Помоги мне справиться

Все вокруг знали, что у них сложные взаимоотношения, все знали, насколько они созависимы, и все знали, что вмешиваться в это дерьмо не стоит. Они никогда не были нормальными. Счастливыми, разбитыми — не важно какими, но точно не нормальными. Вот и способы справляться с различными эмоциями тоже были ненормальными. Это могли быть положительные эмоции, которые они выпускали через телячьи нежности на заднем сидении Детки или в одной постели, пироги и танцы посреди пустой улицы, а могли быть отрицательные, которых было в разы больше, их они выпускали через пиво, слезы, кровь и физическую боль. Не важно когда, не важно где, не важно в каких они были взаимоотношениях в данный момент, единственное, что было важно — вместе. Всегда вместе. Даже, когда один был мертв, между ними всегда была та самая ниточка, позволяющая быть вместе хоть в разных мирах. — Дин! — прорычал со злобой Сэм так громко, что звук разлетелся по всему бункеру. Дин знал этот тон. Слишком хорошо знал. И почти всегда был солидарен в чувствах с братом. Сейчас не было исключением. Это была трудная охота, так что оба понимали, что их ждет по приезде в бункер. На долго их обоих не хватило, успели лишь душ принять, хотя и это было успехом. Первым сдался Сэм, видно, сегодня его сильно помотало, раз он так быстро уступил своей знаменитой выдержке. — Дин, гребаный, Винчестер, — повторился крик, — где тебя носят черти?! Третий раз его звать не нужно. Дин в мгновение ока оказался возле двери из своей спальни, резко ее распахнул и твердыми неспешными шагами пошел к комнате Сэма. Сэм знал, что брат идет, чувствовал. У них это было на каком-то животном уровне. Он уже успел разбить руку об плитку в душе, потому что терпеть сил больше не было, а так быстро звать брата было нельзя, и он это понимал. Дверь в комнату открылась резко, со злостью. Сэм как ужаленный вскочил с кровати и бросился к брату. Он схватил старшего за ворот рубашки, на что тот, не жалея силы, припечатал свой кулак к его скуле. Дин оторвал его руки от себя и грубо скинул на пол, подминая под себя. Когда он разместился на бедрах младшего, его кулаки, будто живя своей жизнью, стали поочередно оставлять алые отметины на коже Сэма. Удар в челюсть, следующий в бок и младший Винчестер уже чувствует себя в сотню раз легче, но еще недостаточно, чтобы продолжать жить. Сэм никогда не был эгоистом. Так что сейчас он позволяет себе получить лишь еще один удар в солнечное сплетение, конечно, не такой сильный, чтобы потерять сознание, но ощутимый, и сбрасывает с себя Дина ударом колена тому в живот. Они оба поднимаются. Взгляды бешеные у обоих. В глазах одного отражается другой точно такой же на вид: звериная злость, написанная на лице, жуткая усталость в кругах под глазами и желание сбросить напряжение. Между их телами расстояние в один шаг, и Сэм преодолевает его в одно мгновение, одновременно разбивая Дину губу кулаком. Сейчас их ноги практически переплетены, а взгляды прикованы друг к другу. Младший заметил, едва проблеснувшую в темно зеленых глазах старшего, искру согласия и, не требуя себя ждать, буквально подхватил того за рубашку и впечатал его в стену. Дин, ударившись головой о бетон, глухо застонал. Сэм не впервые слышал этот стон, так что понял все сразу: Дину было слишком хорошо от этой боли. Звук послужил сигналом к продолжению и младший Винчестер стал бить брата по лицу, рассекая бровь, скулу. Кровь от удара по губе уже начала крупными алыми бусинами скатываться по подбородку Дина и он, посмотрев Сэму в глаза, дал понять, что если тот сейчас же не уберет ее, то на продолжение рассчитывать не стоит. А Сэм не был глупым и знал каждое движение любой мускулы в теле брата наизусть. Винчестер-младший быстрым движением облизнул свои пересохшие губы и, ни на секунду не затормозив, накинулся, на столь манящие диновы. Солоноватая горячая жидкость приятной пленкой покрыла его язык, заставляя замычать от удовольствия. Звук, который вырвался изо рта Сэма, привел Дина в полный восторг и он, чтобы усилить ощущения, прикрыл глаза. Младший знал, что брат любил его слушать, поэтому никогда не пытался сдерживаться. Стервенея, он сильнее прикусил пухлую плоть под своими губами, выдавливая из себя и Дина очередной скулеж, и, чтобы усилить общее удовольствие, позволил зубам брата сорвать кусочек кожи с его собственных губ. Они смешивали кровь в прямом, а не в переносном смысле. Это было грязно и пошло. Это заводило. И у одного, и у другого саднило губы, но братская кровь, получаемая вместе со своей, просто сводила с ума и не позволяла отвлекаться на такие мелочи. Дин без нежностей и лишних церемоний втянул в рот губу Сэма, чем усилил приток крови к ранке. Сэм, чуть ли не извиваясь, застонал и совершил такой же маневр с верхней губой старшего. Да, это безусловно было тем, что им нужно, но все же чего-то не хватало. Не хватало достаточного количества боли. Дин понял это быстрее и со звериным рыком кинул Сэма обратно на пол. Тяжесть брата на собственном теле ощущалась так хорошо, так правильно, что Сэм не смог сдержать удовлетворенной улыбки. Он знал, что его ждет. Он хотел этого. Винчестер-старший с силой надавил брату на живот и победно улыбнулся, когда лицо того исказилось от боли. А потом он сделал то, чего ждал Сэм, да и он сам. Пальцы его большой теплой ладони разместились на изящной шее его сладкого мальчика. Рука брата на шее ощущалась приятной тяжестью, и Сэм в предвкушении закрыл глаза. Пальцы сжались. Не крепко, но ощутимо. А дальше пошла их любимая часть — Дина как наблюдателя, Сэма как пытаемого. Хотя, по правде сказать, это если и было пыткой, то только удовольствием как для одного, так и для другого. Пальцы старшего Винчестера медленно, но очень уверенно начали увеличивать давление на покрытой испариной шее брата. Лицо того напряглось в блаженной истоме. Мышцы на лице Сэма все сильнее напрягались, и он приоткрыл глаза. Они с Дином еще много лет назад договорились об этом, чтобы в порыве страсти не придушить друг друга ненароком. Дин впилил свой взгляд в открывшиеся глаза Сэма, чтобы полностью контролировать ситуацию. Под большим пальцем бешено стучала кровь в артерии, а венки на лице Сэма вспухли. Да, сейчас! Зоркие глаза старшего уловили то, как взгляд брата медленно начал расфокусирововаться, и он аккуратным плавным движением ослабил хватку, позволяя Сэму выпустить стон и вдохнуть. Чтобы прийти в себя младшему никогда не требовалось много времени, и он через несколько секунд полез рукой под кровать. Сэм ловко достал из-под кровати ополовиненный портвейн и вытащил из бутылки пробку. Через мгновение бутылка оказалась уже у его губ, и красная жидкость полилась в пересохшее горло, опаляя его. Дин подтянул к себе Сэма, а тот в свою очередь перевернул бутылку практически вертикально, чтобы они могли лакать алкоголь вместе. Одной рукой младший крепче вцепился в талию брата, чтобы не опрокинуться назад. Между их лицами не было никакого расстояния. Язык Дина проворно пролез в горлышко бутылки так, чтобы капли вкусной алой жидкости скатывались прямо в рот. Сэм не любил уступать брату, так что выпустил изо рта язык и провел им по языку старшего, собирая портвейн. Каждый раз, когда им доводилось так пить, братья начинали соревноваться за большее место для своего языка у бутылки. Каждый раз это была схватка, в которой не бывало победившего, потому что каждый подсознательно старался выиграть, чтобы отдать свое место другому. Сэм первым утратил интерес к алкоголю, настойчиво пытаясь залезть своим языком в рот к брату. Дин перехватил бутылку, наполняя рот остатками жидкости, и поставил ее рядом с их телами. Сэм улавливал на ходу, что брат хотел сделать, поэтому шустро немного запрокинул голову старшего назад и протиснул язык сквозь его неплотно сомкнутых губ, шире открывая свой рот. Дин обхватил губы младшего таким образом, чтобы их рты образовали некую полость, после чего с явным удовольствием принялся ласкать язык брата, попутно отдавая тому половину алкоголя, находящегося у него во рту. Вдоволь наигравшись, Дин отстранился, заглядывая в глаза Сэму, и спросил: — Ты или я? — Ты, — последовал краткий, но уверенный ответ. Они каждый раз так решали, кто окажется сверху, и Дин всегда уступал любому решению Сэма. Дина долго ждать не пришлось, он привычным движением рук стащил с Сэма футболку, а потом приступил к пижамным штанам, в которых находилось то, что все время, пока он сидел сверху, упиралось ему в зад. Штаны с футболкой очень быстро оказались у двери в комнату. Трусы Сэмми предусмотрительно не надевал, чтобы не пришлось потом кидать в стирку из-за выделившейся смазки. Пока Винчестер-младший лежал распростертый под Дином, тот освободил себя от ткани так быстро, что Сэм даже не успел заметить. Эрегированные члены обоих плотно жались к животам, и Дин, который мог наблюдать за этой картиной, считал, что это выглядит потрясающе. Он провел своей ладонью по животу Сэма и нарочно задел головку его члена. Реакция Сэма завораживала. Он был таким чувствительным и разнеженным в этот момент. Но дело не ждало и Дин уверенно наклонился к губам брата, всасывая нижнюю, после чего кусая ее. Сэм негромко вскрикнул, снова входя во вкус их игры. Старший небрежными укусами спустился до груди младшего, попутно кусая шею так, чтобы Сэм был уверен, что завтра останутся отметины. Младший Винчестер отпустил себя. Он вскрикивал от каждого прикосновения зубов старшего, а от каждого прикосновения языка довольно мурчал. Рот Дина оказался напротив сосков Сэма, а потом быстро накрыл правый, сильно сжимая зубами, — так, чтобы из младшего вырвались громкие крики-стоны. Дин был вполне доволен своей работой, поэтому еще немного покрутил в зубах набухшую горошину и переместился к левому соску, чтобы и его немного помучить. По правде сказать, старший очень любил играть с сосками Сэма, потому что они всегда были такими чувствительными и приносили младшему море удовольствия, а Дин любил, когда его Сэмми было хорошо. Сейчас было не время для рассусоливаний, так что Винчестер-старший, немного поиграв с левым соском, укусил Сэма под пупком, а после чего толкнулся тому в рот тремя пальцами. Младший с особым удовольствием всосал предложенные пальцы, заглатывая их полностью, чтобы показать свою покорность. Его язык шустро облизывал кожу во рту, а зубы аккуратно покусывали костяшки пальцев. Пальцы Дина были мозолистые, натруженные непростой охотничьей жизнью, но в тепле рта Сэма двигались крайне аккуратно, не задевая ничего лишнего, чтобы не вызвать у брата ненужных сейчас рефлексов. Когда слюны на них стало достаточно, Дин плавно вытащил их и легонько напоследок зацепил ногтем ранку, заставляя брата издать сдавленный стон. Он быстро поднес пальцы к паховой области Сэма и наклонился к его губам, чтобы еще раз поцеловать. Хотя это больше похоже на нервные укусы, чем на поцелуи. Сквозь ощущения на своих губах Сэм различил прикосновение влажных пальцев брата к своему сфинктеру. Он знал, что будет больно, но ведь в этом и смысл, за этим он и позвал Дина сюда. Ему нужна боль, физическая боль. И Дину это известно. Он не торопясь, но настойчиво вводит два пальца, позволяя брату искривить в болезненном спазме лицо и хрипло закричать. Лицо Сэма было также изящно, как всегда, поэтому Дин позволил себе на пару секунд заглядеться, пока глаза брата были крепко зажмурены. Пальцы внутри тела были сжаты до боли, пошевелить ими казалось невозможным, поэтому Дин аккуратно их вытащил, после чего огладил ими покрасневшую кожу вокруг входа. Ждать не хотелось, да и Сэм бы не захотел, так что старший Винчестер практически сразу вернул один палец в жаркое лоно брата. Стенки ануса, все также сжимали чужую плоть, но уже не так сильно, поэтому была возможность хотя бы прокрутить палец, что Дин и сделал. Через несколько секунд таких движений сфинктер стал немного более податливым, и старший протиснул внутрь второй палец. Сэм был очень тугим, хотя прокрутить пальцы получилось. Дин принялся оглаживать подушечками пальцев нежные стенки в поисках простаты. Он обвел один круг, а потом немного вытащил пальцы и с силой проехался ими по передней стенке вглубь. Сэм вскрикнул, но не от боли, а из его члена усилено закапала смазка. На лице старшего появилась удовлетворенная ухмылка. Дин повторил эти движения еще несколько раз, убивая двух зайцев сразу: принося Сэму удовольствие и расслабляя кольцо сжимающих его мышц. Пальцы внутри уже могли медленно двигаться, и, если постараться, их можно было немного развести. Старший Винчестер посчитал это знаком о том, что пора добавить еще один палец. Младшего хоть и устраивало отсутствие смазки, но Дин не собирался его рвать, так что склонился у его пульсирующего сфинктера и добавил к пальцам некоторое количество слюны, а после чего подставил третий палец. Он вводил все три пальца сейчас более осторожно, чем первые два, понимая, что времени на подготовку они потратили очень мало. Кожа скользила легче за счет большего количество слюны, поэтому старший достаточно быстро оказался внутри, а анус плотно обхватил пальцы у самого их основания. Сэм удовлетворенно замычал, пытаясь свыкнуться с наполненностью. Дин ждал не долго и через полминуты уже стал шевелить рукой, чтобы быстрее разработать проход. Когда Сэм стал медленно и осторожно подаваться на встречу, Дин последний раз прокрутил пальцы в заднице брата и надавил на простату, после чего вытащил их и положил руку младшему на живот. Глаза Винчестера-младшего открылись. Зрачки были немного шире обычного, а в них читалась все та же страсть и желание. Дин все замечал, поэтому провел пальцами по животу рядом с членом брата, чтобы собрать выделившуюся смазку, чтобы смешать ее со своей и облегчить попадание внутрь его тела. Смазка приятно растекалась по ладони, и старший недолго смотрел на то, как она блестит в тусклом свете настольной лампы. — Перевернись, — хриплым шепотом попросил он. Сэм немного покряхтел и оказался грудью на холодном бетонном полу. Он подобрал колени, разводя их широко в стороны. Поза напоминала лягушку, и Дин был в восторге, потому что так ему открывался вид на всего Сэма, на все те места, которые обычно хорошо не увидишь. И Сэму нравилось угождать Дину своим положением. Ему нравилось, когда брат пожирает его взглядом и чуть ли не слюну пускает от того, как Сэм красив в этой позе, от того, как беззащитно смотрится его большое тело. — Не тяни, придурок! — ругнулся младший Винчестер, явно довольный тем, что ввел старшего в такое состояние. — Сучка, — отрезал Дин и сильно потянул брата за волосы, вырывая у того стоны. Больше старший Винчестер не медлил. Он размазал смазку брата о свой член, смешивая с собственной, и приставил головку к покрасневшему и припухшему входу. Одно резкое движение, и головка проскользнула внутрь, плотно обхватываемая анусом. Сэм выдохнул, переводя дыхание и готовясь к новому толчку. Дин не был нежен, но это не мешало ему осторожничать, поэтому он аккуратно, прислушиваясь к каждому вдоху и выдоху брата, подался вперед, настойчиво надавливая. Когда член старшего оказался внутри его тела, Сэм выпустил облегченный стон и на мгновение сжался еще плотнее, после чего расслабил сфинктер и сильнее прогнулся в пояснице. Дин за его спиной громко пыхтел, сдерживаясь, после чего тихо ругнулся и быстрым движением вышел наполовину. Младший на долю секунды подумал, что брат передумал, но очень быстро эта мысль была прервана грубым толчком обратно. На лицах обоих Винчестеров синхронно расплылись кривые ухмылки. Движение вперед-назад повторилось второй раз, только с большей силой. Оба распробовали это, и Дин, как тот, кто в данный момент имел большие возможности, установил собственный ритм. Старший так хорошо ощущался внутри, что Сэм был готов мурлыкать. Боль, которая не затихала, потому что его анус был мало разработан, добавляла остроты к коктейлю эмоций и чувств, которые ему приходилось сейчас испытывать. Движения члена внутри словно мощного поршня стирали все, что могло находиться у младшего сейчас в голове, оставляя лишь одно имя, которое крутилось у него в голове с бешенной скоростью. Сплошное: «Дин-Дин-Дин». Твердая головка каждый раз попадала непременно в простату, чем заставляла Сэма извиваться и вскрикивать. Дин не сильно отличался от брата и тоже не сдерживал себя в стонах, которые больше походили на рычание, давая извращенному сознанию Сэма наслаждаться собственным удовольствием. Младший так туго и так приятно, чуть ли не до боли, сжимался вокруг, что старшему срывало крышу, от чего он наращивал темп, и толчки становились все более быстрыми и размашистыми. Член Дина уверенно двигался внутри Сэма, а анальные стенки того идеально обволакивали чужую разгоряченную плоть. Винчестер-старший чувствовал, что оба уже почти достигли своего пика, поэтому практически прекратил движения бедрами и невесомо опустил руку на член брата, как бы спрашивая нужно ли помочь. Сэм прекрасно знал этот язык жестов, поэтому только едва заметно помотал головой, отказываясь. После этой обязательной церемонии с предложением помощи Дин положил обе руки на бедра младшего и крепко их сжал. Он, как и Сэм, был готов выйти на финишную прямую. Сэм, будто соглашаясь, подался назад. Старший закинул голову назад и принялся быстро наращивать темп, буквально вбиваясь вглубь. Бедра обоих двигались по определенной стратегии, которая разрабатывалась годами. Комнату наполнял густой мускусный запах, возбуждавший братьев еще больше. Этот запах говорил об их больной, ненормальной любви. Это сводило с ума. Это было слишком хорошо. Сэм вздрогнул всем телом, откинул голову как можно дальше назад, подался всем телом максимально назад и туго сжался вокруг плоти брата. Его тело содрогалось в оргазменных судорогах, а сперма из перенапряженного члена струйками стекала на бетонный пол, образовывая белесую лужицу. Дин терпеливо давал брату немного прийти в себя, за что тот был ему благодарен. Когда Сэм смог нормально вдохнуть он подал старшему знак, что он может продолжить. И Дину не нужно было повторять. Он сделал несколько мощных толчков, после чего с грудным хриплым рычанием вошел как можно глубже, содрогаясь, как Сэм пару мгновений назад, и изливаясь глубоко внутрь брата. В такой позе они простояли несколько минут, восстанавливая дыхание и наслаждаясь близостью момента. Сэм пошевелился первым, он шлепнул брата по ягодице со словами: — Давай, Дин, поднимаемся. Я начинаю мерзнуть. Дин покорно вышел из Сэма, утягивая за обмякающим членом ниточку семени, которым был наполнен брат. Потом он медленно поднялся и осторожно подхватил Сэма под мышки, чтобы помочь ему встать. Сэм с радостью воспользовался помощью старшего, так как сейчас вряд ли бы смог стоять на ногах без посторонней помощи. Младший довольно упал в объятья Дина, после чего мокро поцеловал того в глаза и стал облизывать словно собака. — Ну, все, Сэм. Я знаю, что ты меня любишь. Нам пора ложиться спать. С этими словами Дин отвернул край одеяла на кровати и подхватил Сэма, чтобы уложить его туда. Сам он обошел кровать с другой стороны и лег на другой край. В этих действиях не было необходимости, потому что они все равно окажутся в объятьях друг друга, но Дину было важно держать лицо. Сэм развернулся на левый бок в сторону, куда лег брат и притянул его к себе. Старший довольно улыбнулся и уткнулся макушкой Сэму в шею. Тот замурчал и обвил брата всеми конечностями, на что тот обнял его руки своими. Дин прекрасно играл роль человека, у которого не было никаких слабостей, только вот Сэм давно разгадал его тайну о том, что он обожает быть маленькой ложечкой в постели. Дина вполне устраивало, что его брат такой умный. Младший склонился над его ухом и тихо прошептал: — Спасибо тебе, Дин. Винчестер-старший слегка повернул голову и ответил: — Тебе тоже. Спокойной ночи, Сучка. — Спокойной, придурок. Они засыпали так много раз, но каждый раз они чувствовали себя снова по-настоящему дома. Сэм поцеловал брата в щеку, и уже через считанные секунды оба тихо сопели.