Чертов герой

"Этот чертов герой совсем не бережет себя! Он слишком много и долго геройствует... И что теперь?... Аж тошно!"

Но плохо было не только из-за этого... Ненавистные цветы, которые прорастали с каждым днём всё глубже в лёгких, не давали покоя. Каждый вздох давался с огромным трудом. А проклятые лепестки и бутоны так и жаждали выбраться наружу. И им это удавалось, к сожалению. Это было невыносимо, но про-герою нужно было терпеть, хоть и было очень сложно.

Ханахаки - это неизлечимая болезнь, из-за которой безответно влюблённый кашляет лепестками любимых цветов своего возлюбленного с кровью. Выше упомянутые растения растут в его розоватых лёгких и в алом сердце. Каждый приступ кашля приносит ему ужасающую боль. В конечном итоге он умирает, а на месте несчастного вырастает любимый цветок его возлюбленного.

Айзава быстрыми шагами направлялся к заветной палате, где уже несколько часов бывший герой номер один, лежал без сознания. Ноги немного подкашивались, он все время представлял, что ждет его в той самой палате. Последний бой для Всемогущего мог стать роковым, но он сильный. Он смог выжить и победить главного злодея. Он смог всех защитить. Снова. Но в этот раз все было по другому. До того самого боя, Айзава не обращал на свои чувства совершенно ни какого внимания. Он всегда все прятал в себе. От всех. От себя. Ведь когда ты знаешь, чем может обернуться, любое малейшее проявление эмоций, жить становится почти невозможно. Когда в грудной клетке, каждый раз сердце пытается выпрыгнуть наружу и больно, до невозможности сжимаются легкие, когда он рядом с ним. Жар пронзает его тело и весь мир идет кругом. Его вечно сияющая улыбка буквально сводила его с ума, но снаружи Сотриголова был совершенно невозмутим. Никто, абсолютно никто не должен даже заподозрить, что происходит в голове у теневого героя, когда он рядом с Тошинори. Даже если это просто работа. Даже если это просто коллега. Но каждый день проведенный с ним на работе, превращался в поле боя сердца и разума. И сейчас, когда Тошинори, его милый Тошинори находился за дверью, Сотриголова не решался открыть её. "Черт, просто открой" Нервно выдохнув и взяв себя в руки, он медленно и осторожно прошел в палату, тихо закрыв за собой дверь. Нет, его никто сюда не пускал, но он не мог просто сидеть и ждать. Это было слишком даже для него. Лёгкие безжалостно горели изнутри адским пламенем алых цветов, что так яростно и долго он скрывает внутри. Сердце сковывали беспощадные стебли с острыми шипами, буквально пытаясь разорвать его на мелкие кусочки. Перед его затуманенным взором открылся пейзаж заката, медленно расцветавший за окном палаты. Комната была залита мягким солнечным светом, окутывая все вокруг пушистым теплом. Так хотелось полностью раствориться в нем, оставить все дела на потом и просто окунуться с головой в эту мягкую пучину.

"Из ряда плохих известий, эта новость оказалась худшей..."

На ватных ногах, Айзава подошел к больничной койке, где лежал Тошинори, совершенно лишенный каких либо чувств. Такой беспомощный и не защищенный. Лучше бы Сотриголова оказался на его месте, вместо того, чтобы сейчас стоять здесь и медленно умирать внутри. Он не мог смотреть на него. Тишина полностью окутала их, и лишь стук израненного сердца разрушал её. Страшный кашель буквально заставил про-героя упасть на колени и сжаться до тех пор, пока не отпустит. И отпустит его ещё не скоро. Пленящий сад буквально окутывал его тело. Сопротивляться было уже совершенно бесполезно. Что произошло, уже не миновать. Но он был благодарен Всемогущему за эти чувства, хоть и безответные. Лучше бы так, чем не чувствовать совершенно ничего. Лучше он будет самоуничтожен, чем жить с бездонной пустотой вместо сердца.

Падают, падают, падают лепестки... Падают, падают, падают твои руки...

И снова кровь с чертовыми багровыми лепестками. "Почему ты любишь именно розы? Черт, как же больно..." Кулаки сжимались с большей силой, оставляя кровавые следы на ладонях. Острые казанки впечатывались в пол с новым ударом,. все сильней. Он так надеялся, что эта боль, хоть ненадолго заглушит, то пламя, что полыхало без остановки. -Ай...зава... Его болезненный голос пронзил тишину. Приступ кашля начался с новой силой, но он нашел в себе силы подняться с колен и бережно взять израненную руку Тошинори. Мягко, невесомо и до невозможного приторно мило. Теперь у них нет времени на все эти прилюдия. Они нуждались друг в друге и оба знали это. -Наконец-то. -Что ты здесь делаешь? Где все? Где я? -ЧЕРТОВ ГЕРОЙ! ТЫ СОВСЕМ РИХНУЛСЯ? ТЫ МОГ ПОГИБНУТЬ! А что ещё ему оставалось делать? Он не мог оставить все как есть. Изумленный взгляд Яги буквально впился в героя, стоящего рядом с ним. Его темные длинные волосы полностью закрывали его лицо. Яги так хотелось взглянуть ему в глаза. Увидеть в них тот свет, благодаря которому он и выбрался из хватких объятий смерти. -Я не мог по другому... -Прости. Я... Переживал за тебя. Легкая улыбка коснулась губ героя номер один. Он знал. Сотриголова резко схватил Тошинори за ворот его больничной накидки и в одно мгновение уже сидел сверху на нем. -ТЫ ДАЖЕ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ ЧЕГО НАМ ЭТОГО СТОИЛО! ТЫ СЛИШКОМ МНОГО ГЕРОЙСТВУЕШЬ! ПОРА БЫ ОСТАНОВИТЬСЯ... ЖИТЬ НАДОЕЛО? Его голос буквально срывался на крик, а руки все крепче сжимали ткань. Алая капля крови медленно стекала по губам Айзавы. Расцветающий сад на мгновение ослабил свои оковы. Лепестки аккуратно отпускали его из своего плена. Даря мимолетную надежду на его выздоровление. -У тебя кровь. Яги был обеспокоен самочувствием его коллеги, хоть и тот на него сейчас в буквальном смысле накричал. И он был абсолютно прав. Что теперь осталось от героя номер один? Больной скелет, без одного легкого и теперь без причуды. Он жалок в буквальном смысле. И всегда был таким. Как он сам и думал. Но не для тех, кто его любил, восхищался и был самым дорогим человеком на всем белом свете. Протянув забинтованную руку, Тошинори аккуратно вытер кровь с лица теневого героя и мягко коснулся его щеки. Его растрепанные волосы так сильно нравились ему.Очень хотелось зарыться в них носом и медленно, до потеря сознания вдыхать их аромат. Окунуться в его сильные объятья и раствориться в них навсегда. Нежно держать его за руку и просто быть рядом. Ведь он знал, что был нужен ему, как никто другой.

Чувства Айзавы не были безответными.

Мужчина крепко прижался к руке Всемогущего, пытаясь раствориться в этих новых ощущениях. Неужели эта слеза. Как иронично. Лёгким движением, Яги вытер эти слезы. Что теперь будет с ним? Он совершенно не знал, но осознавал, что не отпустит теневого героя НИКОГДА. Ему нужно жить, ради себя, ради него, ради Мидории, ради всех. Ему нельзя вот так просто исчезнуть. С этого дня теперь все изменится. У Айзавы появился стимул жить дальше и защищать свое сердце, которое полностью заросло кроваво-красными цветами и любовью. А что делать с цветами, спросите вы? Они останутся навсегда в нём, как память о тех мучениях, которые изменили его жизнь, жестоким, но необходимым методом. Но самое главное, что его милый Тошинори теперь с ним и никогда его не отпустит. И его мучения не были напрасными. Он обрел счастье и ни за что на свете его не упустит.

Падают, падают, падают лепестки... Падают, падают, падают твои руки.