Vital Signs / Витальные признаки

Витальные признаки:

Пульс = страх/превзойти

Температура тела = задание/обстановка

Давление = ожидания/независимость

Дыхание = препятствие/решение

_________________________

      В поместье было неимоверно жарко. О чём думал Альфред? Сейчас же весна, зачем разводить камин? Батареи, небось, тоже включены. Недовольно бормотал Дик, откидывая простыню с лица. Кровать казалась по-странному неудобной. Хотя, наверное, он опять заснул за столом с учебниками. Десятый класс станет его могилой. Экзамены для поступления в колледж, оценочные тесты и промежуточные контрольные шли одни за другими, непозволительно близко стоя друг за другом в очереди. Несколько раз, честно, закрадывалась мысль поймать экзаменаторов. Они же точно что-то нарушили, зайцем проехали или типа того.       Он хотел перекатиться на другой бок и вернуться ко сну, потому что встать казалось невозможно ужасной идеей, но кровать зашевелилась.       Дик тут же открыл глаза, и увидел танцующие в вышине языки пламени. Те самые, которые, как он думал, желали выбраться из камина, на самом же деле усевшиеся на брус. Дик аккуратно из-под неё выбрался, попав рукой на свой плащ. Ни разу не одеяло, ни разу не кровать, ни разу не поместье. Дик осматривал разруху вокруг в замешательстве. Где тогда--       Он заметил гору чёрной ткани. Брюс. Брюс лежал в остатках потолка недалеко от Дика. Над ним нависла металлическая балка. Вернее, раскалённая от огня металлическая балка. И остатки бетона, сдерживающие её, опасно скрипели и осыпались мелкими крошками.       — Би, выбирайся! — Дик подбежал, взял Бэтмена за ноги и начал оттаскивать от конструкции подальше. Брюс что-то простонал.       Когда они отошли на безопасное расстояние, Дик отпустил ноги Брюса. Он метался между желанием осмотреть Бэтмена на момент ранений и нахождением убежища. И почти слышал голос Брюса, который объяснял: «Лучше знать все движущиеся поверхности, чем поворачиваться спиной к возможной угрозе. Знай обстановку, прежде чем действовать».       Дик оторвал взгляд от Брюса и снова осмотрелся. Комната, где они находились, наполовину сгорела. Штукатурка и дверные косяки были объяты пламенем вместе с колоннами, поддерживающими верхний этаж. Интересно, насколько жарко должно быть, чтобы начал разрушаться бетон. Точно жарче, чем может выдержать человек. В наушнике были сплошные помехи, так что Дик вытащил его и бросил подальше. Либо слиплись провода внутри, либо просто было плохое соединение из-за какого-нибудь ЭДС. Не получится сказать наверняка без разборки. Встроенная панель тоже не включалась. Тем не менее, Дик повернулся обратно к Брюсу, убедившись, что им не грозит неминуемая опасность быть раздавленными какими-либо строительными материалами.       — Бэтмен? — Дик снял перчатку и прощупал пульс у сонной артерии, скользнув рукой под материал, держащий плащ. Пульс был. Робин облегчённо вздохнул. Так как Брюс был жив, Дик стал искать ранения. А узнавать, истекает ли человек в чёрном костюме кровью, было крайне неудобно.       — Робин?       — Ага. Как состояние?       — Бывало лучше, — прокряхтел Брюс. — Твоё?       Пришлось сдержаться, чтобы не ощетиниться. Облегчение от пробуждения Брюса испарилось, сменяясь раздражением, которое преследовало всю ночь. Даже когда Бэтмен был ранен, он не доверял дело Робину.       — Порядок. А вот твоё…       — Связался с агентом А? — Брюс сел, прикладывая руку к ране, которую обнаружил Дик.       Робин отрицательно мотнул головой и достал упаковку с селоксом.       Бэтмен вздохнул и приложил свободную ладонь к уху.       — Я не смог связаться, потому что моё оборудование вырубило взрывом, а ты сломал свой в пятницу. И взял не работающий… Помнишь? — потому что слишком торопились. Дик не особо винил Брюса за эту оплошность, но подсознание кольнуло приятным чувством от факта, что на этот раз наложал Брюс.       Бэтмен положил руку на землю и нахмурился.       — Точно.       — Я могу с этим справиться, Брюс.       — Робин, я и не говорил, что не можешь.       — Проехали, — Дик отодвинул руку Брюса, прикрывавшую рану, и начал обрабатывать селоксом. Брюс всю ночь обращался с Диком, как с ребёнком. И это вылилось в такую ситуацию.       Брюс стиснул челюсти, но больше признаков дискомфорта не выказал, когда Дик стал наполнять рану специальным военным порошком от Уэйн Тек.       — Как долго я был в отключке?       Дик поймал взгляд Брюса. С какими-то странными эмоциями, которые не читались.       — Без понятия. Я очнулся где-то за полторы минуты до.       — Ударился головой?       — Скорее всего.       — Ты уверен, что в порядке?       — Сказал же, что да, — закатил глаза Дик. — Так, должно действовать. Ещё кровоточащие ранения?       — Сейчас нет, — фыркнул Брюс.       — Что-нибудь сломано?       — Пара треснувших рёбер и, возможно, локоть.       Дик сочувственно поморщился.       — Значит, идти можешь.       Вместо ответа Брюс заставил себя подняться и поймать равновесие, после кивнуть.       — Отлично. Думаю, пора выбираться, если мы не хотим получить тепловой удар.       — Да. Нужно… Это не та комната, в которой мы были до взрыва?       Дик огляделся. Когда они нашли бомбу, то были на подземных этажах, но потом поняли, что не смогут обезвредить бомбу, и поэтому решили убежать. Может быть, Брюс настолько сильно ударился головой, что не помнил их тактическое отступление.       — Прости, Би, не спросил гида об этом.       Брюс кинул на него раздражённый взгляд. Намёк понят: шутки в сторону.       — У тебя есть план здания на компьютере?       — Как бы да, но ты забыл, что бомба…                   — Вырубила технику, точно. Да, — Брюс слегка поджал губы, будто злясь на собственную забывчивость.       — Я всё равно помню примерное расположение. Думаю, мы в складном помещении рядом с восточным коридором, который ведёт к офисным комнатам.       Брюс вздрогнул, когда балка развалилась и упала с глухим треском. Дик нахмурился, злость сменилась обеспокоенностью. Брюс не вздрагивал от неожиданности. Если его заставали врасплох, он на несколько секунд застывал. Неужели было настолько плохо?       — Значит, идти нам нужно… — Брюс неловко облокотился на колонну, осмотрев потенциальные выходы.       — Туда, — Дик стал пробираться сквозь горящую мебель и щебень. Он не оборачивался убедиться, что Бэтмен за ним следует. Мыша было слышно, и что-то точно было не в порядке. Дик остановился, когда дошёл до двери, наполовину забаррикадированной шкафом для бумаг.       У Бэтмена появилась отдышка, когда он дошёл до Робина. Решив не просить помощи, Дик подлез под шкаф, аккуратно дотрагиваясь до раскалённого металла перчатками, и надавил. Времени освободить проход у него заняло больше, чем у Бэтмена в обычный день, но тот никак не прокомментировал. И помочь не предложил. Волнение нарастало, хоть и приглушалось тяжестью шкафа.       Они выбрались в коридор, если это можно было теперь так назвать, и Брюсу стало ясно, что он потратил все свои силы на путь до двери. После ещё десяти шагов, Бэтмен почти упал на стену рядом.       — Робин.       Дик обернулся, еле расслышав шёпот Бэтмена. Удивительно, что вообще расслышал, при таком-то треске вокруг. Робин оказался около Брюса быстрее, чем тот моргнул, и теперь проверял его рану.       — Кажется, мне понадобится помощь.       Дик смутно представил, насколько тяжело было это признать. Робин кивнул, подставив плечо.       — Уф, кому-то пора сбросить парочку кило, — пропыхтел Дик, когда на него навалился Брюс почти всем весом.       — Ещё нет.       — Тогда костюм полегче раздобыть.       — Конечно, только дай Люциусу позвонить.       — Ой, это я и сам могу, — хохотнул Дик, подталкивая Брюса вперёд. — Да, мистер Фокс, как насчёт создать пуленепробиваемую броню, которая весит меньше килограмма на квадратный метр?       Брюс издал звук, похожий на что-то между фырканьем и стоном.       Они двигались медленно, но верно. Дик иногда останавливался, чтобы откинуть с дороги остатки потолка либо обойти их. Время тянулось медленно. Вместо минуты, казалось, проходил час. Брюс становился всё тише, переставая реагировать на шутки и подколки. Его как будто больше тянуло к земле с каждым шагом, дыхание выходило рывками. Дик настороженно оглядел тлеющие остатки коридора.       Они не торопясь заполнялись серым дымом, затрудняя дыхание. Робин придвинулся к стене, всё ещё держа Брюса на плечах. Убедился, что поверхность не слишком горячая, и прислонил к ней Бэтмена.       — Робин? — голос Брюса звучал так, словно он только что проснулся. Хотя, быть может, так оно и было. Интересно, он умел ходить во сне?       — Просто ищу твой дыхательный бэтаппарат, старик.       — …не старый, — долетело до Дика потрескавшимся и искривлённым выдохом.       — Да щас. Ты практически реликвия. Скоро тросточка, небось, понадобится.       Брюс позволил нацепить на себя дыхательный аппарат, и они снова стали продвигаться. Ни слова по поводу того, что Дик не надел свой. Значит, глаза Бэтмен и правда закрыл. Они дошли до помещения, где, скорее всего, использовалось что-то пластиковое. По крайней мере в помещении добавлялся едкий запах расплавленного пластика. Дик хотел использовать свой дыхательный аппарат, но тогда, если Брюса выйдет из строя или перегорят фильтры, Бэтмену он нужен будет больше. Альфред, конечно, будет ругаться, и Брюс точно будет в ужасе, но какая разница? Бэтмену нужнее.       Дик не был уверен, сколько они прошли, но явно немного. Когда впереди показался выход, он хотел станцевать джигу, потому что до свободы осталось метров сто. Молчание Брюса напрягало сильнее всего. Хотелось просто добежать до Бэтмобиля, посадить Брюса внутрь, довезти до больничной койки и дать Альфреду с ним нянчиться. Хотелось просто оказаться дома.       Конечно до того, как Брюс окончательно обмяк, и они рухнули на пол.       — Би? — пискнул Дик, невольно смягчив собой падение.       — Брюс? — он не до конца осознавал, что произошло. Может, оступился? Робин перевернул Бэтмена, чтобы посмотреть на его состояние. — Би, ты в порядке?       Тот не ответил. Ни одного слова о том, что не нужно напрасно волноваться. О том, что, конечно, он в порядке. О том, что он же Бэтмен.       — Брюс?! — в его голосе проскользнули неправильные ноты. Панические. Рана открылась? Брюс потерял слишком много крови? Дик потянулся проверить, когда понял, что не так. Бэтмен не дышал.       Нет, нет, только не снова, только не…       Робин почувствовал что-то очень близкое к отчаянию. Звать некого, не на кого перекинуть проблему и неоткуда ждать помощь. Нужно было что-то делать, гнать прочь мысли о том, что родители в ту ночь лежали так же неподвижно, или Брюс не очнётся. Дик снял дыхательный аппарат с Брюса и наклонился к его лицу. Дыхания всё же не было (на что Робин выругался так, что баночка Альфреда со штрафами за мат стала бы полной).       — Соберись, Робин, — скомандовал себе Дик. Думай о проблеме. И действуй.       Убедившись, что на полу нет особо мешающихся остатков, он уложил Брюса на спину.       — Положить на твёрдую поверхность, — сделано.       — Убедиться, что воздуху не будет ничего препятствовать, — есть. Дыхательные пути открыты.       — Наклонить голову назад, — есть. Дик не знал, почему он произносил каждый шаг, хотя это действовало ободряюще. Как будто это не он произносит, а Бэтмен или Альфред читает инструкцию.       — Вдох, — сделано.       — Стоп, теперь проверка дыхания, — Дик никогда не прислушивался к чему-то так внимательно. Никогда.       — Второй вдох, — сделано.       — Тридцать компрессий. Один, два, три, четыре… — и без того треснувшие рёбра Брюса, кажется, надломились окончательно. Причиной останавливаться это не служило.       — Два вдоха, — всё в порядке, всё окей, как на тренировке. Представь, что это тот манекен, на котором заставляли практиковаться.       — Дыши, Брюс, давай. Ты не можешь… ты не должен умереть, ты обещал, — сорвался Дик после пятого круга. — Ты сказал, что не умрёшь, как они, что ты поможешь мне, а ты не сможешь, если умрёшь. Так что дыши! Лгун несчастный, ты…       Звук чуть не пролетел мимо ушей. Не то чтобы было сложно его упустить в шуме разваливающегося здания. Небольшой вдох. Не как в кино, когда человек открывает глаза и судорожно глотает воздух. Дыхание появилось почти незаметно.       Дик сидел, уставившись на медленные движения грудной клетки. Главное, чтобы это не было глюками. Он аккуратно положил ладонь на грудь Брюса, чтобы доказать себе обратное. Дик не хотел отводить взгляд, но нужно было идти дальше. Кто знает, сколько ещё Брюс сможет дышать сам.       Смаргивая слёзы, Дик снова нацепил на Брюса дыхательный аппарат. Лёгкие горели. Руки и плечи болели так сильно, что, казалось, сейчас отвалятся. Дик осмотрел путь к свободе. Горящее дерево, раскалённое железо и разрушающаяся штукатурка, которые превратили бы сто метров в сто километров. А если там уже нет выхода? Или он завален таким количеством мусора, что невозможно освободить? Или они не смогут выбраться до того, как обрушится крыша? Что, если Робин не сможет спасти Бэтмена?       Дик вдохнул. Дым однозначно хотел расцарапать горло в кровь. Но Дик решил, что сначала решит другую проблему. Ту, которую должен прежде всего. Он проверил рану Брюса — селокс еле сдерживал кровь от побега. Больше порошка не было, как не было и чем перевязать. Дик подхватил Брюса под мышки и потащил через комнату.       Метров через пять плечи начали ныть. Через шесть Брюс выскользнул из рук, благо пол был недостаточно далеко для серьёзной травмы. Дик, к несчастью, приземлился спиной на зазубренный лист металла, который разрезал кожу так, будто был световым мечом, а не железкой. Дик понадеялся, что понадобится только наложить швы. Времени осматривать царапину не было, вместо этого Робин сосредоточился на Бэтмене. Тот ещё дышал.       Дик медленно поднялся. Дым лез в глаза и лёгкие, тело норовило превратиться в желе. Робин снова поднял Брюса и стал дальше продираться к выходу.       Это становилось последней каплей. Однозначно последней. Нужно будет потом отдохнуть и заявить о своём уходе. Дик устал, был зол, его тело практически отказалось работать, и вся ситуация в целом изводила. А они прошли всего лишь две трети комнаты. Каким-то чудом Робину ещё хватало воздуха, Бэтмен упорно молчал весь путь. Даже когда Робин на него откровенно ругался, перетаскивая через очередной бетонный блок. Усталость и злость и стресс наваливались всё сильнее. Злился Дик на Брюса за то, что тот решил сделать всё, чтобы помереть сегодня. Злился на Брюса за то, что тот не дал обезвредить бомбу, хотя Дик знал, какой именно провод резать, но Брюс ему не поверил. Да целый день в него не верил. «Нет, ты не пойдёшь в одиночку», — говорил он. «Нет, мы не станем разделяться», — говорил он.       И это вышло боком. Особенно Брюсу. Потому что в итоге у них не было достаточно времени, чтобы найти бомбу и убедиться, что Робин точно знает, как её обезвредить. Взрыв был виной Брюса. Если бы он послушал хоть раз, они бы не оказались в такой ситуации. Они могли бы сейчас ловить воров и преступников на другой стороне Готэма, смеяться над тем, какую же дурацкую бомбу установил какой-то идиот в собственном здании, пить горячий шоколад в пещере за километры отсюда. Но нет, Бэтмен настоял на том, чтобы они действовали вместе, потому что в одиночку Робин, видимо, не смог бы. Как будто до этого не работал один и не обезвреживал бомбы. Бэтмен словно был курицей-наседкой всю ночь. И ему не понравилось, когда Дик озвучил то, что является его напарником, а не подопечным.       Но если бы Брюс послушал, были бы они сейчас здесь? Нет. Скорее всего… Хотя нет, не были бы. По крайней мере вдвоём. Если бы Бэтмен был на другом вызове, то было бы намного проще. Но если бы Робин был на другом задании…       Дик тряхнул головой, прогоняя загружающие голову мысли.       Брюс что-то промычал, когда Дик в очередной раз перетаскивал его через какие-то обломки. Тихое, но слышимое. Это одновременно вызывало радость и подначивало злость. И Дик был обеими руками за то, чтобы услышать этот звук снова, потому что это бы значило, что Брюс жив. Но это было то мычание, которое Бэтмен издаёт, если ему больно. Очень больно. Так что Робин решил проигнорировать собственную потребность свалиться и не вставать, продолжив тащить Брюса сквозь полуразрушенный коридор. В седьмой раз Брюс выскользнул из рук, Дик приземлился на спину и еле сдержался от вскрика. Уже практически засохший порез на спине порвался, смешивая кровь с потом. Завтра его спина точно не позволит нормально существовать.       — Давай, Би. Это просто смешно. Тащи свой вес сам, а? — проворчал Дик, поднимаясь. Он снова приподнял Брюса и стал продвигаться вперёд.       Бэтмен не ответил.       Дик решительно старался не беспокоиться на этот счёт. Ни разу не волновало, что Брюс не ответил ни на один вопрос, крик или подтрунивание. Хотя одну просьбу он всё-таки выполнил: продолжил дышать.       Дика не волновала вялый ручей крови, начинающий вытекать из-под перевязок Брюса (хотя переливание крови та ещё морока). Более неудобным было то, что он оставлял багровый след на полу.       Полчаса передвижения по остаткам здания с девяностокилограммовым наставником на руках забрало всю энергию. Казалось, что отсыпаться Дик будет как минимум неделю после этого. Так что когда он обнаружил, что проход завален остатками, которые нужно убрать для освобождения пути, то закрыл глаза.       — Брюс, больше я спасать тебя не буду, — устало сказал Робин. — Слышишь? В следующий раз лучше тебе вытаскивать меня из огня, потому что я этим занимаюсь в последний раз.       Брюс не ответил.       Дик вдохнул захламлённый дымом воздух и выдохнул через зубы. Открыл глаза. Аккуратно положил Брюса на пол, чётко между обсыпавшейся штукатуркой и куском арматуры. Дважды проверил, что Брюс дышит. Потому что вряд ли будут силы возродить его снова. Нет. Дик пообещал, что заставит себя найти энергию для действий, заставит лёгкие поглощать воздух и руки работать. Потому что Брюс Уэйн умрёт не здесь. Точно не раньше Дика. Робин был готов дышать за двоих, даже если пожар испепелит весь кислород на фабрике. Но сейчас Робин был занят осмотром препятствия. Стена выглядела так, будто была несущей, чьи обломки разбирать в два раза дольше.       Дыхательный аппарат просигналил о том, что фильтры нужно менять. Сердце Дика пропустило удар, но потом он вспомнил, что именно по этой причине не использовал свой. Переставив фильтры из своего аппарата, он вернулся к изучению стены.       Дик начал оттаскивать маленькие кусочки от груды обломков. Он не хотел, чтобы вся эта гора рухнула и раздавила его. Дик стряхнул с себя мысль о том, что ночь становится всё хуже. Когда они вернутся домой, он самодовольно сообщит Брюсу, что был прав и, очевидно, может справиться с работой сам. Возможно, это Би нужна постоянная помощь.       Освобождение пути было похоже на тетрис, только тяжелее и опаснее, особенно если уберёшь ненужный кусок. Он осматривал части стены, отталкивал их, вытягивал, пробовал двигать, пока не раскопал небольшую щель. Клокотание в желудке, возникшее когда Брюс скрылся из виду, явно не было страхом. Это снова было раздражение. Потому что Бэтмен не мог увидеть, какую потрясающую работу проделывает Робин. Оказавшись по другую сторону стены, Дик огляделся. Здесь все было гораздо яснее. Меньше пылающих деревяшек и шлакоблоков, меньше балок, которые нужно обходить. И там была дверь. Больше всего его заинтересовала дверь. На стене над которой всё ещё висела разбитая табличка «Выход».       Удивительно. Нужно посоветовать Брюсу купить компанию, которая делает эти вывески, чтобы сделать им зарплаты побольше. Решив, что это лучший путь к свободе из коробки Жаркого Тамале, Дик вернулся обратно к щели. Брюс был крупнее, но под углом вполне мог протиснуться. Конечно, это неудобно, и Дик в процессе может потянуть мышцу или две, но такими темпами Бэтмен всё равно не сможет покинуть койку где-то месяц. Просто нужно убедиться, что нет дополнительного давления на грудную клетку. Дик даже представлять не хотел, что будет делать, если Брюс снова перестанет дышать, застряв в дыре.       — Окей, Би, теперь нужно пролезть в действительно маленькую щель в стене, — говорил Дик, подтаскивая Брюса к проходу. И постарался не разочароваться, когда не получил ответ.       Брюс и правда протиснулся в проход. Потребовалось довольно долго играть в подобие перетягивания каната и немного молиться, но протиснулся. Хотелось завалиться спать на год. Они были в семи метрах от двери. В семи метрах от свободы.       — Финишная прямая, Би.       Дик попытался сморгнуть чёрные точки, маячащие перед глазами, и сглотнул желчь. Бэтмен внезапно стал тяжелее, и Робин изо всех сил навалился на дверь. Он не был уверен, что, отпусти Брюса ещё хоть раз, сможет его поднять. Дика трясло от напряжения, а дверь подвинулась всего на несколько сантиметров.       Он был готов расплакаться. Почему дверь должно было заклинить именно сейчас? Он с размаху врезался в неё второй раз, и та с громкостью выстрела сломалась, позволив вывалиться наружу. Дик столкнулся с грязным гравием и асфальтом, вдыхая зловоние Готэма.       Домой, Робин. Нужно отвезти его домой. Потом отдохнёшь.       Через силу Дик поднялся, взял Брюса за руки и потащил дальше. Адреналин переставал действовать. Робин оттащил Бэтмена в тёмную часть аллеи. Нужно было дальше, но второе дыхание почти пропало. Теперь осталось достать машину.       — Я вернусь. Просто… Скоро вернусь, Би.       Брюс, вероятно, не нуждался и не слышал обещаний Дика вернуться, но тот всё равно их дал, прежде чем выползти из переулка и, волоча ноги, добежать до Бэтмобиля. Может, стоило парковаться ближе квартала? Стряхнув с себя странное чувство роли водителя, он помчался туда, где оставил Брюса. У Бэтмена, наверное, случился бы очередной сердечный приступ, узнай он, с какой скоростью несётся Робин.       Посадить Брюса в бэтмобиль было отдельным испытанием. Закончилось тем, что Дик упёрся ногами в дверь с обратной стороны и затащил Брюса внутрь. Они были в пяти блоках от фабрики, когда Дик вспомнил, что нужно позвонить Альфреду.       — Бэтмобиль пещере, — он обогнул зазевавшуюся машину и вдавил педаль газа.       — Агент А слушает.       — Альф, Би вырубился. Не знаю, насколько плохо его состояние. У него ранение в левой части середины живота, сломанные кости и рука, — Дик зашёлся кашлем.       — Мастер Дик?       — Прости, это из-за дыма. Я в порядке. Также ему пришлось делать СЛР на протяжении четырёх с половиной минут, теперь у него есть дыхание. Возможно, повреждено лёгкое или что-то вроде.       — Подготовлю необходимое. И позвоню доктору Томпкинс. Как вы?       — Я… — Дик снова кашлянул. — В порядке. Дымом надышался и заработал парочку порезов, но ничего серьёзного.       — Будьте аккуратны, сэр. Я не смогу помочь, если вы разобьётесь по дороге.       — Да, да, — как будто он посмеет напортачить сейчас, когда всё почти закончилось.       Путь в пещеру был как в тумане. Дик помнил только отхлынувшую панику. Эта ночь была практически адом, и сейчас она позади. Глаза переставали видеть каждые несколько минут, и Дику приходилось смаргивать пелену, перекликающуюся со сценами смерти Брюса.       Он не мёртв, он всё ещё дышит и не уйдёт. Он рядом.       Альфред открыл заднюю дверь, прежде чем Бэтмобиль остановился. Лесли уже была там, и они с Альфредом двигались в как будто укоренной съёмке, что Дик видел только у спидстеров. Он смотрел, как Брюса везут в медицинский отсек.       Дик не двигался. Полностью ушедшая энергия навалила на него изнеможение. Дик хотел проследовать за ними; было отвратно не знать, что там с Брюсом. Единственная вещь, которая всё ещё заставляла его не потерять сознание, была желанием узнать, как там Брюс. Дик хотел побежать за ними, но не знал, выдержат ли ноги. Дик знал, что и Альфред, и Лесли будут слишком заняты Брюсом, чтобы оказать ему помощь. Поэтому, сосредоточившись на том, что он увидит Брюса, Дик с трудом поднялся на ноги и пошел за ними. Черные пятна заплясали перед глазами, когда он добрался до яркого медицинского отсека. Альфред и Лесли танцевали вокруг Брюса, соединяя трубки и провода, поливая йодом рану Брюса и подключая его к капельницам с кровью и физраствором.       Когда он приблизился, троица неподвижно заполняла собой медотсек. С плеч будто упал камень. Альфред и Лесли позаботятся о Бэтмене. Теперь это не его забота. Брюс доставлен домой, Дик доставил его домой. И теперь скребущая горло боль требовала внимания.       Дик медленно дошёл до баллона с кислородом, приложил маску к лицу и открыл вентиль. Вдохнул чистый кислород. Вместе с этим паника окончательно ушла, снижая уровень адреналина. Таща за собой баллон, он подошел к неиспользуемой койке и придвинул её к Брюсу. Альфред и Лесли уже не так паниковали. Они кивали и слегка улыбались ему. С Брюсом всё будет в порядке. Дик сел на койку, не сводя глаз с грудной клетки Брюса. Он заснул, наблюдая, как она ритмично поднимается и опускается.