Секретный Титан: Потерянная частица души Имир

Чтобы идти вперед, чаще оглядывайтесь назад, ибо иначе вы забудете, откуда вы вышли и куда нужно вам идти. Леонид Андреев

— Армин! Взволнованная брюнетка подбежала к блондину, что сидел на крыше, смотря с ужасом вниз перед собой. Аккерман села перед парнем, последний же не смог поднять и кроткого взгляда на неё.

— Микаса… Я не могу даже посмотреть ей в глаза… А главное… Что… Что я ей скажу… Ради меня… Совершенно бесполезного рядом с этими… Лучше бы я…

Пот стекал с его лба. Нахмурив брови и зажмурившись, Арлет вновь вспомнил момент, когда его лучший друг детства теряет руку, а после исчезает во рту гиганта.

— Тогда. умер вместе с ним.

— Армин… Взволнованный женский голос нежно коснулся слуха парня, резанув его. — Ты не ранен? Всё в порядке? Она стояла перед ним на одном колене, локтём упираясь на него. Глаза Армина были широко раскрыты и смотрели перед собой, в носу захлюпали сопли, ком в горле катался туда-сюда, когда парень старался сглотнуть его, но всё равно не хотел скатываться дальше. Сжав зубы до скрипящего звука, Арлет тихо захныкал. Глаза налились болью в виде слёз, а в последующих секундах, парень перешёл на новую стадию: ≪Истерика≫. — А где Эрен? Девушка выпрямила спину и стала оглядываться, в надежде, что её брат находится где-то поблизости от них. Она посмотрела на блондина и догадка сама впилась в её голову, болезненно развиваясь во взгляде брюнетки. Вслед парню ее глаза широко раскрылись, а брови поднялись вверх. Низко-Рослый друг поднял на неё взгляд заплаканных голубых глаз, из его носа текли сопли, а губы мелко дрожали. — В команде стажеров номер тридцать четыре… В нашей команде… Начал парень, побеждая огромный ком страха и печали в горле. — Томас Вагнер, Нак Тиз, Миллиус Зермушки, Мина Каролин и Эрен Йегер… Его голос сильно вздрогнул на последнем, названным им имени. Ноги Микасы стали подкашиваться, она не хотела слушать друга детства, она не верила всему тому, что истерично кричали его губы… Она ждала, когда с её спины подойдёт её дорогой человек и вновь начнёт кричать, что уничтожит всех титанов… — Эти пятеро… Геройски погибли, исполняя свой долг… Все, кто находились недалеко от них — замерли, услышав печальную новость. — Большая часть тридцать четвёртой группы уничтожена… Пойдём на гигантов в лобовую — то же случится и с нами… Микаса, мне так жаль… Эрен… Пожертвовал собою ради меня. А я… Я так не смог… Ничего сделать… Прости меня… — Армин… Девушка вновь присела перед ним ухватываясь за его руку и плечо, после помогая встать. — Успокойся. Сейчас не время и не место, чтобы давать волю чувствам.

***

— И что же мне с тобой делать.? Тихо задал сам себе вопрос седовласый парень не ожидая на него ответ… — Я хочу к маме… Так же тихо подал свой голос мальчишка, что сидел прижавшись к груди парня и тихо хныкая. — Я тоже хочу, чтобы ты был сейчас не со мной, а со своей мамой. — Братик… Почему большие люди убивают маленьких? — Потому что большинство этих больших людей очень тупые и им не нравится, что существую маленькие мы… Вот и убивают нас, чтобы избавиться и быть единственными. Мальчик замолчал, а после прекратив хныкать, ответил: — Тогда, я перебью всех больших людей! — Ну, тогда вставай в очередь, пацан. Спустя некоторое время, при котором эти оба умудрились задремать, послышались ужасный рёв титана, и в последующем стали слышны топот ног и удары. Резко выйдя из полу-сна, Рейган и мальчишка переглянулись меж собой и посмотрели через диван на окно. — Нужно тебя спрятать… Есть подвал в доме? Подхватывая мальчишку на руки, Родригес быстро выбежал из комнаты. На ходу чувствуя утвердительный кивок маленькой и светлой головы. Они быстро спустились вниз, и парень, усаживая ребёнка на какой-то мешок, устремился к выходу. — Отлично, как всё успокоится, я обязательно тебя заберу. На последок, тот повернулся к ребёнку и подарил тому широкую улыбку. Как долго он не улыбался… Щёки от не привычки начали болеть. — Почему ты так заботишься обо мне? Взволнованный тихий голос начал хрипеть от прошедшей истерики и холода. — Ты напоминаешь мне моего брата… Закрыв дверь, зеленоглазый немного постоял и сняв с себя куртку вновь забежал к дитятку, накидывая ещё не остывшую крутку на его плечи.

***

- Прости, Эрен... Больше я не сдамся... Никогда! Ведь если умру и я, то... Серые глаза наполнились грустью, тоской и отчаянием, эти чувства превратились в прозрачные солёные кристаллы, что стали стекать по щекам вниз на землю. Ещё чуть-чуть и боль станет выходить из её сердца громкими криками и всхлипами. - Больше некому будет... вспоминать о тебе, поэтому... Брови потянулись на переносицу, зрачок сузились из-за поднятого адреналина. Волосы взлохматил поднявшийся ветер от титана, что не переставая тянул свою жуткую и кривую лыбу и пригнувшись, тянул свою огромную руку. - И выживу! Чего бы мне это ни стало!! Девушка собиралась уже взлететь на УПМ и уничтожить титана, как её прервал человеко-подобный гигант, который набросился на своего "собрата". — Гигант… Убивает другого гиганта? Аккерман стояла на земле меж домов, и позади двух титанов, один из которых поверженный другим уже испарялся. Стоявший над ним чудовище громко ревело, широко раскрывая свою пасть. — Эта сцена… Буквально заворожила меня. И… Пусть мимолётное, но… У меня возникло чувство, будто весь копившийся годами гнев человечества вдруг обрёл материальное воплощение…

***

— Эй… Эрен?! Парень сидел под жилистом деревом, солнечные лучи пробегая меж зелёными листьями падали на лицо, мягко оглаживая его. Тяжёлое дыхание было сбивчивое, пот стекал с его лба переходя на скулы, а после на подбородок, после чего капли скатывались по шее, щекотя седовласого. На грязно-серой рубашке красовались тёмные пятка пота. Зелёные глаза следили за неподвижным телом парнишки, что лежал на спине в тёплой, из-за солнца, траве. Его глаза были блаженно закрыты, а грудная клетка высоко поднималась, показывая, что лёгкие наполняются воздухом до предела. Руки раскинуты в сторону, так же, как и ноги. — Мм? Чуть надрывное мычание в ответ, и парень постепенно стал уходить в сон, но Рейган ухмыльнулся и взяв камушек в свою грязную и на-мазоленную руку — небольшой камень, который в следующую секунду полетел в парня и приземлился точно в его живот. — Ауч!.. Моё пупок… Резко согнувшись, предварительно схватившись руками за живот, Йегер перевернулся на бок, повернувшись к злодею спиной. Посмеиваясь, зеленоглазый вытер пот и так уже влажным рукавом рубахи. — Прости! Хотел попасть ниже! Быстро встав на ноги, кривясь от ноющей боли в них из-за долгого бега, каштанововолосый устремился на Родригес, который в свою очередь с тяжелым трудом встал на четвереньки и пополз от злого Йегера. — Стоять! А не то титану скормлю! — О-хо-хо-хо-о! Вот это заявление! Хохоча, седовласый решил сдаться и упал лицом в мягкую траву. Уставший и злой Эрен настиг его и встав над ним резко расслабился, из-за чего с высоты своего роста упал на, и так тяжело-дышащего, Рейган. Крякнув от неожиданности и тяжёлой боли в мышцах, Родригес с трудом поднял свою голову и подложил по неё руки, что согнул в локтях.

***

— Эй, Йегер, долго ещё лежать будем? Эрен поморщил нос и сдунул надоедливую букашку со своего носа. Поняв, что парень не собирается отвечать на его вопрос и тем более вставать, Рейган выдохнул и посмотрев через плечо на лицо ≪пассажира≫, он призадумался, а после выдал: — У тебя были старшие или младшие братья? На этот вопрос, бровь собеседника выгнулась и приоткрылся один глаз, глядя на измученное лицо почти полностью седовласого парня. — У меня есть только лишь Микаса… Хоть она мне и не родная, но для меня она родной человек… А у тебя кто-нибудь был? — Да… Младший брат и он до сих пор жив… сердцем чую, что он жив и ещё долго будет. Как твоего отца звали? Он был врачом, верно? — Ага, до вашей деревни про него слухи доходили, верно? Гриша Йегер — мой отец! С гордостью произнёс он с ноткой печали в голосе. Рейган же отвернулся от него и закрыл глаза.

— Братья?! Да… Сомнений у меня уже не осталось. Значит, Гриша всё же смог как-то сбежать… Если это узнал бы Зик, то как бы он отреагировал?

— А кем был твой отец? Вопрос, который быстро вывел парня из раздумий и заставил покопаться в памяти, и вспомнить свою легенду. — Охотник и торговец. — Я так понимаю, ты много убегал от хищников, раз ноги такие натренированные, верно? — Ахах, стыдно признавать, но да, я частенько от них бегал. Нервно сглотнув слюну, что встала поперёк горла, Родригес сдунул со своей щеки маленькую букашку.

***