Реализм в фэнтези

Извечный оксюморон

      Взяться за эту статью меня побудили бесчисленные дифирамбы современной фэнтези в стиле «ой, как реалистично», «вот это правда жизни», «все так и было» и т.п. Под этой «реалистичностью» и «правдой» обычно кроются серость, грязь, кровь, беспросветный мрак и торжество силы, а не справедливости. Сочетание же всего перечисленного, густо приправленное чернухой и сомнительной моралью, зовется на обывательском языке коротко и гордо: реализм.       Да, суровую действительность надо изображать (другой вопрос, какую именно, как и с какой целью). Для этого существует множество жанров в литературном направлении, которое и называется реализмом — настоящим, а не тем, что сейчас за него выдают.       Итак, определяемся с терминологией. Реализм — направление в литературе и искусстве, ставящее целью правдивое воспроизведение действительности в ее типичных чертах.       Подчеркнем: правдивое воспроизведение действительности, того, что существует или существовало на самом деле. Каким же образом можно назвать реализмом изображение вымышленных миров, которых мало того, что никогда не было, но в которых порой действуют законы по принципу «а потому что»?       Вернемся к определению: воспроизведение действительности в ее типичных чертах. Казалось бы, какой реализм в выдуманном мире, да еще с кучей колдунства и неведомых науке разумных и не очень зверушек? Однако, для тех, кем автор населит этот мир, существование в нем и станет реализмом — повседневной жизнью с ее типичными чертами, полной магии и верований или же почти лишенной всего этого, как в любимом мною низком фэнтези. Волшебники, выдуманные народы и их культура, драконы, боги, духи, небывалые звери и прочее являются для жителей этого мира неотъемлемой частью, той самой типичной чертой, без которой мир уже не будет прежним, лишится уникальности.       Каждый автор, особенно автор собственного мира — ничем не ограниченный в своей фантазии творец. Он вправе создать мир, похожий на наш или же непохожий совершенно, населить его кем угодно, обозначить известные понятия знакомыми нам терминами или придумать свои. А еще он обязан определить законы, по которым существует его мир. В рамках этих законов и будет обозначаться степень реалистичности.       На мой взгляд, само понятие «реализм» зачастую путают с историческими или жизненными реалиями. Скажем, если автор берет за основу своего произведения некое произошедшее в действительности событие или реальную личность. За какой мнимый реализм так превозносят Мартина? «А, ну так Красная свадьба правда была, значит, и все остальное было!» — вот самые разумные аргументы в пользу «гения», причем без малейших уточнений, где было, когда, с кем и при каких обстоятельствах. Простите, но, если я состряпаю на коленке длиннющую и бездарную опупею о том, как один брат в борьбе за власть перебил всех прочих (а таких примеров в мировой истории полно), она от этого не станет исторически верной и реалистичной.       И вновь вернемся к определению: правдивое воспроизведение действительности. Согласитесь, невозможно писателю воспроизвести действительность по-настоящему правдиво, бесстрастно и непредвзято — он непременно пропустит ее составляющие через себя. Восприятие же этой действительности у всех разное, в том числе у писателей, а собственное восприятие кажется им единственно правдивым. Его они и отражают в своих произведениях, потому что так видят.       Итак, вот она, мера реализма, в любом жанре, — восприятие автора. И, исходя из этого, я подниму еще один вопрос, который и заставил меня написать эту статью: почему современное восприятие столь мрачно?

Муха и пчела

      Для начала отметим, что в случае с «фэнтезийным реализмом» произошла очередная подмена понятий: реализм как литературный жанр и реалистичность как правдоподобность, живость, глубина описанных событий. Разумеется, фэнтези и реализм не имеют ничего общего как жанры. Но реалистичной, в отличие от той же сказки или притчи, где допустима условность и схематичность, фэнтези быть обязана. Ибо одна из главнейших составляющих хорошей фэнтези — тщательно продуманный и прорисованный мир.       И вот, глядит читатель на этот прорисованный мир — и, может быть, задумывается: почему? Почему творчество одних авторов лучится светом и верой в человека, даже когда описывает тяжелые события, а у других — сплошное отчаяние и мизантропия? Почему историй второго типа гораздо больше, чем первого? Нет, реализм (вернее, то, что автор под ним понимает) тут ни при чем. Все зависит от личности и от того, как эта личность воспринимает ту действительность, которая окружает ее. И как потом переносит свое восприятие в возведенные собственной фантазией миры.       Право, после прочтения некоторых историй — даже здесь, на ФБ, — складывается ощущение, что эти авторы либо очень несчастны, либо за что-то ненавидят людей или горько разочарованы в них, либо получают удовольствие, издеваясь над другими. Как может позитивно настроенный человек написать чернуху, я не представляю. Разве что в ход идет коммерческий и популистский фактор, который сейчас стоит превыше других.       Уже сложился стереотип: если реализм — значит, все плохо, никакого хэппи-энда (а где вы это видели в реальной жизни?), все несчастны, кровь рекой, зло торжествует. Стоит появиться относительно светлой личности, она либо гибнет (бесславно, ибо благородные идиоты долго не живут), либо портится и становится такой же, как прочие. На мой взгляд, это жалкая попытка придать современным «шедеврам» серьезности: то есть, чем больше со страниц книг льется крови, блевотины и прочих жидкостей, тем реалистичнее и правдоподобнее. На вкус и цвет. Но мерить качество книг количеством упомянутых жидкостей — это уже слишком. Хотя многие, наверное, так и делают. Нет секса — тьфу, сказочки; нет мата — тьфу, сказочки; все живы — тьфу, сказочки; никто не блюет и не срет — тоже сказочки. Мол, где жиза-то? Да не в этом жиза, други мои! Хотя, если для некоторых — в этом, то можно сделать определенные выводы.       А теперь я попрошу прощения за эмоции и вынужденную грубость и спрошу: да так ли это?       Обратимся к классике жанра фэнтези — к Толкину. Это человек, который сам воевал, ждал детей с войны и не понаслышке знал, что это такое. Вспомним, как он описывает крупномасштабные войны в своем Средиземье. Народу там за многие эпохи полегло немало, произошло много неприятных, печальных и трагических событий, но в картинах боевых действий нет ни мата, ни грязи, ни бессмысленно-смачных подробных описаний жестокости и бесчинств, без которых современные авторы не представляют тему войны. Мне возразят: «Ну, тогда было не принято так писать, а сейчас авторы осмелели и говорят правду». Ага, правду, которой они сами-то и в глаза не видели — к счастью для себя — а слизали у таких же подельщиков. На мой взгляд, толкиновский подход — это признак не авторской ограниченности, но подлинного авторского целомудрия в самом глубоком смысле этого слова. Даже невероятно жестокую и грязную сцену можно описать по-разному — читатель или побежит обниматься с белым другом, или проникнется до глубины души.       Повторюсь: корень всему — мировосприятие автора, которое неизбежно отразится в его работах. Есть авторы-пчелы, есть авторы-мухи. Пчела, как известно, и на помойке отыщет себе цветок, а муха найдет известное вещество даже в прекрасном саду.       Оглянитесь вокруг, дорогие читатели. Неужели все правда настолько плохо? Неужели рядом с вами нет по-настоящему добрых людей, способных — да-да, я лично знаю таких, и немало — сделать добро бескорыстно, ничего за это не требуя и не подразумевая некую для себя выгоду? Разумеется, они есть, и их больше, чем кажется. Но они не выпячивают себя, тогда как приверженцы иной морали всегда на виду, поскольку работают на публику.       И так было всегда. Поверьте, люди не меняются и продолжают регулярно совершать одни и те же ошибки, хотя с презрением относятся к своим предшественникам, отделенным от них несколькими десятками-сотнями лет. Образование, электричество, ванная и интернет ничуть не делают человека лучше или хуже, умнее или глупее. Узнавать некие страшные, шокирующие, неприятные вести во все времена было интереснее, чем новости светлые и позитивные. Потому в людской памяти остались войны, тираны и жестокость, а мирный, созидательный труд сотен поколений забыт.       Все в наших руках, дорогие авторы. Каждый может изменить многое, гораздо больше, чем кажется. А в какую сторону изменить — решать вам.       Вы все-таки убеждены, что в нашем, реальном мире все плохо? Так вымышленные миры — отличный способ показать, что может быть иначе. Нет, не нужно кидаться в крайности и обвинять меня в призыве к «розовым пони». Слащавость в моем представлении ничем не лучше чернухи. Просто следует называть вещи своими именами, а не юлить. Признать, что персонаж-человек (или любое вымышленное разумное существо) может выбирать свой путь: может поступить по совести, может по собственным слабостям, хотелкам и страстям. А потом посмотреть, к чему это приведет его самого и прочих, кого вы поместили рядом с ним. И сделать верный, но не навязчивый вывод. Не оправдывать, не осуждать, не расписывать в послесловиях, как вы любите своих мерзавцев. Читатели — сами не дураки, поймут, что к чему.

Фэнтезийная реалистичность

      Возвращаемся к первоначальной теме. Итак, реализма в фэнтези нет, но есть реалистичность — если убедительно и логично прописан мир, его законы, реалии, народы с их менталитетом и прочее; если автор сумел заставить читателя поверить в свою вселенную и своих персонажей. Но реалистичность исчезнет, как только персонажи — и автор — начнут направо и налево нарушать эти законы по велению своей левой пятки.       Здесь нельзя не сказать о знакомых практически всем авторам фэнтези придирках — «несоответствии историческим реалиям». Вот это уже правда смешно. Оружие не такое тогда было, броня не такая, сражались не так… Когда — «тогда»? Где? Исторические реалии в вымышленном мире — хорошо, но насколько исторические? Чья это история — реальной средневековой Европы/Азии/Руси или авторской вселенной? Если фэнтезийный мир в той или иной степени напоминает реально существовавшую эпоху, это не означает, что вымышленная вселенная в точности копирует исторические события, развитие ремесел — и в особенности оружейное дело. Конечно, эти аспекты следует хорошо продумать и проработать, чтобы все технические и прочие достижения в вымышленном мире соответствовали местным НТР и НТП и не было в явно средневековом антураже футболок, джинсов, фотографий и автоматов Калашникова (мне встречались такие истории). Вот если писать о любой эпохе реального мира, то бишь историческое или псевдоисторическое, будет намного сложнее, поскольку придется основательно изучить матчасть.       В фэнтези же авторы могут — в меру — сочетать реалии разных эпох, если уж им лень выдумать полностью свои. Скромный автор этих строк тоже так делает. А порой совпадения бывают случайными. В конце концов, трудно придумать что-то по-настоящему уникальное под нашей луной, где давным-давно ничто не ново.       Итак, все то, что не дозволено в подлинно реалистичном (от слова «реализм» как литературный жанр) романе, вполне возможно в фэнтезийном — тем и интересен этот жанр. Но, повторяю, самый невероятный и красивый мир потеряет в глазах читателя свою привлекательность, если обрисованные автором законы начнут без причин лететь в тартарары.       Как придумать эти законы, как обосновать и сделать их работающими? Скажу, исходя из собственного опыта и собственных ошибок. Достаточно во время работы периодически задавать себе вопросы: «Почему должно произойти именно так? Почему нельзя иначе?» Если ответ «ну просто», то это не ответ. Значит, автор ничего толком не продумал и сам не понимает, о чем пишет. «Просто» ничего не бывает, у всего есть обоснование. Тогда сразу пропадает желание притягивать за ушки, сразу начинает вырабатываться привычка анализировать логически свой сюжет, своих героев. Не может ничего быть «просто так». Все должно быть обоснованно — хоть в реально существующем мире, хоть в вымышленном. Да, это нелегко — для тех, кто привык пускать дело на самотек, авось куда и вывезет. Но, надеюсь, среди серьезно настроенных читателей-авторов таких нет.       Так что же такое фэнтезийная реалистичность? Логичный, продуманный, проработанный мир, четкие и понятные законы этого мира, которые не окажутся вдруг нарушены лишь потому, что автор не знает, как разрулить сложившуюся ситуацию. Если есть вымышленные народы — они отличаются от прочих, их не спутать с другими, а не так, как обычно бывает: все ведут себя одинаково, хотя и выглядят по-разному. Но все же — и это мое личное мнение, с которым читатели могут не согласиться, — чем больше персонажи прибегают к магии для разрешения своих проблем, тем меньше остается подлинной реалистичности.       И помните: «все плохо, все гады» — это не реализм, а чернуха. Дайте шанс своим героям.