проникновенно исполняла эти строчки.

Як плакала, в полоні теплоти Розлючені були я і ти Налякана, вона рахує дні Які живуть на стіні Ніжно — не ніжно, але люби Ніжно — не ніжно перетерпи Ніжно — не ніжно, але люби Ніжно — не ніжно перетерпи

Тина открыла глаза. Долгие минуты она не решалась посмотреть на Дана, а он не поворачивал голову к ней. И вот на горизонте появилась заправочная станция. Дан свернул туда и, не доезжая до бензоколонки, остановил автомобиль. Он резко развернулся к Тине, та в свою очередь тоже взглянула на него. — О чём эта песня? — Для меня, она о любви. О том, как мужчина может смотреть на женщину. — Это прекрасно. У тебя волшебный голос. И песня невероятно подходит тебе. — Возможно потому что её написала я, — сказала Тина и слегка улыбнулась. — Ты сама написала? — Дан был не на шутку удивлён. — Да. Я иногда пишу. — Ты меня очень удивила! Это действительно прекрасно. — Спасибо. Я стала ненавидеть тебя чуток меньше, — Тина взглянула на него, — но это не отменяет того факта, что ты больной придурок! — Тебе стало легче? — Балан наклонил голову в сторону и протянул руку к её щеке. — Спасибо. — Если хочешь, то можешь петь всю дорогу, я буду только рад. — Я тебя услышала, — рассмеялась Тина. — Ладно, надо заправиться и ехать дальше, скоро стемнеет, я уже устал. Нам надо доехать до хостела, хотя бы поспать немного. Тина ничего не ответила. Она лишь отвернулась и стала смотреть в сторону леса, который находился по другую сторону от заправки. Дан доехал до колонки и вышел из машины, чтобы заправиться. Прохладный вечерний воздух пробежал по его коже. Он посмотрел на севшее солнце и задумался, что же с ним происходит. Его начало заботить то, что же о нём подумает девушка. Столько лет работы. И всё, всё может сломаться. Он же не может подорвать свой статус. Балан сделал всё необходимое и сел обратно в машину. Тина была удивлена своим действиям, но она улыбнулась мужчинеи хотела начать что-то говорить, но её неожиданно прервали. — Если скажешь хоть слово, я заклею тебе рот! — Балан не смотрел на неё, а лишь завёл автомобиль и тронулся с места. — Что? — Тину явно шокировали такие резкие перемены в поведении Балана. — Я не ясно выразился? — он не терял хватку, ведь нужно избавиться от этих странных чувств. — Придурок! — бросила Тина, и в тот же момент Дан двинул машину на обочину, резко затормозил, отчего девушка потеряла равновесие и поймала себя руками, хватаясь ими за ручку над дверью. Балан быстро открыл бардачок, который был около Кароль, достал оттуда серый строительный скотч, отодрал кусок и налепил на Тину. Она ничего не понимала. Потом он захватил её руки и склеил их между собой. По взгляду девушки было ясно: она совсем ничего не понимает. То он пытается наладить с ней отношения, пытается быть добрым, то связывает её. «Он просто ненормальный» — подумала Кароль. — Я же предупреждал! — Дан зло посмотрел на девушку и вновь двинулся в путь. Луна вовсю освещала дорогу и кромки соснового леса. На небе виднелись яркие звёзды, которые то и дело отвлекали Дана от дороги. Машин почти не было, и лишь вдалеке виднелись огни. Там должен быть хостел и ресторан, где как раз переночует парочка. Тина уснула. Свет луны и звёзд ложился на её лицо легкой бархатной паутиной. Дан не мог не смотреть на неё, она была совершенной. Идеал женщины, милые и хитрые черты лица, прекрасная фигура. Трудно было её не желать. Но тут дело было не только в желании. Он чувствовал что-то больше Нет. Стоп. Ему нельзя. Балан уже подъехал к хостелу, оставил Тину в машине: он не стал её будить. Пошёл и снял им номер, после чего вернулся в машину за девушкой. Взял Тину на руки, на что она даже не пошевельнулась. Коридоры в хостеле были похожи на картинные галереи. Так много работ местных художников висело на стенах. В основном там были пейзажи, такие красивые леса и дороги; картины с животными. Дойдя до их номера, Дан еле как открыл его, одной рукой держа Кароль на себе. Обустроен номер был неплохо: двуспальная кровать, небольшой диванчик, столик, ванная с душевой кабиной. Всё необходимое имелось. Дан положил Тину на кровать, а сам решил сходить до ресторана, чтобы взять поесть.

***

Дан вернулся в номер с двумя бургерами и бутылкой шампанского. Это единственное, что в ресторане могли достать в такое позднее время. Но зайдя в номер он не увидел Кароль. Её просто не было. Он быстро поставил всё на стол и стал обходить весь номер в поисках девушки. Балан обошёл весь номер и вот пришло время обойти вокруг кровати, именно за кроватью он заметил девушку, которая лежала на полу и пыталась разорвать связанные руки и ножку кровати. — Ухты! Проснулась! — бросил с ухмылкой Дан. Он поднял Тину с пола и грубо сдернул с ее рта скотч. — Аууу! Ты совсем идиот?! — Кароль скривилась от боли. На её губах остался красный след, а нижняя пухлая губа пустила струйку крови, кожа немного содралась. — Скажи спасибо, что я вообще тебе рот открыл! Можешь пойти поесть., — Балан указал рукой на еду. — Развяжи руки! Слышишь меня? — Хватит орать на меня, истеричка! Иначе я снова тебя свяжу, но на этот раз глаза тебе тоже не понадобятся. После перепалки мужчина всё же развязал Тину, и она направилась к столу. Но вместо бургера она схватила бутылку с шампанским и замахнулась на Дана. Тот быстро среагировал, выхватил бутылку из рук и повалил Кароль на пол. Он навис над ней, она тяжело дышала, он тоже. Их глаза были направлены друг на друга. Тина первой отвела взгляд. — Ты что творишь? — Дан сказал это спокойно. Слегка сильнее наклонившись к девушке. — Я борюсь за свою свободу, что тут непонятного? — Тина ещё больше отвернула свою голову, тем самым открывая большую область шеи Дану. Он промолчал, но продолжил наклоняться к её шее. Дыхание Тины участилось до предела. Дан это чувствовал. И через несколько секунд коснулся губами желанного участка. В этот момент он перестал отдавать себе отчёт в действиях. Поцелуи продолжились, а Кароль стала томно вздыхать. Балан случайно прикусил кусочек чувствительной плоти, отчего девушка издала робкий стон. Открыла свои глаза и повернула голову к Дану. — Остановись, — Тина еле как прошептала. — Я не могу, — Дану было тяжело оторваться от столь прекрасного тела. Его поцелуи стали более настойчивыми. Он положил руки на её талию и хотел перейти с поцелуем на губы, но Тина резко ударила его по спине. Затем она начала также пихать его в грудь. — Отпусти! Хватит! — у Тины вновь началась истерика. Она не могла так просто забыть всё то, что делал с ней Олег. Он был ее первым и единственным, поэтому кроме как опыта в грубости и жестокости, Тина не знала нечего. Оттого и страшно. Дан вскочил, до него тут же дошло всё происходящее, но он даже не жалел. Из голубых глаз Тины покатились робкие струи слёз. Она встала и сказала Дану открыть ей шампанское. Дан не стал спорить с ней, а просто подал ей бокал, который он нашёл в номере. Тина сидела на диване и пила свой содержимое хрустального бокала. Дан в это время просто стоял в руках с бутылкой и смотрел на Кароль. Он видел, что у девушки начинается паническая атака. Её руки тряслись, и слёзы ещё больше бежали по щекам. И вот Дан решился на вопросы, которые вертелись у него в голове. — Тина, скажи, почему ты так испугалась? Я не хотел навредить тебе. — Просто мне сложно, — Тина не поднимала глаз на Балана. — Но для этого же есть причина? Я видел твой страх. Ты бы не отбивалась от меня, если бы тебе просто было сложно… — Перестань! Тебе вроде как ясно сказали доставить меня домой. Секс в твои обязанности не входит, если что! — Зачем ты все так переворачиваешь? Я же чувствовал твоё желание, Кароль. Я бы никогда не сделал ничего против твоей воли, понимаешь?