Работник после пандемии

Это были времена, когда никого ничего не заботило и никого ничего не карало. Всё было спокойно как в том океане. И вот после любого предмета звучит, словно «Марсельеза», сладкий, как булочка из Синнабона, звонок. Все подобно волнениям на Болотной вываливались из разных аудиторий или же классов в надежде покурить или поесть, и лишь потом опоздать на урок и придумать какую-нибудь отговорку, лишь бы пустили. Такие же толпы стремились выйти на улицу, чтобы вдохнуть тот самый воздух, который манил и был тем самым аргументом, способным вывести кого угодно на улицу. Нет, вот никогда преподавателем, а тем более учителем в школе не буду уж точно, думал про себя Никита, идя мимо толп школьников, направляющихся в соседний магазин, на работу. О детях такого возраста он был предвзятого мнения, ибо успел пройти практику вожатым и ощутить все тягости и привереды «этих мелких ничтожных созданий, из которых лезет одно мразотсво». Его на данный момент всё устраивало: он заканчивал последний курс, у него была девушка, которая его любила и понимала, была работа, на которую он ходил «с кайфом», так сказать, полный набор счастья. Работал он официантом довольно долгое время в одном из престижнейших ресторанов данного города. Любил свою работу он по двум причинам: в качестве униформы там была черная рубашка, которая ему безумно нравилась ввиду удобства и цвета и то, что можно было что-нибудь пожевать кроме вишневого «Дирола». Он шел на работу в своем темпе, не быстро, не медленно как-то средне, но стоит заметить, что он всегда успевал на свою работу и даже его девушка неоднократно отмечала, что он сверх пунктуален. Идя по улице, он так же думал о том, как изменилась страна после всей этой заварушки. Он, конечно, знал про коронавирус, но думал это касается только королевских кровей. А оказалось - коснулось всех. Мир начал превращаться в нечто подобное цифровой тюрьме. Мир шагнул в цифровизацию несколько быстрее, чем планировалось - даже можно сказать резко. Люди жили надеждами консерватизма - оставьте все как есть, мы только привыкли к этому, а тут уже штраф приходит тебе на телефон и уже деньги с карты сняли. И то, карты стали давно лишь фикцией, так как правительство постановило - на всех телефонах устанавливать чипы бесконтактной оплаты и датчики GPS, чтобы удобнее было следить за всеми. Это было ярко видно, когда Никита работал. Если он прохлаждался в рабочее время, работодатель просто молча вычитал суммц из зарплаты за нарушения. Его, конечно, это бесило, но в тоже время стимулировало его работать все больше и больше, чтобы принести копеечку в дом и порадовать свою девушку. Также на систему камер в последнее время взвалилось много обязанностей, они были повсюду: на работе, на улице, в универе. Их не было только в квартире, где он жил с девушкой, но и это, скорее всего, будет невозможно. Также ввели официальную электронную почту для каждого человека. Туда отсылались различные государственные документы и всё, что необходимо. Это произошло ввиду того, что президент принял решение провести «цифровой ликбез», подобно тем, что были лет сто назад, и теперь в любой деревне можно найти хорошую связь, но при этом там может не быть газа или хорошей дороги. У многих людей не могли уложиться в голове данные технологии, так как он рос в те годы, когда телефоны были с кнопками и камеры были не так хороши, как сейчас. И вот, приходя на работу, он так и не смог привыкнуть к этому сканеру, к которому надо было подходить и отмечаться, говоря кодовое слово, должность и фамилию. Ему привычнее было поговорить с тучной охраницей на проходной завода, где он работал в «прошлой жизни», чем разобраться с этим непонятным автоматом, который непонятно что хочет и непонятно куда говорить. Также стоит сказать, что там стоял алкотестер, который мог не пустить человека и в особых случаях огреть его шокером. Это тоже шокировало Никиту, когда он пришел на работу после одной из «ламповых тусовочек». Но деваться все же было некуда. В обеденный перерыв он мог себе позволить съесть то, что приготовила на завтрак его девушка. «Так, что тут у нас», - с интересом заглядывая в контейнер проговорил он. «Макароны с рыбой! Как же я сильно люблю тебя за эти вкусности!», - подумал он уже про себя. В комнатушке для обедов, чем-то напоминавшей аквариум или витрину, был телевизор, и ничего, кроме новостей, не было. Пришлось слушать их. Цифровизация идет полным ходом, планируется сделать трудовую отрасль на 75 процентов электронной -заявляет министр труда и соц. защиты. Депутаты во втором чтении примут самые существенные поправки после 2006 года в Трудовой кодекс. Английские ученые выяснили, что девушки с именем Анна очень красивые. Последняя новость самая крутая, надо с ней поделиться - проскочила мысля у Никиты. И вот перерыв закончился и нужно было опять обслуживать клиентов с улыбкой, и делать вид, что все хорошо. Жизнь менялась, так быстро и так скоро, что никакой скоростной поезд не мог угнаться за этими изменениями. Тоже самое и постигло Никиту, когда его уволили с работы. Всё начиналось как обычно: кофе, сигареты, энергетик, какая-нибудь еда и само собой обзор ленты новостей, чтобы не упустить важное. И этот день не был исключением, кроме одной детали: ему пришло официальное письмо на электронную почту об увольнении ввиду сокращения персонала из-за кризиса, который длится не первый год. Это было, конечно, для него ударом, так как теперь все-таки придется ходить на пары, что его сильно раздосадовало. -Что с тобой? - спросила его девушка, ставя на плиту турку. -Все плохо, я бы даже сказал фигово. Меня сократили, хотя об этом я даже не знал . Как так-то?! Могли бы хотя бы сказать об этом. Всё же так хорошо начиналось… -Я думаю, это не особо законно - увольнять без предупреждения. Свяжись с Гансом, он все-таки твой одноклассник бывший, и тем более он, вроде, уже закончил юридический и по-любому должен шарить в этом. -Ладно, попробую с ним связаться. Ганса найти было нетрудно. Ведь он все это время был в «друзьях» у Никиты, хотя они с ним после выпускного вообще никак не пересекались, словно они были параллельные прямые. Ганс, конечно, был сильно удивлен, что ему пишет бывший одноклассник и сначала настороженно думал, что это очередной заход, чтобы взять в долг денег, как это неоднократно делали другие однокашники. Но после того, как Никита изложил ситуацию, Ганс согласился ему помочь. -Увольнение незаконно, так как тебя должны уведомить за два месяца до сокращения, а также предложить перейти на другую работу. Этого же не было? -Не было, я об этом узнал только сегодня и, как видишь, сразу к тебе. -Надо подать иск в суд. Я займусь этим, а ты в это время перешли мне письмо об увольнении. -Ладно. Надеюсь, это все хорошо закончится, и я буду работать. Стоит сказать, что к этому времени стало намного проще работать на удалёнке, так как вышли различные нормативные акты. И всё-таки остался осадочек после тех страшных событий 2020 года. Но в то же время суды тоже перешли на дистанционное рассмотрение дел, при этом ничего не пострадало, а стало даже лучше благодаря постепенному разоружению всех мировых стран и передачи военных частот на улучшение качества связи нового поколения – более быстрого и защищённого. И вот прошло некоторое время. Было назначено судебное заседание, где решалась судьба о восстановлении Никиты на работе. Ганс выгодно подготовил дело, высказал свою точку зрения, сослался на статьи в Трудовом кодексе, и работодатель опешил перед такими доводами - ничего не мог противопоставить данным фактам. В итоге судья принял решение о том, что увольнение Никиты незаконно, и его должны немедленно восстановить на работе. Это было несомненно радостное известие для него, ведь он по инерции привык быть официантом, и другого будущего он себе не представлял. -Спасибо тебе, Ганс! Я уже и не думал, что такое возможно. Чтобы меня восстановили на работе!!! Я просто обязан чем-нибудь тебе отплатить. -Нет, ничего не надо. Это всего лишь моя работа. Тем более мне для людей, которых я знаю, ничего не жалко. А, кстати, ты же знаешь, что в большинстве случаев люди, которые восстанавливаются на работе, долго там не задерживаются? -Со мной такого точно не будет. Я хорошо работаю и дружу с начальством. -Ну смотри, я тебя предупредил. Вот еще вопрос: ты же в педагогическом учишься, че ты не идешь работать по специальности? Это же довольно круто, на мой взгляд. Кстати, в Нефтяном университете имени Орджоникидзе ищут преподавателя английского, по-моему, это твое. Помнишь, когда ты в школе детей на класс-на два младше гонял и заставлял их учить уроки. А они ведь реально делали и приносили хорошие оценки и тебе показывали. Думаю, ты хорошо поладишь со студентами. -Не думаю, что это мое. Эти дети вечно меня вымораживают ….ууух! -Подумай хорошенько. Ведь там студенты все-таки, а не дети. Это две разные стези, ты будешь с ними на одной волне. -Ничего не могу обещать. Как оказалось, Ганс был прав. Начальник пытался отыграться за свою неудачу в суде и начал доставлять различные неудобства, вынуждая его уволиться по собственному желанию. Чтобы в дальнейшем не было претензий. Стоило ему оступиться, как тут же прилетало предупреждение или что-то подобное. И ему больше самому не хотелось там находиться. Хотелось чего-то нового и позитивного, а не темную атмосферу завистничества и лицемерия, где каждый мог настучать, прикрываясь маской добродушности и открытости. Также в нем начинало взрастать зерно сомнения, посеянное Гансом. Он всё больше думал о том, что сможет развеяться и получить новые ощущения, перевернуть жизнь. Возможно, еще одним фактором к перемене мест можно считать то, что его возлюбленная уехала в другой город в связи стажировкой и в дальнейшем возможностью получения хорошей работы. Он до последнего проводил с ней время, но понимал, что потом ничего дальше не получится. Она уехала, а он начинал ужасно загоняться по этому поводу. Тогда он познакомился с другой девушкой, которая помогала ему отвлечься и поддерживала. С ней было интересно, они много разговаривали и проводили время вместе. Эта привязанность переросла в влюбленность. Эти чувства были как последняя школьная перемена. Но на самом деле причина была лишь в желании отвлечься и найти замену его бывшей подружке. Он не хотел обижать свою нынешнюю, как получилось девушку, ведь у них все было хорошо, но и понимал, что влюбленность прошла и он обманывает себя и ее. На эту тему он много думал и размышлял его мир не стал прежнем и все гораздо усугубилось. Это постепенно нарастало и разрасталось как снежный ком ,переросший в лавину. Но всё таки внутренние переживание терзали его словно волки которые в цирке и держаться сил оставалось всё меньше и даже такой наркотик как любовь вряд ли мог заглушить настолько сильные позывы совести внутри .Однажды он даже поймал себя на мысли ,что порвал душу и дышит его лишь тело по инерции вот и всё. Никита всё больше пытался заглушить эту боль как её ты не назови, этот страх ,где места нет любви. От сигарет до дикой самогонки ничего не помогало, думал даже наркотиках но это были всего лишь мысли ,хотя все думали иначе ввиду его поведения. Расставание было неизбежно ,как конец очередного фильма Гая Ричи . Вопрос каким оно будет ,оставался открытым. Произошло всё довольно внезапно и скоро. Его Mon ami понимала что с ним творится ,что то не то и пыталась его поддержать. И вот в один из тех дней когда можно было повеситься, она пришла к нему отдать берцы и увидела его курящим на лестничной клетке. Увидев её он сильно удивился ,ведь он уже в мыслях давно ее забыл и старался не кантовать, и потушил языком окурок. Она же в таких случаях давала ему любимый вишневый дирол что бы с ним нормально было общаться . - Надеюсь, ты ещё не разлюбил вишневую жвачку. - Нет. Но я разлюбил тебя -Кого теперь ты любишь ,когда ты не играешь? -Его. Это было довольно странно слышать от него такое ,но после чего она бросает обувь ему в ноги и уходит. Никита в свою очередь ,потерявший чувство ко всему живому подобрал берцы и степенным шагом поднимается в свою квартиру и закрывает дверь на три оборота. Мир валился из под ног словно это был хрупкий ноябрьский лед на том пруду ,куда водил на романтические свидания свою девушку .Он оставался в этом городе абсолютно один и никому не был нужен. И в связи с этим, он всё-таки написал заявление об увольнении по собственному желанию. И вот, возвращаясь к себе на квартиру, неспешной походкой с бутылкой пива в руках, он прошел мимо того самого университета Орджоникидзе. Сделав глоток из прозрачной, зеленой, как изумруд, бутылки, он вдруг подумал: так может Ганс был прав и стоит попробовать чисто по «фану»? Студенты, вроде, уже не малолетние шкеты и способны понять, что я от них хочу. Тем более, я уже закончил, и у меня уже есть диплом, а значит, я смогу. Завтра наберу в Скайпе отдел кадров и узнаю, что к чему. Но это уже совсем другая история.